click spy software click to see more free spy phone tracking tracking for nokia imei

Цитатa

Наша жизнь – это  то, что мы думаем о ней. Марк Аврелий

ДРУГОЕ

Прощание с Валентином Никитиным

https://scontent.ftbs1-2.fna.fbcdn.net/v/t1.0-9/23172845_364760053983092_3079050906014507765_n.jpg?oh=e68048d5db473710c2a3499811bbdd31&oe=5A640377

Институт грузинской литературы им. Шота Руставели с глубоким прискорбием извещает о кончине выдающегося русского поэта, литературоведа, религиоведа и теолога Валентина Арсентьевича Никитина. Его смерть в Грузии была глубоко символичной: Грузия с юности была второй – любимой – родиной Валентина Никитина. Он не только любил грузин и грузинскую культуру, но понимал боль и нужды грузинского народа, разделял его интересы и был стойким приверженцем территориальной целостности страны.
Особое уважение и любовь связывали Валентина Никитина с грузинской Церковью. Это и личное человеческое общение, и не один труд, посвященный истории грузинской Церкви. Будучи блестящим знатоком истории религии в Грузии и большим другом грузинской Церкви, он перевел и сделал доступными для русского читателя как труды грузинских авторов духовного звания, так и многие литературные тексты.
Валентин Никитин многое сделал для грузинской культуры. Его перу принадлежат  прекрасные стихи о Грузии, которые золотыми буквами будут вписаны в современную историю грузинской и русской литератур. Он был поэтом тончайших чувств и глубоких переживаний, творцом, наделенным даром мистических прозрений, способным видеть то, что недоступно невооруженному глазу. Возможно, поэтому его последнее путешествие в Грузию и оказалось столь символичным: Валентин Никитин приехал отдать дань уважения великому грузинскому поэту-романтику Николозу Бараташвили и прочел действительно великолепный доклад о его поэзии…
Рожденный в Грузии, скончался в Грузии. Мир праху его…
Его поэзия последнего времени, бесспорно, была проникнута предчувствием смерти. Поэта как будто влекло к безвременно погибшей дочери Марии, и это стремление оказалось судьбоносным.
Коллектив Института грузинской литературы, все участники юбилейного международного научного симпозиума, посвященного Николозу Бараташвили, потрясены случившимся и выражают соболезнование семье покойного, а также двум странам – Грузии и России, утратившим истинного патриота, православного христианина и просто безмерно благородного человека, бывшего украшением культуры и общества обеих стран.
Ирма Ратиани
Профессор, директор Института грузинской литературы им. Шота Руставели

МКПС «Русский клуб» и редакция журнала «Русский клуб» выражают глубокие соболезнования семье Валентина Никитина.

 
ОТ А ДО Я

https://scontent.ftbs1-2.fna.fbcdn.net/v/t1.0-9/22886285_361941494264948_4363232621323927604_n.jpg?oh=73e294b9da64eed8396cd8db1e7c7c92&oe=5AA447E0

Полшага до лампочки

В наше время даже первоклассники знают, что Колумб открыл Америку не первым. До него были и викинги, и китайцы, и предки современных басков и чуть ли не древние финикийцы. Кого в веках, как выясняется, там только не было. Так же было и почти со всеми маломальскими важнейшими изобретениями. Вот, скажем, лампа накаливания. Выясняется, что первым был вовсе не знаменитый Эдисон, а с добрый десяток первоклассных ученых-предшественников, начавших свои изыскания аж на рубеже XVIII-XIX веков. Особенно много среди них было русских, и вовсе не потому, что «Россия – родина слонов». Просто это северная страна, темнеет зимой рано, а зимы длинные – свечей не напасешься. Не сидеть же, в самом деле, при лучине, как при царе Горохе. Вот и решили русские умельцы приспособить новооткрытое физическое явление на благо общества и всего прогрессивного человечества. И вот Петров в 1802 году открыл электрическую дугу, потом пришло время профессора Якоби, затем в 1856 году изобретатель Шпаковский создал установку с одиннадцатью дуговыми лампами, в 1869 году Чиколев применил к дуговой лампе дифференциальный регулятор для мощных морских прожекторов (кстати, подобные используются до сих пор). И вот, наконец, в России появился герой нашего сегодняшнего обзора – выдающийся русский электротехник Павел Николаевич Яблочков, которому  14 сентября исполняется 170 лет со дня рождения. Он изобрел простую и надежную дуговую лампу. Но на родине это мало кого заинтересовало. Пришлось уехать в Париж и поступить на работу в знаменитую часовую фирму Брегетт. Работал он хорошо и плодотворно, много изобретал, но техническое решение управления горением дуги все никак не приходило – не хватало регулятора. И тут помог случай. Зашел Павел Николаевич в бистро пообедать, сидел погруженный в свои мысли, как вдруг увидел, что парижский гарсон, сервируя стол, очень тщательно выравнивал вилку с ножом – строго параллельно и на одном уровне. Вот оно! – электроды нужно было установить вертикально рядом, тогда они будут выгорать равномерно. Попробовал, получилось, запатентовал. Так появилась знаменитая свеча Яблочкова. А спустя пару лет русский морской офицер Хотинский посетил в Америке лабораторию Эдисона и подарил хозяину «свечу Яблочкова» и последнюю разработанную лампу накаливания инженера Лодыгина. А 27 января 1880 года предприимчивый американец запатентовал «изобретение века», сделавшее его имя бессмертным. Любопытно однако, что же конкретно изобрел сам Эдисон – великий изобретатель, делец, ловкий пройдоха и немножко плагиатор? Нить накаливания, стеклянный вакуумный баллончик и патрон с резьбой. Что ж, как говорил гениальный Пабло Пикассо: «Хорошие художники копируют, а великие воруют».


А потом был Азенкур

Да, было великое сражение при Азенкуре и бессмертие! Великий английский полководец и король Генрих V прожил всего 35 лет. Он родился 16 сентября 1387 года в Уэльсе. Он был первенцем своего отца короля Генриха IV Болингброка, который вступил на трон, свергнув своего кузена Ричарда II – сына другого великого полководца Черного принца. Ему очень хотелось создать новую крепкую династию, и он очень расстраивался, что его сын принц Гарри вел себя вовсе не как соратник и наследник. По Шекспиру Гарри пьянствовал вместе с беспутным Фальстафом и волочился за всеми встречными юбками. «Ах, Гарри, Гарри», – вздыхал печальный король-узурпатор. Но так продолжалось только до тех пор, пока был жив Генрих IV. Вступив на трон, Гарри преобразился и остался в памяти потомков великим монархом и полководцем. Он с успехом продолжил Столетнюю войну. Поначалу молодой король просто хотел совершить военную миссию на континент, чтобы отбить парочку городов и показать, что с ним нужно считаться. Французы, решив, что Гарри легкая добыча, решили наказать зарвавшегося юнца. Они повели ему на встречу мощную и многочисленную армию, собрав под знаменами весь цвет рыцарства. Англичанин, имея вчетверо меньше людей, понял, что ему придется несладко, и попросил пропустить его в Кале, чтобы отплыть домой, но получил спесивый ответ французского дофина, типа «кто к нам с мечом придет» и далее по тексту. Пришлось драться. И вот тут случилось чудо – в сражении при деревеньке Азенкур отборные французские королевские войска потерпели сокрушительнейшее поражение, потеряв многие тысячи бойцов, англичане же – несколько сот. Вот что значит превосходство английского лука над устаревшим арбалетом. Пришлось французам заключать мир. В Труа был подписан соответствующий договор, а иноземца Генриха V французский король Карл VI объявил своим наследником, отдав в жены любимую дочь Катрин. Но править Францией вкупе с родной Англией Гарри было не суждено, он умер от дизентерии еще при жизни тестя. И Столетняя война продолжилась. Национальное унижение французов от поражения при Азенкуре излечили только победы Орлеанской девы спустя полтора десятилетия.


Невыдуманное «Его воробейшество»

Любители истории легко угадывают прототипов героев эпопеи Джорджа Мартина «Песни льда и пламени» и фильма «Игры престолов». Известно, что он вдохновлялся Войной Алой и Белой розы. Его Старки – это Йорки, Ланистеры – Ланкастеры, карлик Тирион – горбун Ричард III и т.д. и т.д. А кто же его малоприятный второстепенный персонаж Его воробейшество – религиозный фанатик-изувер, возглавивший оппозиционное движение горожан Королевской гавани против аристократов? Он стал настоящим тираном и всесильным владыкой, подавлявшим любое свободомыслие. Так это же Джироламо Савонарола! Был такой итальянский религиозный деятель и проповедник Эпохи Возрождения, захвативший власть в прекрасной Флоренции. Он был врагом светской жизни, гедонизма и гуманизма и посвятил себя борьбе с падением нравов, роскошью и маловерием. Он родился 21 сентября 1452 года в старинной семье из Падуи. Его дед был известным врачом, врачом был и отец. Врачом должен был стать и Джироламо, но глубокая религиозность привела его в монастырь. Там он прославился ученостью и задатками выдающегося оратора и проповедника. Начальство его не любило и постоянно переводило из одной обители в другую – парень был принципиальным и негибким. Но его заметил и, как выдающегося ученого и наставника молодых послушников, призвал во Флоренцию всесильный Лоренцо Медичи. И тут «замкнуло» – Джироламо начал яростно проповедовать, искренне обличая людские пороки, властно призывая к покаянию, угрожая всякими небесными карами. Народа его послушать набирались полные храмы и широкие площади. Савонарола с самого начала повел себя независимо и отказался явиться к Лоренцо с почтением, сообщив, что почтение надобно выражать только Богу. Лоренцо стерпел, а куда денешься – кумир народных масс. И тут началось! Дамы перестали нарядно одеваться, пользоваться парфюмерией, носить драгоценности и украшения, закрылись театры, затихло веселие в кабачках, строго соблюдались посты и диеты. Процветало стукачество – его дружинники с дубинками патрулировали город, горели костры, где сжигались книги, прекрасная мебель, бесценные картины. Савонарола клеймил богачей за тягу к роскоши, когда бедняки умирают с голоду, ведь «Всякий излишек – смертный грех». Были изгнаны менялы и ростовщики, за святотатство прокалывали языки, доставалось и «лицам с нетрадиционной ориентацией» (хотя казнили только одного, а двое отделались штрафами). Эдакий большевизм эпохи Рисорджименто. Но этот мракобес был не просто ослепленным фанатиком, а реформатором. Он изгнал правителей из Флоренции и начал возрождать республиканские традиции, заменил поземельный налог подоходным, заставил монахов раздать монастырские сокровища бедным и ежедневно трудиться. Человеком он был храбрым – когда пришли французские захватчики, Джироламо вооружил горожан и закатил агрессорам такую речь, что они не рискнули с ним связываться. Короче, монах и фанатик стал настоящим властителем города. Такое в истории случается, но не длится долго. Пришел в Риме новый Папа и Савонарола был казнен. Его образ в истории считается противоречивым. Как говорил один мудрец: в реку истории иногда забрасывают таких щук, чтобы не дремали сытые караси.


Век Создателя Таганки

В конце сентября исполняется ровно сто лет со дня рождения выдающегося театрального режиссера, основателя легендарного театра драмы и комедии на Таганке Юрия Петровича Любимова. Это был человек-эпоха. На самом излете хрущевской оттепели, ему вместе с его театральной мастерской поручили возглавить самый затрапезный и скучный из московских театров. Сам он говорил:  только расположение удачное, прямо на выходе из кольцевой станции метро. И его бывшие щукинские студенты влюбили в себя Москву, перенеся вместе со своим Мастером на профессиональную сцену их студенческий спектакль «Добрый человек из Сезуана» Б. Брехта. Гениальный организатор Юрий Любимов создал самый настоящий политический театр, где каждый спектакль был ярким, критическим и острым. Его худсовет включал в себя много умных людей «со стороны» – писателей, композиторов, ученых, критиков. Они советовали, «подкидывали» идеи и, пользуясь своим авторитетом, привлекали внимание к молодому начинанию многих неординарных зрителей. Таганка стала национальной гордостью, ее спектакли волновали, их стремились увидеть люди в разных городах, билеты было достать невозможно, ее актеры становились настоящими звездами. Начальство ею хвасталось, но… запрещало практически каждый новый спектакль. У него играли Смехов, Демидова, Золотухин, Высоцкий, Славина, Шаповалов, Беляев, Васильев и т.д. Что ни имя, то легенда. Таганка Любимова была вызовом Советской власти. Но воля ее Создателя брала верх – он добивался разрешения премьер, он не дал погубить свое детище. Оно и сейчас существует без него, и даже благоденствует, но уже не излучает прежнюю магию. Мы, вспоминая Мастера, как заклинание, повторяем названия его блестящих спектаклей и жалеем, что не все довелось посмотреть. «10 дней», «Галилей», «Антимиры», «Пугачев», «Мать», «Гамлет», «Мастер и Маргарита», «Тартюф», «А зори здесь тихие» и многие, многие другие.



Роб АВАДЯЕВ

 
ОТ А ДО Я

https://scontent-sof1-1.xx.fbcdn.net/v/t1.0-9/21740323_343601506098947_2470308067762964249_n.jpg?oh=1aadba17df670c500e288b7abd8135b8&oe=5A59FB80

Рассказчик «Саги о Форсайтах»

Он вовсе не был маргиналом, не алкоголиком и не наркоманом, подобно другим великим литераторам-современникам. Его не сопровождали скандалы, вереницы любовных романов или извращений. Джон Голсуорси – выдающийся английский писатель, родившийся 14 августа 1867 года, был до неприличия приличным и респектабельным – родился в зажиточной семье, окончил дорогую частную школу, учился в Оксфорде. Но, не имея тяги к юриспруденции, а имея склонность к литературе, Голсуорси был направлен отцом поддерживать семейный бизнес в сфере морских перевозок – получить с нерадивого отпрыска хоть какую-то пользу. Это дало молодому человеку время для писательства, возможность много путешествовать и повидать мир. Он на всю жизнь взял себе за правило писать строго по утрам часов 6-8. Написать он успел немало. Между прочим, во время рейса из австралийской Аделаиды на пароходе «Торренс», он подружился с капитаном – эмигрантом польско-российского происхождения Юзефом Корженевским, взявшим английское имя Джозеф Конрад. Этот неугомонный морской бродяга рассказал Джону немало интересных историй – от побега из Одессы в Марсель, скитаний по морям и океанам, страшного шторма в Южно-Китайском море, конрабанды оружием для повстанцев, до трудного рейса вверх по реке Конго в малярийные джунгли «Сердце тьмы». А потом Джозеф сознался, что пишет рассказы. Джон с интересом их прочитал, восхитился и по возвращении в Лондон стал, пользуясь хорошими знакомствами,  «пробивать их в печать». Так один выдающийся писатель стал «крестным отцом» другому – они дружили всю жизнь. Голсуорси вообще был очень хорошим человеком – больше половины своих заработков он тратил на благотворительность, был общественным деятелем. И при этом он вырос в писателя мирового уровня. Голсуорси написал два десятка романов, почти три десятка пьес, полторы сотни новелл. Он был очень уважаем на родине и популярен во всем мире, а в 1932 году ему была присуждена Нобелевская премия по литературе. Но в первую очередь все вспоминают, конечно же, его великую трилогию – «Сагу о Форсайтах». Там он вывел немало знакомых ему людей, включая свою жену Иду. До брака с Джоном она была несчастлива с его кузеном – воспоминания об этом стали сюжетной линией неудачного брака Сомса и Ирэн Форсайт.


Сашкина «фильма» – навсегда!

Такой лозунг появился на стене кинотеатра на Триумфальной площади Москвы в один из юбилейных годов. То ли старинного электротеатра «Пегас», называемого в разные годы «Межрабпромом», «Горном» или «Москвой», то ли самого владельца – одного из первых русских кинематографистов и продюсеров Александра Алексеевича Ханжонкова. Москвичи называли его ласково Сашкой, а работники почтительно Сансеичем. Этот выходец из семьи казачьего сотника Войска Донского был очень приятным и веселым человеком. Он родился 140 лет назад 8 августа 1877 года. В юности учился в казачьем юнкерском  училище, стал подъесаулом, во время прохождения службы неоднократно обмораживался и получил полиартрит на всю жизнь. Эта болезнь позволила ему выйти в отставку с офицерским пособием в 5000 рублей. И эти деньги Ханжонков вложил в новый бизнес – кинопрокат. Но прокатчиком Ханжонков оказался неудачливым – «кинул» деловой партнер, привез из-за границы неинтересный репертуар. Приличная аппаратура тоже стоила денег немалых. Да и вообще, не понравились Александру Алексеевичу заграничные фильмы – европейский кинематограф пока не стал полноценным искусством. Короче, нужно было начинать с нуля. Решился лихой казак Ханжонков всех поразить – не покупать чужую «дерготню на мутном экране», а создать свое, русское, понятное! Он снял песню про Стеньку Разина «Из-за острова на стрежень». И появилась легендарная «Понизовая вольница» – первая «фильма» Ханжонкова, «Сашкина фильма», как называли его кинопродукцию. Потом были «Драма в таборе подмосковных цыган», «Песнь про купца Калашникова», «Ванька-ключник» и многие, многие другие. Так родился русский кинематограф. Ханжонков и его конкуренты создали самую быстрорастущую отрасль. Они снимали в месяц по паре названий, экспериментировали с жанрами, воспитали целую плеяду одаренных актеров и режиссеров специально под задачи съемочного процесса. Ханжонков первым снял полнометражный фильм, фильмы с кукольной мультипликацией, занимался документально-познавательными лентами. Сансеич отстроил по последнему слову техники кинофабрику в Замоскворечье, а потом и крупнейший электротеатр «Пегас». За какие-то пять-шесть лет он стал бесспорным лидером в российской кинопромышленности. А потом случилась Первая мировая война, Революция, Гражданка. Ханжонков вместе с некоторыми сотрудниками отправился сначала на Украину, потом во врангелевский Крым, а после за море в эмиграцию – в Константинополь, а оттуда в Париж и Берлин. Однако скоро потянуло домой – позвал сам Луначарский. Но нормальной жизни и работы не получилось. Сначала посадили за перерасход средств, потом ненадолго восстановили на работе и вскорости все-равно уволили. Уехал Сансеич в знакомый Крым. Так в Ялте всю жизнь и прожил. Хорошо, что у кого-то из начальников хватило совести дать пенсию «человеку с заслугами», а то уж совсем он с женой голодал. Но Сансеич, как вспоминали, ни о чем не жалел – хоть на картошку, но домой! Вот такая грустная история о первом российском кинопродюсере. Ведь ни одной «Сашкиной фильмы» мир больше не увидел. А остался бы на Западе и, глядишь, создал что-то подобное Голливуду, таланта бы хватило…


Король такой был, но тираном – не был

Все-таки великий Шекспир был самым настоящим «черным пиарщиком» – вывел древнего шотландского короля Макбета предателем и кровавым убийцей. Вспомните!  Приехал в гости к мормэру – князю по-нашему – Макбету добрый король Дункан, его кузен между прочим. А тот, подзуживаемый вредной женушкой, зарезал Дункана спящим. И корону на себя нацепил – ужас, да и только!  Нехорошо поступил классик мировой литературы, наврал. Видно очень хотелось новому королю Якову II понравиться – тот приходился потомком некому Банко, коего Макбет якобы тоже велел прирезать. Но не был мерзавцем Макбет – к слову, звали его по-настоящему Мак Бетад мак Финдляйх, и его имя произносится с ударением не на первый слог, как Пол Маккартни. Этот король правил почти двадцать лет, и были эти годы для шотландцев сытными и мирными. Он даже рискнул съездить в Рим поклониться Папе – представляете, насколько спокойно было в его царствование. Макбета люди любили. Что до короля Дункана, то погиб он в битве, вторгнувшись во владения Макбета, а вовсе не во сне – что-то они там не поделили. Да и леди Макбет по имени Груох тоже была не стервой, а вполне приличной дамой, не чуждой благотворительности. Правда, погиб сам Макбет 15 августа 1057 году, т.е. 960 лет назад в битве с отпрысками Дункана, защищая корону от их посягательств. Но похоронен был врагами со всем почтением на кладбище королей на острове Айона. Вот такими были дела, а совсем не как в пьесе. Макбету еще повезло, Ричарда III Шекспир вообще выставил монстром и чудовищем, да еще горбуном.


Болеслав Прус

Жарким августом 1847 года в семье обедневшего шляхтича в польском Грубешове родился Александр Гловацкий, ставший известным писателем под псевдонимом Болеслав Прус. Его родители рано умерли, и Александра воспитывала тетя. Юношей он был неспокойным – принял участие в январском восстании 1863 года, был ранен, взят в плен русскими, затем отпущен из-под ареста. Учился на физико-математическом факультете, но не окончил учебы из-за бедности. Работал гувернером, воспитывал богатых недорослей. В возрасте чуть за двадцать Гловацкий стал популярным и по-настоящему блестящим журналистом. Его знали, читали его статьи, прислушивались к его мнению. Но писателем он стал ближе к сорока – великолепные романы «Кукла», историческое полотно о вымышленном фараоне Рамзесе, «Дети» и «Перемены» сделали его имя бессмертным. Болеслав Прус вошел не только в пантеон польской культуры, но занял и почетное место в европейской литературе.


«Утиная охота старшего сына прошлым летом в Чулимске»

Так современники шутили, определяя творчество гениального русского драматурга Александра Вампилова. Он немало успел, хоть и прожил меньше тридцати пяти – перевернулся на моторной лодке в студеные воды могучей Ангары. Его смерть была такой нелепой, что вызвала слухи об убийстве писателя спецслужбами. Правда, позднее в перестроечные времена, когда стали доступны архивы, это не подтвердилось. Да, его не любило начальство за резкие темы, но всерьез его творчеству не препятствовали. Невзирая на неблагосклонность властей и провинциальность, Вампилова много ставили еще при жизни. Его пьесы вошли и по сей день входят в репертуары практически каждого из русских театров по всему миру, наряду с великими русскими драматургами Гоголем, Чеховым, Горьким и Островским. Девятнадцатого августа ему бы исполнилось восемьдесят лет.



Роб АВАДЯЕВ

 
от а до я

https://scontent-sof1-1.xx.fbcdn.net/v/t1.0-9/19884147_317773858681712_6163118265311586592_n.jpg?oh=ef6c74960d1cc22eb48bc54c18d6cfed&oe=59CACC22

Прокуратор Всея Руси

Его так называли современники. Да и в историю России он вошел не самой привлекательной фигурой – абсолютный консерватор и политический интриган. «Серый кардинал», имевший неограниченное влияние на самого царя. Советские историки сравнивали его с «теневым генсеком» брежневских времен Михаилом Сусловым. Речь идет о всесильном обер-прокуроре Святейшего Синода Константине Победоносцеве, которому 2 июня исполняется 190 лет со дня рождения. В энциклопедиях его скромно именуют государственным и политическим деятелем, а также ученым и публицистом. Но согласитесь, какой ученый или публицист обладал целым «иконостасом» высших орденов Российской империи: Св. Александра Невского с алмазными знаками, Св. Владимира I степени и даже высшим орденом Св. Андрея Первозванного, с алмазными же знаками. А ведь это был не родовитый вельможа, не прославленный военачальник, а абсолютно гуманитарный человек, не «нюхавший пороху», по-современному «батан» – потомственный интеллигент, выходец из «мелкопоместных». Сын профессора и сам молодой профессор, Победоносцев был замечен Двором «чуть за тридцать». Он стал преподавать законоведение сначала одному будущему императору Александру III, а затем и Николаю II. Наверное, Константин Петрович был хорошим учителем, во всяком случае, авторитетным. Его подопечные императоры сохранили к нему уважение и доверие на всю жизнь. Влияние этого невзрачного человека на судьбы страны трудно переоценить. Именно его перу принадлежат важнейшие царские указы своего времени и, в частности, манифест «О незыблемости самодержавия» 1881 года. Он был на самой вершине власти более четверти века. Победоносцева страстно ненавидела вся просвещенная Россия, считая законченным мракобесом. Как его только не называли: «злобный упырь», «бесцветная моль», «бессердечный паук», «лопоухий Кощей Бессмертный».


Золотой голос азербайджанского соловья

Прозвищем Бюльбюль (по-азербайджански соловей) уроженца села Ханбагы в окрестностях Шуши – города с большими культурными традициями – назвали еще в детстве. У мальчика по имени Муртуза, сына кожевника Мешади Рзы и его жены Гехар из рода кочевников-курдов, оказались исключительные музыкальные способности и феноменальный голос. Это прозвище на всю жизнь станет его сценическим псевдонимом. В двенадцать лет родители его перевезли в Гянджу, где им заинтересовались профессиональные исполнители мугамов-ханенде – они несли людям высокую азербайджанскую поэзию Низами, Физули, Насими и др. Маленький Бюльбюль обещал вырасти в великого ханенде. Но он пошел гораздо дальше – став революционером и создателем новой певческой традиции вокального искусства своего народа. Он закончил к тридцати годам Бакинскую консерваторию у профессора Н.И. Сперанского. А затем стажировался четыре года в миланском «Ла Скала» у выдающихся педагогов Ансельми и Грани. В итоге он стал первым певцом с восточной спецификой пения, который освоил европейскую школу и классическое бельканто. Бюльбюль был с восторгом принят в своей стране, став любимейшим певцом – как оперным, так и народным, победителем многих конкурсов, обладателем всевозможных лауреатских дипломов, кавалером орденов. А еще он был гениальным педагогом, воспитавшим плеяду талантливых учеников. Создал оперную студию, кабинет звукозаписи, нотное издательство, специальный класс сольного пения. Собирал национальный фольклор, организовывал музыкальные форумы в Азербайджане для выявления молодых талантов, проводил, как в древности, съезды ашугов – музыкальных соревнований певцов-импровизаторов. И до самых своих последних дней Бюльбюль был активным исполнителем в концертах классической и народной музыки. 22 июня исполняется 120 лет со дня рождения этого выдающегося Творца.


«Века минувшего зэк»

Варламу Шаламову – автору пронзительных «Колымских рассказов» исполняется 110 лет со дня рождения. Этому сыну священника прогрессивных взглядов и учительницы, бывшему студенту выпала суровая и печальная судьба. Шаламова арестовали за распространение ленинского «Письма к съезду» в 1929 году. Так он стал узником сталинского ГУЛАГа, где выжить было трудно, работать много, постоянно голодать, мерзнуть, болеть, терять человеческий облик. Быть пятном в безликой серой многомиллионной массе хронически утомленных и истощенных людей, занятых на «стройках века», лесоповале, в шахтах, карьерах, золотых приисках. Шаламов считал, что сталинские репрессии совсем неслучайны, что «идет планомерное истребление целой «социальной» группы – всех, кто запомнил из русской истории последних лет не то, что в ней следовало запомнить». Ему неоднократно добавляли срок – в последний раз за то, что неосторожно при стукаче назвал Ивана Бунина русским классиком. Но ему все же немного повезло – Шаламов стал фельдшером – и это позволило ему выжить в «колымском аду». Но главный свой подвиг Варлам Тихонович совершил уже после освобождения – он описал страшную лагерную жизнь, оставив письменное свидетельство исторической катастрофы судеб жертв Большого террора. И то, как он написал свою прозу – это гениально. «Колымские рассказы» вошли в сокровищницу русской литературы.


«Вечный мот душевных сокровищ»

Так охарактеризовал Константина Бальмонта Андрей Белый, но тут же добавил: «Получит – и промотает, получит и промотает. Он отдает их нам... Но сам он не вкушает от своего творчества». Сам Константин Дмитриевич о себе несколько нескромно писал:  «Я – изысканность русской медлительной речи...». Владимир Маяковский же называл Бальмонта вкупе с Северяниным «фабрикантами патоки», Блок говорил о «чрезмерной пряности». А наш недавно ушедший современник Евгений Евтушенко считал:  «...у Бальмонта было предостаточно кокетливой пустоватой звукописи, «красивоватости». Но категоричнее всех, и, пожалуй, точнее определила Марина – гениальная Цветаева: «Если бы мне дали определить Бальмонта одним словом, я бы, не задумываясь, сказала: Поэт...».
Согласимся с ней и мы. Константин Бальмонт – это суть образа идеального Поэта. И талантом, и необычностью, и революционностью, и житейской беспомощностью, с неоднократными попытками самоубийства и постоянными страданиями по прекрасным поклонницам. Но отличала его феноменальная трудоспособность, образованность, знание языков. Он объездил весь свет и сумел отразить в творчестве все разнообразие мира. При этом он так и остался «иноземцем» в русской литературе – заморским гостем, рассыпающим драгоценные каменья и расстилающим прекрасные персидские ткани. Ему 16 июня исполняется 150 лет со дня рождения. И мы будем вспоминать его блистательные, звенящие строки. Да и сам он считал, что до него «в целом, не умели в России писать звучных стихов». А еще он был гениальным переводчиком Блейка, Эдгара По, Теннисона, Уайльда, Бодлера. А после поездки в Грузию в 1914 году он изучил грузинский язык и перевел поэму Шота Руставели «Витязь в тигровой шкуре», считая ее лучшей поэмой о любви, когда-либо созданной в Европе.


Юбилей генерала Ермолова

В самом начале июня 1777 года в стольном граде Москве родился выдающийся военачальник Алексей Ермолов. Он не был особенно родовитым и происходил из небогатых орловских дворян. И, будучи с рождения записанным унтер-офицером лейб-гвардии Преображенского полка, не имел другой судьбы, кроме военной карьеры. Ему даже довелось служить под началом самого Суворова в польской компании, где Ермолов и получил свой первый орден Святого Георгия 4-й степени. Принимал участие в персидском походе, наполеоновских битвах под Аустерлицем, Прейсиш-Эйлау, Смоленском и Бородино. А на совете в Филях даже перечил Кутузову, приказавшему оставить Мосвкву. А в 1814 году брал Париж. Именно ему Император поручил написать соответствующий манифест. Вообще с царями герою не очень везло. От них, как вспоминали, он «претерпевал незаслуженные и жестокие обиды». Алексей Петрович пережил четырех императоров, и двое из них его не очень-то жаловали. Отец и сын – Павел Петрович и Николай Павлович. Но хитроумный, как Улисс Александр I не дал пропасть воинским и человеческим талантам Ермолова. Он назначил Ермолова командиром Отдельного грузинского корпуса и положил начало завоеванию Кавказа. Генерал Ермолов взялся за дело со всем усердием. Он предпочитал во всем основательность без «штурма и натиска» – строил крепости, «обкладывая» мятежные районы, уговаривал местных вождей, склоняя их к «царской службе». Не любил и карательных рейдов. Горцы его, что естественно, ненавидели, но по-своему уважали: «Ярмол один был, с кем можно было и воевать, и говорить честно». Силой оружия, хитростью и дипломатией Ермолов добивался покорности Имеретии и Гурии, Мингрелии и Абхазии, Ширвана и Карабахского ханства. Конечно, с исторической и этической точки зрения, Ермолов был завоевателем, но по-человечески он не был жестоким. Его ставкой был Тифлис, и он первым начал перестраивать его с любовью. «Старый город пересекли новые прямые улицы, по их сторонам выросли дома пригожей европейской архитектуры, в центре Тифлиса зазеленел сад с лампионами». За свою военную командировку в Персию Ермолову полагалась немалая сумма. А он на нее построил в Тифлисе госпиталь. Вот такой был первый усмиритель Кавказа. А еще Ермолов был двоюродным братом поэта-партизана Дениса Давыдова.


Роб АВАДЯЕВ

 
НЕ ПОТЕРЯЙ СВОЮ ЗВЕЗДУ

https://scontent-sof1-1.xx.fbcdn.net/v/t1.0-9/19959272_317773862015045_265698525750746260_n.jpg?oh=ac921011873ffff7f8727ca75f42f537&oe=59FEC893

Недавно в Тбилиси была вписана новая страничка в современную главу многовековых грузино-русских отношений.
А началась эта нетипичная история в Москве, в весьма прозаическом месте – в подземном переходе. А завершилась в Тбилиси, в литературном кафе «Парнас» при отеле «Марриотт» на проспекте Руставели.
Однажды известный представитель московской общественности и деловой элиты решил пройтись пешком и обратил внимание в подземном переходе на человека, предлагавшего купить не какой-то там захудалый сувенир, а подлинную «Золотую звезду» Героя Социалистического Труда. Первым побуждением бизнесмена было вызвать полицию, но он все-таки переговорил с торговцем и выяснил, что тот понятия не имеет, чью «Гертруду» перекупил по случаю. Ему было совершенно безразлично, кто и почему расстался с наградой. Такого сорта люди называли Государственную премию «Государыней», а звание Героя Социалистического Труда – «Гертрудой». Подобная фамильярность отнюдь не уменьшала стоимости правительственных наград. Поддавшись внутреннему чувству, Виктор Михайлович Бехтиев приобрел «Золотую Звезду». И тут возникло третье желание – вернуть награду владельцу или его потомкам. По просьбе Бехтиева один из руководителей МВД буквально за два дня установил по номерному знаку, что звание Героя Социалистического Труда и нагрудный знак «Золотая звезда» были присвоены в 1950 году бригадиру колхоза «Колхида» села Ахалсопели Зугдидского района Раждену Константиновичу Кадария, 1912 года рождения.
То, что разыскиваемый герой оказался грузином, Бехтиев воспринял как знак свыше, поскольку именно в этот период жизни он был тесно связан с Грузией. По его просьбе тбилисский друг, кинопродюсер Гия Базгадзе принялся разыскивать семью Раждена Кадария.
Однако пришло время по всей форме представить Виктора Михайловича Бехтиева. В настоящее время он возглавляет инвестиционно-строительную компанию. Однако широкую известность в обществе заслужил на ниве меценатства. Вместе с супругой Еленой Владимировной Бехтиевой является учредителем Благотворительного фонда имени П.М. Третьякова. Виктор Бехтиев – инициатор учреждения премии имени П.М. Третьякова для музейных сотрудников, учредитель и издатель журнала «Русское искусство», кавалер орденов Святого Даниила и «За заслуги перед Отечеством».
Фонд имени Третьякова осуществляет разнообразные просветительские проекты, проводит диалоги по культурным взаимосвязям с такими странами, как Франция, Италия, Германия. Апрельский номер журнала «Русское искусство» за 2013 год был посвящен теме «Россия-Грузия. Диалог на языке искусства». Московская и тбилисская презентации номера стали знаковым событием для творческой интеллигенции двух стран. «Русский клуб» освещал эти события, но уместно и сегодня вспомнить, что на московской презентации присутствовали Георгий Тараторкин и Екатерина Маркова, Вадим Абдрашитов и Нателла Тоидзе, Юрий Поляков, Михаил Швыдкой и другие известные деятели культуры. Ведущий вечера – народный артист России Валерий Баринов открыл вечер чтением строф поэмы Шота Руставели «Витязь в тигровой шкуре».
Доктор искусствоведения Марина Медзмариашвили, курировавшая проект с грузинской стороны, поблагодарила за возможность представить на страницах журнала тему своего научного исследования, посвященного творчеству художников Д. Какабадзе, Л. Гудиашвили, Ш. Кикодзе, К. Зданевича, Е. Ахвледиани. Доктор философии, журналист Юрий Вачнадзе, автор статьи о Джордже Баланчине, рассказал о различных аспектах культурного взаимодействия России и Грузии. Выступление кандидата искусствоведения, заведующей научно-исследовательским отделом Музея древнерусского искусства им. Андрея Рублева Лилии Михайловны Евсеевой было посвящено нескольким статьям журнала, раскрывающим тему православия как общего духовного истока искусства России и Грузии», – написано в статье о презентации грузинского номера в журнале «Русское искусство».
Конференц-зал Третьяковской галереи, где проходила презентация, не мог вместить всех желающих: организаторы не ограничились приветственными речами и научными докладами, направленными на сохранение братских традиций, исторически установившихся между Россией и Грузией, но и представили красочную программу, в которой прозвучали грузинское многоголосье, романсы и песни, исполненные Тамарой Гвердцители, сопрано Виктории Гогошвили, стихи о Грузии Бориса Пастернака и Беллы Ахмадулиной. Юные танцоры исполнили на «бис» зажигательные народные танцы. Все мероприятие сопровождалось видеорядом, который с исключительным художественным вкусом был сформирован на основе иллюстративного материала журнала «Русское искусство».
Тот памятный вечер вернул его участникам чувство надежды, что грузино-российские отношения вернутся в старое, доброе русло, и вместо того, чтобы предаваться ностальгии, народы обеих стран начнут развивать их на новом уровне взаимных интересов культуры, науки, литературы и искусства.
Именно в момент глобального погружения в грузинскую тематику у президента Фонда имени Третьякова возникла коллизия с «Золотой звездой». При первой же возможности посетить Грузию Виктор Бехтиев выполнил задуманное – вернул звезду потомкам героя. Итак, за одним столиком кафе «Парнас» оказались президент Фонда имени Третьякова Виктор Бехтиев, его друзья и деловые партнеры – уроженец Тбилиси, известный московский юрист Константин Лузиньян-Рижинашвили, кинопродюсер Георгий Базгадзе, внук героя соцтруда Хвича Кадария и два представителя прессы, некогда работавшие вместе в газете «Молодежь Грузии» – фотокорреспондент Рубен Рухкян и автор этих строк.
Без долгих предисловий Виктор Михайлович Бехтиев передал Хвиче Кадария «Золотую звезду» и выписки из документов, свидетельствующих, что высшая награда СССР за трудовые достижения была вручена его деду.
– С большим удовольствием возвращаю в семью эту бесценную реликвию, – сказал Виктор Михайлович, пожимая руку внука знатного чаевода.
– У меня нет слов, чтобы выразить свои чувства. Даже не верю в реальность происходящего, – сказал в ответ Хвича по-грузински, а Гия Базгадзе перевел его слова. – Вы сегодня сделали для нашей семьи невозможное. Не всякий родной брат совершит такой поступок.
– Мы больше, чем братья, – мгновенно отреагировал Бехтиев, – я бы не удивился, если утраченную семейную реликвию моего деда или отца вернул мне кто-то из Грузии.
– На такие поступки способны единицы, – скромно настаивал Хвича.
– Это бы сделал каждый человек чести, каждый, у кого есть душа. Как-то не по-божески, когда награда за подвиги, боевые или трудовые оказывается в чужих руках. Пусть эта звезда теперь навечно останется в стенах родного дома и передается по наследству потомкам.
Рубен Рухкян сделал несколько снимков. Бехтиев предложил поднять тост за возвращение звезды законным владельцам. Перебрав варианты подходящих к случаю напитков, остановились на шампанском. Под звон бокалов были сделаны еще несколько снимков.
В беседе выяснилось, что Хвича лет десять назад перебрался в Тбилиси, но все еще постоянно не трудоустроен, что его отец живет по-прежнему в селе Ахалсопели. Никто не затрагивал тему, как награда оказалась в чужих руках. И так всем было ясно, что не от хорошей жизни. А ведь было время, когда слава чаеводов Грузии гремела на всю огромную страну. Герой Социалистического Труда – высшее звание в СССР за трудовые заслуги – с 1938 по 1991 годы им были удостоены 20 605 человек. И наряду с выдающимися академиками, физиками-ядерщиками, авиаконструкторами, деятелями культуры и искусства эту награду получали за рекордные достижения труженики производства и сельского хозяйства. В списке награжденных «Золотой звездой» с 1948 по 1951 годы числятся несколько знатных чаеводов по фамилии Кадария, уроженцев села Ахалсопели Зугдидского района – Ражден Кадария, супруги Партен Михайлович и Домника Эрастовна Кадария, их дочь Минадора Кадария и приемная дочка Валентина Срибнова. О семье, в которой сразу четыре человека были удостоены «Золотой звезды», писали очерки, снимали документальные фильмы. Партен, Минадора и Домника Кадария у своего автомобиля – такой снимок сохранился в Государственном архиве кинофотодокументов. Эти сборщики собирали более 10 тонн «зеленого золота» с гектара.
У каждого в Грузии есть собственные ностальгические моменты, связанные с грузинским чаем. Кто-то помнит, как осушали болотистые низины Колхиды. Кто-то создавал чаесборочную машину «Сакартвело», чтобы облегчить каторжный труд сборщиков листа. Кто-то на фабриках колдовал над ароматом готовой продукции. Кто-то писал о трудовых победах на плантациях – ежегодно после свалившейся на голову новости «План республики по сбору чая перевыполнен!» – мгновенно пустели редакционные кабинеты – всех срочно командировали в районы Западной Грузии. Чайная отрасль, бывшая одной из визитных карточек Грузии, в годы экономического коллапса пришла в упадок.
Беседа за столиком элегантного «Парнаса» повернулась в сторону недавней истории, и было вслух упомянуто трагичное, холодное и голодное время, когда в Грузии полыхала гражданская война, гибли люди, плантации, виноградники, разрушались промышленные комплексы. Вспомнили и о пропахшем гарью январе, когда нынешний пятизвездочный отель «Марриотт», а в то время гостиница «Тбилиси» оказалась в эпицентре боев между гвардией первого президента и оппозицией.
– Вот здесь в вестибюле стоял БТР, а с этого тротуара по Дому правительства палили из тяжелых орудий, на крышах залегли снайперы, – вспоминали тбилисцы.
Помолчали. Московский гость проявил профессиональный интерес к восстановленному зданию. Что и понятно: Виктор Бехтиев – строитель в третьем поколении. После окончания строительного техникума он служил в армии, в строительных войсках в Казахстане. Причем в стройбате оказался по совету отца, который предсказал, мол, если закалишься в сложных условиях, то станешь настоящим строителем. Так и получилось. Вернувшись в столицу, Бехтиев поступил на работу в дважды орденоносный трест «Мосжилстрой», в котором за четверть века прошел путь от мастера участка до руководителя предприятия. За эти годы он строил жилые комплексы, а также занимался реконструкцией уникальных объектов, в числе которых значатся: Всесоюзный кардиологический центр, Институт народного хозяйства им. Г.В. Плеханова, Университет дружбы народов им. Патриса Лумумбы, Детский музыкальный театр им. Н.И. Сац, Камерный музыкальный театр Б.А. Покровского, Академия живописи, ваяния и зодчества Ильи Глазунова, Государственная Третьяковская галерея.
Более сорока назад Виктор Бехтиев встретил девушку своей мечты и предложил ей руку и сердце на второй день знакомства. В семье Бехтиевых выросли два сына. Супруга Елена Владимировна, юрист и искусствовед по образованию, много лет является научным сотрудником Третьяковки. Во многом благодаря безмерной преданности жены любимому делу, Третьяковская галерея и для Виктора Михайловича стала важнейшим объектом всей жизни. Реконструкция в Лаврушинском переулке завершилась, но музей «не отпускал» Бехтиева. После бесконечных разговоров с супругой и ее коллегами о том, что Третьяковка остро нуждаются в поддержке общественности, Виктор Михайлович Бехтиев, человек действия, предложил основать Фонд имени П. Третьякова. Вместе с супругой они стали его учредителями, созданный ими фонд можно назвать семейным детищем.
Основан благотворительный фонд имени Павла Михайловича Третьякова был к 150-летию Государственной Третьяковской галереи. Вот уже несколько лет ежегодно фондом присуждается премия имени П.М. Третьякова «За верность профессии и многолетнее служение русскому искусству», которой награждают музейных сотрудников. Регулярно проводятся в Государственной Третьяковской галерее торжественные вечера, посвященные памяти семьи Третьяковых. На средства Фонда был воссоздан мемориал семьи Третьяковых на Даниловском кладбище, проводятся бесплатные экскурсии по Третьяковке для ветеранов войны и труда, творческих союзов, различных категорий граждан, организуются различные выставки, оказывается разнообразная спонсорская поддержка.
В интервью журналу «Русский клуб» Виктор Михайлович так ответил на вопрос, что же привело строителя на поприще благотворительности:
– Наверно, мне стоит благодарить за любовь к искусству маму, которая привила мне с раннего детства большую любовь к литературе, к поэзии. Интерес к искусству восходит к традициям моей семьи. Конечно, важно и то, что мы с женой – Еленой Владимировной одинаково считаем, что нельзя быть патриотами на словах, надо приносить реальную пользу, пропагандировать культурные традиции. Поэтому одним из важнейших проектов Фонда является журнал «Русское искусство». Журнал под таким названием издавался в 1923 году, через 80 лет мы его возродили. Журнал существует более десяти лет и заслужил прочный авторитет серьезного и актуального издания, благодаря деятельности коллектива и его главного редактора Елены Владимировны Бехтиевой.

– В числе основателей Фонда праправнучка Третьякова по линии Боткина Екатерина Сергеевна Хохлова, правнук основателя династии художников Евгений Лансере. Перечислены также фамилии людей, которым Фонд выражает благодарность. В этом списке значатся уроженцы Грузии, расскажите, пожалуйста, о них.
– Во многих начинаниях нашего Фонда оказали большую финансовую помощь мои друзья и коллеги-строители Гия Квеладзе и Валерий Иашвили. Моей правой рукой является юрист Котэ Лузиньян-Рижинашвили, который давно переехал в Москву, но по-прежнему остается патриотом родного Тбилиси. То, что такой человек рядом – это настоящий подарок судьбы. Не было ни одного мероприятия Фонда, в осуществление которого Котэ не вложил бы средства. Нет такого события, чтобы Котэ в нем не участвовал! Тбилисцы Гия Базгадзе и его супруга Мзия Кутивадзе активные участники наших совместных российско-грузинских проектов. Хочу отметить, что Гия Базгадзе обнаружил в Тбилиси оригиналы издававшегося в 1923 году журнала «Русское искусство». Константин Лузиньян-Рижинашвили и Гия Базгадзе вносят солидный вклад в развитие культурных отношений между нашими странами – они авторы идеи и организаторы проведения Тбилисского фестиваля российского кино.

– Виктор Михайлович, с чего же началась ваша любовь к Грузии?
– Как ни парадоксально, я проникся огромной любовью и симпатией к грузинскому народу, к грузинской культуре в степях Казахстана. В наш стройбатальон командировали парней из Грузии. Это были такие правильные ребята! Душевные, одаренные, сердечные – они украсили нашу достаточно суровую жизнь. С тех пор я не теряю связи с вашей замечательной страной и полностью разделяю те высокие чувства, которые питали к Грузии великие писатели, поэты, художники и представители российской интеллигенции в течение сотен лет.

– Есть ли у вас бизнес-проекты, связанные с Грузией?
– Обсуждаем возможность строительства культурно-оздоровительного комплекса, чтобы грузинский народ получил достойный центр, где можно поправить здоровье, отдохнуть душой. Такой проект отвечает главному, ради чего стоит жить, – строить для людей и укреплять культурные традиции, накопленные веками.

– Быть продолжателем традиций самого Третьякова очень почетно и, очевидно, очень непросто. Успехов вам во всех начинаниях. Пусть звезды – небесные и земные – почаще приводят вас в Грузию.


Ирина Владиславская

 
<< Первая < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 Следующая > Последняя >>

Страница 2 из 41
Четверг, 22. Февраля 2018