click spy software click to see more free spy phone tracking tracking for nokia imei

Цитатa

Богат не тот, у кого все есть, а тот, кому ничего не нужно.

Признание

«ТЕНИ» ДМИТРИЯ БРИКМАНА

https://i.imgur.com/6CrQqEz.jpg

«Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город. Исчезли висячие мосты, соединяющие храм со страшной Антониевой башней, опустилась с неба бездна и залила крылатых богов над гипподромом, Хасмонейский дворец с бойницами, базары, караван-сараи, переулки, пруды... Пропал Ершалаим – великий город, как будто не существовал на свете. Все пожрала тьма, напугавшая все живое в Ершалаиме и его окрестностях. Странную тучу принесло с моря к концу дня, четырнадцатого дня весеннего месяца нисана...»
Текст великого романа сразу вспыхнул в памяти, когда я оказалась перед одной из работ, представленных в уникальной экспозиции известного израильского фотохудожника Дмитрия Брикмана. Снимок, воскресивший булгаковские строки, настоящее произведение искусства, запечатлевшее кроваво-красный закат над древним городом. Однако «тьме» на протяжении многих веков так и не удалось поглотить Иерусалим – он стоит незыблемый, вечный и поныне, притягивая тысячи самых разных людей, как мощный магнит, вдохновляя писателей, художников, философов, верующих и атеистов. Тема тбилисской выставки Дмитрия Брикмана  – «Иерусалим не просто город». В основном это фотопортреты. Крупные, выразительные планы представителей разных наций, конфессий, поколений. Они и выражают суть, атмосферу Иерусалима. Вместе с экспозицией в выставочном зале Тбилисского музея истории «Карвасла» был представлен фотоперевод «Молитва Иерусалима», составленный из фрагментов 25 молитв трех основных религий великого города. Молитвы озвучил сам автор – Дмитрий Брикман.     

– Дмитрий, вы во второй раз посещаете нашу страну. Что привело вас в Грузию впервые, два года назад? Стремление «увидеть увиденное», если пользоваться вашей профессиональной формулировкой?
– Два года назад я познакомился с замечательными тбилисцами – главным редактором журнала «Русский клуб» Александром Сватиковым и фотографом Юрием Мечитовым во время двухнедельного пребывания с семьей в Грузии. Планов поначалу не было никаких, но через два дня я уже ничего не успевал, – хотелось побывать повсюду, в самых разных местах, вокруг появилось много людей, друзей – Майя Дейсадзе, Ирэна Оганджанова, Жанна Давтян, Тони Бичошвили... Грузия в этом плане какое-то фантастическое место!

– У вас есть впечатляющие циклы «Глаза Армении», «Глаза Японии» и т.д. А Грузия вас вдохновила на создание подобного проекта?
– Да, цикл «Глаза Грузии» уже существует. Надеюсь, я его расширю, буду сюда приезжать еще и еще раз. «Глаза Армении», «Глаза Японии», «Глаза Америки», «Глаза Израиля»…  Это достаточно большой проект. Но не нужно путать – это не «глаза армян» или «глаза грузин». Я паспорт, когда фотографирую, не спрашиваю. Просто глаза – самое говорящее, то, что рассказывает о народе, о человеке, о стране. И глаза могут принадлежать гостю – не обязательно человеку, постоянно живущему на этой земле. Главное – человек, который сейчас, в данное мгновение смотрит на окружающий мир, и эта страна, эти ощущения, состояние души отражаются в его глазах.

– А чем глаза Армении отличаются от глаз Грузии?
– Да ничем. Везде – люди. Я даже не пытаюсь различать. Глаза – это скорее какая-то дверь. Или просто окошко, в которое смотришь. И важно, какой вид открывается перед взором человека. А перед ним – целая страна! И ты вглядываешься через глаза людей в страну. Про Армению могу рассказывать очень долго – открыл ее для себя пять лет назад и езжу туда каждый год. Там проходит международный фестиваль современного искусства и духовных фильмов FRESCO, на который меня приглашают. Я очень много писал про Армению, очень люблю эту страну. Мне так нравится, когда армяне шутят над грузинами и наоборот. Это настолько правильно, настолько естественно... Чем глаза Армении отличаются от глаз Грузии? Могу сказать о том, что общего между двумя народами. И там, и здесь – огромная доброжелательность, любовь, юмор. Вот пример. Прилетели мы в Грузию в два часа ночи. Человек, у которого сняли квартиру, встречал нас в аэропорту. Я увидел мужчину с печальными глазами и с висящей на груди табличкой: «Брикман». Подошел к нему и говорю: «Брикман – это я». А он посмотрел на меня печально и говорит: «А я – Робинзон» Я решил, что он так шутит – для меня это имя ведь раньше ассоциировалось только с героем Даниэля Дефо! Оказалось, что нет. И я сразу почувствовал, что оказался в «моем месте». Иногда приезжаешь в прекрасную страну с замечательными людьми, но чувствуешь себя чужеродным. Это не значит, разумеется, что страна или люди плохие. Скорее это вопрос ментальности и кодов поведения. К примеру, в Японии. Ее очень трудно осознать, понять. Можно это, кстати, попытаться сделать именно через глаза людей. Потому что японская маска многое скрывает, а вот глаза врать не могут. Что касается Грузии, то здесь у меня полное ощущение совпадения с местом – мне абсолютно комфортно в этой стране. Юра Мечитов за пиршественным столом произнес тост: «За нашего Диму!» И я очень горжусь этим титулом – «наш».

– Расскажите, пожалуйста, о выставке, которую вы привезли в Тбилиси.
– Для меня Иерусалим – бесконечная анфилада дворца. Но не дворца в обычном понимании этого слова.  На первый взгляд это шумный, крикливый город. А для меня – действительно бесконечная анфилада c длинным сквозным рядом комнат. И я оказываюсь то в одной, то в другой, то в третьей... На протяжении веков сюда то одни приходили, то другие, и все чувствовали себя здесь хозяевами. А Иерусалим смотрел на все это, молчал и молча впитывал в себя этих людей. Иерусалим – город, который кого-то не принимает, выталкивает, а кого-то – наоборот.

– Продолжу, если позволите, вашим текстом из аннотации: «Иерусалим – это калейдоскоп, который вы крутите и видите, как все перемешивается, создавая непрерывно меняющуюся гармоничную картину. Говорить про этот город словами, видимо, вообще бессмысленно. Да и не город это вовсе. Скорее, безнадежно запутанный клубок человеческих страстей. А может, их зеркало. Или пуповина, соединяющая то, что здесь, с тем, что не здесь. Каждому он открывается по-своему».
Благодаря вам, Дмитрий, фактически родился новый жанр – фотоперевод. Как это произошло?
– История достаточно долгая. Она началась с того, что я заболел Екклесиастом («Екклесиаст» – книга, входящая в состав иудейского Священного Писания (Танах) и Ветхого Завета Библии). Обычно, когда спрашиваешь интеллигентного человека, читал ли он Екклесиаста, ответ такой: «Давно, не помню...». Значит, не читал вовсе. Это гениальная книга, выпадающая из остальных библейских текстов. Потому что это единственная книга Библии, написанная в жанре исповеди. Все остальное, на мой взгляд, очень дидактично. Я читал и перечитывал Екклесиаста, и на определенном этапе у меня возникло ощущение, что со мной разговаривает какой-то пожилой, умудренный опытом человек. У Ремарка есть роман «Ночь в Лиссабоне», в котором похожая ситуация: незнакомец в кафе рассказывает герою историю своей жизни. Вот примерно такое же ощущение возникло и у меня. Я заболел этой книгой, мог ее цитировать наизусть. Ну и параллельно фотографировал. И однажды оказался в Макао. Это такой полу-Лас Вегас, недалеко от Гонконга. И там, в старом городе, я увидел, как по улице движется человеческая река кого-то огибая. Этот «кто-то» был морщинистый пожилой молчаливый китаец. Вдруг во мне что-то щелкнуло. Я увидел тот самый образ человека, рассказывающего мне свою жизнь. Вернувшись в Израиль, посмотрел отснятые фотографии, и понял, что долгое время снимал образы из Екклесиаста, потому что видел наш мир через призму книги. И тогда я прочитал этот текст и подложил под него фотографии, которые, на мой взгляд, совпадали с текстом. Получился перевод с языка вербального на язык визуальный. Это получившееся надо было как-то назвать, и тогда я придумал слово «фотоперевод». Есть образы, которые мы можем объяснить, а есть такие, которые мы объяснить не можем, – нам легче показать картинку. Разумеется, фотоперевод не подменяет собой текст. Он помогает прочесть в тексте то, что невозможно выразить словами. Не иллюстрирует его, а дает возможность увидеть скрытое между буквами. Фотоперевод неоднозначен хотя бы потому, что каждый человек в любом образе наверняка увидит что-то свое, отличное от увиденного другим. Так уж мы устроены, что некоторые вещи нам проще понимать при помощи слов, а некоторые – при помощи образов. Мы же мыслим на языке и слов, и образов. С помощью слов мы пытаемся выразить наши образы. Как выразить любовь? Да никак! Вот и начинаются какие-то вербальные игрища. Когда я подложил один язык под другой, заработали оба. В фотографиях обнаружились новые глубина и смысл, а в тексте проявился второй, третий план. Причем не обязательно тот, что я вкладывал. Вы можете увидеть свой смысл, образ, а я свой. Мужчина и женщина видят по-разному…

Цитата с сайта Дмитрия Брикмана:
«Если, например, один человек спросит другого, сколько будет «два плюс два», ответ «четыре» будет ему абсолютно понятен. А вот если он спросит, что такое «судьба», то, скорей всего, ответ понятен не будет. И отнюдь не потому, что один человек не может словами объяснить это другому человеку. Просто люди все уникальны и мыслят, соответственно, каждый в своей системе координат. И, как правило, системы эти одна с другой плохо совпадают. А вот если вместо попытки дать словесное определение второй человек скажет: «Судьба, это…» и покажет фотографию дороги или дерева, или реки, или берега океана, первый человек поймет второго сразу. Причем поймет в системе своих жизненных координат. И дальше заработает совершенно неожиданный механизм, заложенный в основу фотоперевода – человек сможет услышать в тексте не то, что подразумевал переводчик с одного языка на другой, подбирая слова, определяющие образы в разных культурологических системах координат, и даже, страшно сказать, не то, что написал автор. Он сможет увидеть услышанное и прочитанное. Увидеть и создать свой собственный перевод. Вполне возможно, что перевод этот будет очень сильно (если даже не кардинально) отличаться от того, что имел в виду автор, но… Когда вы ныряете в океан в поисках гармонии, вы же совершенно не обязаны перед этим исследовать минеральный состав воды на содержание в ней соли. Главное для вас то, что эта вода вас держит и дает возможность искать искомое. А как она это делает – совершенно неважно».

– Я послал фотоперевод писательнице Дине Рубиной, и она сказала, что у меня родился жанр. А потом было много чего. К примеру, «Молитва Иерусалима» – тоже фотоперевод. Молитва – это не только то, когда человек сорок раз повторяет «Господи, господи!» Молитва – это слова, обращенные к Богу, когда человеку уже не к кому больше обратиться... Иерусалим – город, куда приходят представители разных монотеистических религий с этими словами. Они говорят по-разному, на разных языках, разным способом обращаясь к Богу. При этом все хотят одного и того же: счастья, здоровья, любви – детям, себе.  Простые очень вещи. Я собрал слова 25 молитв разных религий этого города, перемешал их, прочел получившийся в результате текст и подложил под него фотографии людей, молящихся в Иерусалиме – не связывая это с определенной религиозной конфессией. Все было перемешано! На выставке я тоже сознательно всех перемешиваю, потому что Иерусалим – цельный, единый город. Его нельзя делить.

– Потом у вас появился фотоперевод «Дао Дэ Цзин». Смело!
– Монахи тратят всю жизнь на то, чтобы познать одну главу, одну фразу этой великой книги. Я посмотрел на нее по-другому – как на некий океан. В океане можно много чего найти. Кто-то исследует водоросли, кто-то – дно океана, кто-то его обитателей, кто-то просто плавает и кайфует от этого. Мне было интересно нырнуть в этот океан, и я много чего оттуда взял. Но понимаю, что это – одна тысячная из того, что можно из него вынести. В этой работе интересная история получилась с прочтением. Обычно тексты для фотопереводов я читаю сам. И тут попытался это сделать. Но… не получилось. Тогда я остановился, огляделся по сторонам и понял, что на русскоязычном пространстве есть только один человек, который может прочитать этот текст так, как надо – поэт и музыкант Борис Гребенщиков. Среди его талантов есть один поразительный – он умеет сложные вещи говорить просто. Я попросил Бориса прочесть пару глав, подложил его прочтение на тайм-лайн фотоперевода вместо своего и понял – это именно то, что надо. Я позвонил ему, рассказал о том, что получилось и попросил прочесть весь текст. После того, что я увидел и услышал, было понятно, что читать может только он. Борис согласился. Так получилась история с длинным названием: «Фотоперевод Дао Дэ Цзин. Текст читает Борис Гребенщиков». Потом сделал фотоперевод Шостаковича – он называется «Иерусалимский сон Дмитрия Шостаковича». Мне было интересно выразить фотографией свое понимание музыки композитора. Как ни странно, фотоперевод Шостаковича стал своеобразным продолжением «Дао Дэ Цзин». Один проект как бы перетек в другой. А  что касается определения, что такое фотоперевод… Недавно мы с моим другом Борисом Шойтовым сформулировали так: «Фотоперевод – это перевод текстовой или музыкальной семантики в эмоциональное движение души посредством языка фотографических образов».

– Может быть, ваши последователи, ученики будет развивать новый жанр, пойдут по вашим стопам.
– Не знаю, но если кто-то решит фотопереводом заняться, надо учитывать один очень важный момент. Вот, к примеру, на ютубе звучит какое-то музыкальное произведение и его сопровождает фотовидеоряд. Или наоборот – есть какой-то фотовидеоряд и появляется музыка. В обоих случаях один элемент доминирующий. А в фотопереводе нет доминирующего элемента. Эти разные образные языки – текст, музыка, фотография, несущие разную смысловую нагрузку, переплетенные воедино. С автором потом можно спорить, возмущаться, удивляться, почему у него здесь такой образ, когда нужно было совершенно другое. Пусть – ведь это значит, что человек УСЛЫШАЛ!     

– Израильский художник Игорь Палей написал картину «Поэма экстаза» – под впечатлением от музыки Скрябина. Это тоже перевод – но на язык изобразительного искусства.
– Есть разница – художник пишет то, что хочет, а я отображаю то, что вижу. Это немножко другая история. Конечно, тут есть элемент субъективности. Но художник более свободен в ассоциативном плане. К примеру, Александр Флоренский, автор иллюстраций к культовому трехтомнику Сергея Довлатова, определенным образом увидел писателя – и получилось гениальное попадание в текст. По большому счету обложка, оформленная художником Флоренским, очень много добавила к истории писателя Довлатова. Но так придумал Александр. А в фотографии я не придумываю – я просто фиксирую увиденное. С другой стороны, у зрителя возникают свои ассоциации – не те, что вижу я.  И это нормально.

– Фотографией вы начали заниматься довольно поздно, не так ли?
– Да, когда оказался в Иерусалиме, когда понял, что должен эту историю осознать. Потому что для меня фотография – инструмент, а не самоцель. Я не умею снимать цветы или красоты ландшафта. Мне в этом случае нечего сказать. Не мое! Это не хорошо и не плохо, просто каждый выбирает и находит свое направление. Мне неинтересно снимать в студии, и я этого никогда не делаю. Я хочу осознавать реальность, а не создавать ее. Съемка в студии – создание реальности, съемка на улице – осознание реальности, понимание того, что ты видишь. Второе мне ближе. Когда я окунулся в вечный город Иерусалим, появилось желание осознать. Как художник – он ходит, ходит по городу, наблюдает, а потом берет в руки краски и начинает писать. А я взял в руки фотоаппарат.

– Вы проводите мастер-классы. Пытаетесь научить видеть фотоаппаратом. Назовите три основополагающих принципа фотоискусства.
– О! Целую книжку про это написал. Она называется «Фотография. Увидеть увиденное». Человек не видит того, что он не знает и не понимает. Потому, кстати, я и не могу снимать цветочки.
Во-первых, вам должно быть интересно! То, что вы снимаете, должно у вас вызывать эмоцию – положительную или отрицательную. Любую. Вы не можете сфотографировать то, что вам безразлично – нужно стремиться что-то осознать, понять. Как только тебе становится неинтересно, это немедленно видно в кадре. Правда, иногда фотографирование интересного принимает уродливые формы – как, например, эпидемия селфи. Это проявление нарциссизма – человеку интересен лишь он сам!
Второе. Я снимаю людей – у меня очень много портретов. Меня всегда спрашивают, не стыдно ли мне фотографировать человека в момент молитвы. Вот и в Тбилиси снимал в Сионском соборе во время службы… Снять можно что угодно. Вопрос в другом: что ты будешь потом показывать. Я никогда не сниму монашку в задранной ветром рясе. Почему? Потому что это никогда не покажу и, соответственно, смысла снимать не вижу. Универсальное правило этики, которое, разумеется и для фотографов тоже подходит, сформулировал две с половиной тысячи лет тому назад Рабби Гиллель. Молодой человек обратился к Гиллелю с просьбой, чтобы великий учитель изложил ему все законы Торы, за то время, в течение которого юноша будет стоять на одной ноге. Гиллель, известный своим терпением, не счел эту просьбу дерзкой и неуважительной и дал исчерпывающий ответ: «Не делай ближнему своему того, что не желаешь, чтобы делали тебе. Это вся Тора, все остальное является комментарием к ней. Иди и учись». Так вот, прежде чем что-то выставлять на всеобщее обозрение, вставьте себя в эту фотографию. Хотел бы ты там быть? Не обижает ли это тебя? Если нет, выставляй... Вот такой разговор с Богом, по большому счету. У каждого человека свой уровень этики: каждый выбирает для себя.     
Третий момент касается «золотого сечения», кадрирования. На мой взгляд, большая часть успеха фотографии – именно правильное кадрирование.

– Коснемся еще одной вашей творческой ипостаси – популярной программы «Детский недетский вопрос», автором и ведущим которой вы являетесь.
– Я делаю ее очень давно, это достаточно большой кусок моей жизни. Подготовка программы занимает очень много времени. Так получилось, что однажды я стал собирать детские вопросы и задавать их взрослым: «Что такое честь?» «Порядочность?»  «Почему люди воюют?» и т.д. В три года мальчик спрашивает: «Кто я?», и это тоже инструмент познания, понимания мира. Одно подталкивает к другому.
Сначала передача шла на радио, потом перекочевала в интернет. За четырнадцать лет у нас побывало огромное количество потрясающе интересных людей. В интернете лежит более 150 выпусков программы.  

– А как вы сами отвечаете на вопрос «Кто я»?
– Основополагающий вопрос. К примеру, артист Ефим Шифрин, глубокий и очень тонко чувствующий человек, ответил на него так: «Я? Фима!». Вопрос «Кто я?», по сути, касается смысла жизни и переходит в «Зачем я?». Смысл жизни – в реализации твоих талантов. Таланты – очень важная составляющая нашего «Я». И я стараюсь реализовать то, что мне дано.

– Многие стремятся к этому, но не у всех получается.
– Нет неталантливых людей! Вопрос в том, реализовал человек свой талант или нет. Или думал одно, а оказалось совсем другое. Существует немало людей, которые заработали кучу денег и вдруг все бросили. Это понятная, но сложно объяснимая история. Деньги? В моей передаче участвовали очень богатые и совсем не богатые люди. Я спрашивал своих гостей о том, что такое успех, и ни один из них не сказал про деньги, ни один! Кто я? Человек, который более или менее успешно старается реализовывать то, что в меня заложено. Ребенок интуитивно нащупывает свой талант. «Я хочу рисовать... хочу петь... хочу ездить на велосипеде!»  Он ищет то место, где может реализовать свой талант. Талант легко найти – он находится на том поле, на котором ты счастлив. Талант не может быть там, где ты несчастлив. Конечно, талант – не всегда радость, солнце, свет. Любое настоящее творчество – процесс мучительный. Но самое ужасное, когда талант меняют на что-то другое.

– Что происходит в вашей жизни сейчас?
Сейчас у меня одновременно проходят четыре выставки. Одна – в Тбилиси, две – «Молитва Иерусалима» и «Тени Иерусалима» – в Москве. А в Израиле – «Тени». «Тени» – очень важный для меня проект, тема. Это как раз про то, кто я? Я бы очень хотел привезти ее в Тбилиси. Предисловие к ней такое: «Так получается, что однажды мы приходим в этот мир. Мы в нем взрослеем, ходим по его дорогам, встречаем других людей, сходимся с ними и расходимся. Мы реализуем свои таланты и амбиции, что-то покупаем, за что-то боремся, что-то строим, что-то творим. И на каком-то этапе у нас появляется чувство, что мы хозяева этого мира. Потом это чувство уходит. А потом уходим и мы. Уходим, не взяв с собой отсюда ничего из созданного нами и не оставив здесь ничего из понятого и прочувствованного. Потому что таковы правила, и те, кто придут за нами, сами должны будут все и понять, и прочувствовать, и пройти теми же дорогами. А все, что останется от нас, – это неясные размытые тени. Останется на некоторое время. Потом уйдут и они. Тени». Об этом выставка. На первый взгляд выглядит очень безнадежно. Но на самом деле это не история о бессмысленности жизни, а ровно наоборот. Любой человек на каком-то этапе оказывается перед вопросом: зачем я родился?  Будь ты высоколобый интеллектуал или простой обыватель, вопрос так или иначе встанет перед тобой! А история выставки «Тени» о том, для чего ты НЕ родился. Когда ты отталкиваешься от того, что не важно, ты начинаешь видеть то, что важно.

Инна БЕЗИРГАНОВА

 
ЮБИЛЕЙ КОМПОЗИТОРА ОТАРА ТАКТАКИШВИЛИ

https://i.imgur.com/19ZEnhS.jpg

В этом году великому грузинскому композитору Отару Васильевичу Тактакишвили исполнилось бы 95 лет. С его семьей я познакомилась совершенно неожиданно: из Риги мне позвонили с просьбой достать несколько фотопортретов Отара Тактакишвили в разных ракурсах. В Латвии его творчество знают и любят, и хотят установить его бюст в аллее композиторов возле Рижского театра оперы и балета. Я вспомнила, что улица Рижская в Тбилиси переименована в ул. О. Тактакишвили. Значит, надо идти в том направлении, и я пошла…
Улица небольшая и на нескольких домах установлены мемориальные доски, одна из них была той, которую я искала. Меня охватило радостное волнение! Предчувствие встречи с кем-нибудь из членов семьи. Действительно, оказалось, что там жила жена Отара Тактакишвили – Ирина Чиракадзе. Ей было за 90 лет, она уже не выходила из дома и жила своими воспоминаниями.
Мы познакомились, быстро нашли общие темы для разговора, общих знакомых и в Латвии, и в Грузии, пересмотрели фотографии.
У нее была прекрасная память, и она могла многое рассказать о своем муже, о знакомстве с ним и о большой любви, которая связывала их. С гордостью говорила о своем сыне Михаиле, внуке и правнуках, живущих в Америке. В мае 2019 года ее не стало...
Отар Васильевич Тактакишвили родился 27 июля 1924 г. в Тбилиси. Главным в семье был дедушка Михаил Иванович Тактакишвили – педагог, профессор математики и очень большой любитель музыки, играл на нескольких инструментах и дал музыкальное образование детям. Его сыновья Шалва и Георгий стали профессиональными музыкантами: Шалва Тактакишвили – композитор, профессор Тбилисской консерватории; Георгий – виолончелист, доцент Тбилисской консерватории.
А любимая дочь Елизавета – умница, красавица, мама двоих сыновей – Отара и Левана.
Михаил Тактакишвили сыграл огромную роль в воспитании Отара. Он заметил, что маленький Отар очень музыкален – часами мог слушать и классическую и народную музыку, и все время что-то напевал. Дедушка посоветовал дочери отдать сына в музыкальную школу для обучения игре на фортепиано, что она и сделала.
Постепенно Отар научился не только играть, но и записывать свои первые маленькие произведения, которые он старательно и многократно проигрывал на рояле, а мама просила не бренчать какую-то ерунду, а учить уроки. Может, это так бы и продолжалось, если бы не дядя Георгий – виолончелист, который увидел ноты двух пьес для виолончели с фортепиано и заинтересовался, одобрил и сыграл их на концерте. И тут обратили внимание и на другие маленькие его пьесы.
Скромного Отара это подзадорило, и он стал писать музыку с большим азартом. После музыкальной школы учился в музыкальном училище, где педагогом по фортепиано была Евгения Чернявская. Она сыграла особую роль в музыкальном формировании своего талантливого ученика.
Одним из ее заданий была игра в четыре руки, и однажды на экзамене сошлись 4 руки, которые соединились на всю жизнь. Это были руки Отара Тактакишвили и Ирины Чиракадзе. Они начали встречаться, поженились, у них родился сын Михаил. Ирина – врач-микробиолог, доктор медицинских наук, профессор, имеет научные труды.
В 1942 году Отар поступает в Тбилисскую консерваторию. Шла Великая Отечественная война, уходили на фронт друзья, знакомые, с фронта приходили печальные известия, началась трудная полуголодная жизнь. Отар был мобилизован в армию и направлен в авиационное училище, но в консерватории он тоже продолжал учиться, пришлось бросить занятия на фортепиано (не хватало времени), занимался только композицией.
Его имя впервые прозвучало в 1945 г., когда правительством республики был объявлен конкурс на создание Государственного гимна Грузинской ССР и в этом конкурсе победил студент консерватории Отар Тактакишвили, гимн был официально утвержден Государственным гимном страны. В 1947 г. он оканчивает консерваторию. Его дипломной работой был концерт для виолончели с оркестром. Он также окончил авиационное училище, но от дальнейшей военной службы был освобожден: было ясно, что его призвание – музыка.
Отар поступает в аспирантуру (1947-1950 гг.), здесь параллельно с композиторским творчеством начинает заниматься и хормейстерством и симфоническим дирижированием. На авторских концертах он дирижирует сам.
В его музыку гармонично вписывалась поэзия и проза замечательных грузинских авторов: оперы: «Миндиа» (1961 г.) по мотивам поэзии В. Пшавела; «Похищение луны» (1977 г.) – по роману К. Гамсахурдиа; «Ухажер» («Мукуси») 1978 г. – по рассказам М. Джавахишвили; «Марита» (1988 г.) – по рассказам Г. Леонидзе; оратории: «По следам Руставели» (1964 г.) – на слова И. Абашидзе; «Николоз Бараташвили» (1970 г.) на стихи грузинского поэта Н. Бараташвили; «Светские гимны» (1979 г.) – на слова Ш. Руставели. А в «Гурийских» и «Мегрельских» песнях использованы народные слова и т.д.
Обожая поэзию М. Лермонтова и А. Пушкина, написал симфоническую поэму «Мцыри» и шесть романсов на стихи Пушкина. Музыка не знает границ, а музыка Отара Тактакишвили вышла далеко за пределы Грузии. Она звучала в Германии, Чехословакии, Эстонии, Латвии, Белоруссии, Армении, в Большом театре Москвы и т.д. Его произведения исполнялись на международных конкурсах и фестивалях.
Удивительно, как один человек мог создать так много музыкальных творений – мощных, глобальных и глубоко национальных.
Премьера оперы «Похищение луны» прошла в марте 1977 г. в Большом театре Москвы. Постановка масштабного режиссера Бориса Покровского, солисты – лучшие вокалисты: тенор Зураб Соткилава, басы – А. Огнивцев и Е. Нестеренко, ведущая солистка Большого театра, выступающая во многих театрах мира, – Маквала Касрашвили (сопрано), популярный тогда баритон Юрий Гуляев и другие певцы, хор, балет (балетмейстер Г. Дарахвелидзе).
Перед репетициями Б. Покровский, О. Тактакишвили и З. Соткилава отправились в Западную Грузию, в родные места автора романа, классика грузинской литературы К. Гамсахурдиа.
Б. Покровский знакомился с людьми, обычаями, традициями в городах и горных селениях, что помогло ему в работе над оперой. Их принимали везде с присущим грузинам радушием и гостеприимством. Эти дни пребывания в Грузии для Б. Покровского были незабываемыми и полезными. Опера прошла с огромным успехом, овации длились более 30 минут.
А в Тбилиси премьера оперы состоялась в 1979 году. За создание оперы «Похищение луны» в 1982 г. Отару Тактакишвили была присуждена высшая награда – Ленинская премия.
Премьера оперы «Миндиа» в Тбилисском театре оперы и балета им. З. Палиашвили состоялась в 1961 г. 13 мая 1972 г. премьера оперы «Миндиа» – в Ереванским оперном театре им. Спендиарова.
3 февраля 1973 г. – премьера в Минске, в Большом театре Белоруссии. 2 апреля 1973 г. – в Тарту, в театре «Ванемойне» «Миндиа» шла на эстонском языке. На премьеру приехал Густав Эрнесакс, всемирно известный хормейстер Эстонского мужского хора и большой друг Отара. Его хор также исполнял произведения Тактакишвили.
31 мая 1975 г. – премьера в Риге, в Рижском театре оперы и балета. Но этому событию я уделю особое внимание, так как я сама из Латвии.
В мае 1975 года состоялась декада музыки Отара Тактакишвили. Весна… Рига утопает в зелени, в парках красочные цветочные клумбы, фонтаны. Такой же парк и перед театром оперы и балета со старинным фонтаном, рядом протекает канал с лебедями. Один из мостиков на канале ближе к оперному театру стал мостом влюбленных с навсегда закрытыми замочками в знак вечной любви. Во всех парках цветет сирень. Именно в такой благоухающий весенний период прибыла грузинская «команда» в большом составе.
Надо сказать, что с латышскими музыкантами Отара связывали давние творческие отношения, он даже дирижировал многотысячным хором на знаменитом Празднике песни в Риге. А с хормейстером Янисом Думиньшем (Думинем) они дружили не только творчески, но и семьями. Отар был также хорошо знаком с композитором Раймондом Паулсом и оперной певицей Жерменой Гейне-Вагнер (драматическое сопрано), не раз выступавшей в Тбилиси.
И вот наступил день премьеры «Миндии». Отар с супругой и все участники Декады из Грузии были зрителями.
Публика в Латвии не холодная, как думают южане. Она поначалу просто сдержанная, прислушивается к новой незнакомой музыке, но постепенно с нарастанием идет понимание и оценка, что выливается затем в бурные овации.
Сидя в ложе, Отар улыбался, кланялся и был доволен. Когда публика начала скандировать: «Автора! Автора!», он вышел на сцену и был осыпан цветами. Опера была поставлена профессионально и с большим художественным вкусом.
Через день в этом же зале состоялся авторский концерт Отара Тактакишвили, где участвовали ансамбль «Рустави», Зураб Соткилава, Цисана Татишвили. «Любовные песни» З. Соткилава пел вместе с латышской певицей Ивонной Якобсоне. Также участвовали и другие латышские певцы, хор и оркестр оперного театра, а дирижировал – автор. Но тут случился маленький казус: автор забыл свой концертный фрак в Тбилиси. В костюмерной театра быстро подобрали подходящий. Он был ему великоват, и маэстро выглядел несколько чудаковато. Но, как только зазвучала замечательная музыка грузинского композитора и «Мегрельские песни» Зураба Соткилава вместе с ансамблем «Рустави», все мелкие неурядицы были забыты.
Волшебные руки дирижера и его музыка сделали свое дело! Реакция публики была мгновенной: бурные аплодисменты, возгласы: «Бис! Браво!» Концерт прошел с большим успехом. Зрелище было незабываемым. А на следующий день – снова опера «Миндиа». Аншлаг, овации, цветы… цветы… цветы. Отар был счастлив!
А вот еще об одном совместном латышско-грузинском проекте.
Янис Думиньш, который в 1980-1982 гг. работал в Тбилисском театре оперы и балета им. З. Палиашвили главным хормейстером, параллельно подготавливая на эту должность молодого талантливого хормейстера Автандила Чхенкели, давал мастер-класс в Тбилисской консерватории и был в комиссии по приему экзаменов у выпускников хорового дирижирования. Два друга – латыш Янис Думиньш и грузин Отар Тактакишвили начали работать над ораторией «По следам Руставели». Участники – Государственный хор «Латвия», грузинская органистка и грузинский симфонический оркестр, дирижер – латыш Я. Думиньш. Репетиции проходили в присутствии автора.
В конце 1982 года в Большом зале Тбилисской консерватории состоялось их выступление. Это был альянс Грузия-Латвия. Привожу две цитаты известных композиторов об оратории «По следам Руставели». Г. Свиридов: «Великолепное произведение: глубокое, талантливое, оригинальное и свежее по своему музыкальному языку». Т. Хренников: «Мне очень понравилась оратория. Это необычайно яркое, талантливое сочинение, оно меня всецело зацепило».
За эту ораторию Отар Тактакишвили был удостоен Государственной премии СССР.
Подробный разбор его музыкальных произведений в книге музыковеда Елены Поляковой.
Совсем другого плана книга Георгия Чиракадзе «Рядом с Отаром Тактакишвили». Г. Чиракадзе – брат жены Отара Ирины, он был доктор химических наук, профессор, любил музыку Отара, боготворил его как композитора и человека. Он сопровождал Отара во многих творческих поездках и все интересные моменты либо записывал, либо запоминал, именно такие детали вошли в его книгу.
Его дочь Элисо – известная пианистка, а ее муж – Бадри Маисурадзе – тенор. Пел в Тбилисском театре оперы и балета и в Большом театре Москвы. В настоящее время – художественный руководитель и директор Тбилисского театра оперы и балета им. З. Палиашвили.
У Отара был младший брат Леван Тактакишвили – физик, работал в физической лаборатории Тбилисского университета, но неожиданно увлекся документальным кино, поехал на курсы кинорежиссеров в Москву, вернулся в Тбилиси и стал работать на киностудии «Грузия-фильм», снимал документальные фильмы. Его жена Нана – пианистка, профессор консерватории, дочь известного дирижера Большого театра Одиссея Димитриади, а мать – оперная певица. Сын Наны и Левана – Александр Тактакишвили – доктор наук, работает в НАСА (США).
Так что искусство и наука в семье Тактакишвили тесно связаны друг с другом.
В 1963-1965 гг. – Отар Тактакишвили – ректор Тбилисской государственной консерватории.
В 1966 году назначен на пост Министра культуры Грузии и проработал на этой должности до 1983 года. Был секретарем Союза композиторов СССР, членом комиссии по Ленинским премиям, дважды возглавлял жюри Международного конкурса пианистов им. П. Чайковского в Москве, был членом президиума ЮНЕСКО.
Великолепный оратор, незаменимый тамада, с большим чувством юмора, прекрасно разбирался в живописи. В редкие часы свободного времени на даче или в доме отдыха с удовольствием играл на бильярде и в шахматы, даже рисковал играть с чемпионкой мира Ноной Гаприндашвили.
Любил плавать, заплывал так далеко, что жена и сын Михаил начинали волноваться, а он выходил из воды в самых неожиданных местах. Любил шутить, знал много анекдотов. Вокруг него всегда было весело, увлекательно и интересно.
«Отар умел залпом высвобождать огромные импульсы нервной энергии и заражал, и заряжал ею всех вокруг» (М. Тактакишвили, сын).
Но в то же время сын дает и такую характеристику отцу: «Он был человек искренний и прямодушный, с душой по-детски непорочной, подчас наивной, чистой».
Сын Михаил Тактакишвили – доктор химических наук, профессор, 30 лет преподавал в Тбилисской медицинской академии, женился и в семье родился сын Отар. Этого внука Отар старший безумно любил, в свободное время с ним развлекался, смеялся, дурачился.
В 1994 году семья Михаила переехала в Америку. Там он читал лекции в Медицинском университете Айова-сити. Иногда Михаил приезжал в Тбилиси. Вот и в этом году, приехав в мае месяце, пробыл здесь полгода, занимался семейным архивом.
Именно общение с ним, с этим умным, обаятельным человеком, безмерно любящим своего гениального отца, навело меня на мысль о написании статьи.
Благодаря Михаилу я вновь пересмотрела множество фотографий великого грузинского композитора, прочитала веселую книгу Михаила (Майкла) Тактакишвили «Смех с Олимпа. Рядом с Отаром».
Сын Михаила Отар – врач скорой помощи, композитор, музыкант, пишет поп и кантри музыку, сам играет на фортепиано-органе, бас-гитаре и поет (тенор). В Америке выпустил четыре альбома, которые очень популярны. Он знает и исполняет более двухсот песен Битлз и участвует в фестивалях Гаррисона в Чикаго «Песни Битлз».
У него двое очаровательных сыновей Отар и Михаил, следовательно, это уже третий в роду Отар Тактакишвили.
В 2017 г. в Тбилиси был проведен конкурс молодых исполнителей музыки Отара Тактакишвили старшего, и его внук передал в фонд награждения победителей конкурса 1000 долларов.
А юбилей выдающегося грузинского композитора Отара Тактакишвили отметят несколькими концертами в Большом зале консерватории и в оперном театре.  
Он был человеком большой души и большого таланта. Его имя навечно вписано в плеяду грузинских деятелей культуры, которые прославили свою прекрасную страну.


Нонна ГАБИЛАЯ

 
РТВЕЛИ В КАХЕТИ

https://i.imgur.com/EPTMhKq.jpg

В Грузии в самом разгаре ртвели – праздник сбора урожая винограда. Известно, что выращивать виноград очень не легко, а виноделие – это своего рода искусство, требующее любви, терпения и сил.
Виноград – растение капризное. Резко реагирует на колебания погоды. И момент спелости наступает внезапно. А главный его показатель – нужный процент сахара. Определяет его технолог или хозяин виноградника. Винодел Мамука Папашвили живет в Кахети, имеет и свои виноградники, и закупает виноград у крестьян. Говорит, покупает самый лучший виноград. Знает, что в этом году многие виноградари недовольны: цена на виноград падает с каждым годом, а затраты только растут. Мамука сознательно предлагает цену выше рыночной, так как производит вино премиум-класса.
Мамука Папашвили: Крестьяне целый год трудятся не покладая сил. И для них 60-70 тетри за 1 кг – это очень небольшие деньги. В прошлом году и урожай был лучше, чем в этом, и цена была выше. Я, к примеру, покупаю самый качественный виноград из разных микрозон.  Считаю так: если у тебя есть претензия, что ты винодел и рекламируешь свои вина как лучшие, то начинать надо с винограда. Если виноград невысокого качества, у тебя вино просто не получится.  
Мамука каждый год закупает около 10 тонн винограда, из которого производит около 6 тонн вина. С радостью дарит вино друзьям и родственникам, гостям. Ежегодно у него 5-6 названий вин и более 5 тысяч бутылок. Его погреб и дегустационные залы – это смешение стилей: современного и исторического, все подчинено идее сохранения традиций. Здесь уютно и комфортно. Винодел устраивает дегустации, рассказывает о сортах винограда, о виноделии, истории края. К нему круглый год приезжают туристы, сомелье и эксперты вина. Пробуют, покупают понравившееся, а потом советуют их своим друзьям. Земля слухами полнится. Так и зарабатывает Мамука себе популярность. Да и не зря: вино у него отменное. Естественно, натуральное и без всяких химических добавок, только чистый виноградный сок.
Мамука Папашвили: Кахети – родина винограда и виноделия. Это древняя культура. И я хочу, чтобы наши гости, визитеры поняли, какая у нас гостеприимная страна Грузия. 8 тысяч лет грузины делали вино точно таким же способом, как и мы сейчас. В квеври, на своем жмыхе, они закрывали переработанный виноград на некоторое время. А потом открывали и хранили вино в погребе.  Я люблю это дело, у меня маленькая дочка и два сына, хочу, чтобы сыновья тоже делали вино. И даже не только ради коммерции, а для того, чтобы не забывали свои истоки, свою культуру и традиции и продолжали их.
Мамука собирает со своих виноградников 3 тонны винограда, но не любит останавливаться на достигнутом и планирует расширяться.  На новом гектаре земли хочет выращивать старинные грузинские сорта винограда.
Мамука Папашвили: Для нас это тоже своего рода открытие, потому что в 90-е годы прошлого века эти традиции были утеряны, к сожалению. А вот сейчас они возрождаются. И в этом году некоторые виноградари посадили так называемые «старые-новые» сорта винограда. То есть сейчас мы учимся их выращивать заново. Я вообще люблю учиться и познавать. В этом году нас пригласили в Польшу на выставку, думаю, примем участие. Считаю, что пока рано выставлять на широком рынке наш продукт, но эксперты уже говорят, что наше вино качественное. И хотя наше вино уже высоко оценили в Москве и других городах мира, думаю, еще год нам нужно поработать над собой и своей продукцией.
Кахети по праву считается родиной виноделия, здесь найдены самые старые в мире винные кувшины, здесь хранится самая древняя в мире косточка винограда. Этим гордятся. А на ртвели приезжают родственники из разных уголков страны. Сбор урожая превращается в большой семейный праздник, состоящий из трех этапов: сбора винограда, его переработки и распития вина. К винограду у местного населения особое отношение – любовь и уважение. Туристы тоже любят участвовать в этом празднике.
Мамука Папашвили: Мы все делаем семьей. Жена, старший сын, которому пятнадцатый год, младшему 8 лет. Вот они мне помогают. Кстати, дети на этом зарабатывают. Во-первых, им это интересно, а во-вторых, хочу, чтобы они поняли, что просто так ничего не бывает. И это огромный труд. Мой дед был виноделом и очень любил свое дело. Он даже здоровался с виноградом. После деда продолжаем мы. Эта энергетика просто так не теряется. Наши предки с небес смотрят, и все понимают. И я хочу, чтобы они гордились нами. По крайней мере, мы все делаем так, чтобы они гордились. Земля у нас благословенная, Бог дал нам эту землю. А от нас требуется только хорошо трудиться.
У кахетинцев есть история, дошедшая до наших дней. У них есть любовь к семье, земле, своему труду. И это главное, что движет ими и позволяет передавать из поколения в поколение трепетное отношение к винограду, древние способы виноделия, культуру и традиции, тем самым проявляя огромную любовь к своему народу и своей родине – Грузии.


Юлия тужилкина

 
ЦАРЬ-ВОДА БОРЖОМСКОГО УЩЕЛЬЯ
https://i.imgur.com/6Th08KH.jpg
В стране виноделия Боржоми прославился не вином, а водой, и благодаря знаменитой минералке снискал славу самого знаменитого бальнеологического курорта Грузии.
Река Кура рассекает город на две половинки, которые соединяются между собой несколькими подвесными мостами. Окруженный лесами Боржоми расположен всего в 160 километрах юго-восточнее Тбилиси на высоте 800 метров над уровнем моря. Сюда круглый год стремятся на отдых: подышать ароматом альпийских лугов, укрыться от зноя, на новогодних каникулах покататься на лыжах и поиграть в снежки. И, конечно, попить воду из легендарного источника, который устроился под стеклянным куполом в городском парке.
Современный Боржоми нуждается в реконструкции. В привычном понимании в городке с населением 14 тысяч человек нет городского центра, он застроен довольно неприметными домами, на фоне которых выделяются построенный в 1892 году особняк иранского консула на Кавказе Мирзы-Ризы-хана и несколько современных отели. Стоит заглянуть в краеведческий музей, чтобы познакомиться с историей края, получить информацию о минеральных источниках, местной флоре и фауне.
Свое название город получил от слияния двух слов «борж» («крепостная стена») и «оми» («война»). На окраинах сохранились крепостные стены двух крепостей – Петре и Гогиа. В средние века ущелье – южные ворота в Грузию – постоянно сдерживали натиск завоевателей. Прежде чем стать модным курортом, Боржоми пережил много сражений. Еще в первые десятилетия ХIХ века он находился на передовой затяжной русско-турецкой кампании. После подписания мира с османами в 1829 году, Боржомское ущелье становится излюбленным местом отдыха высшего общества. Генерал от инфантерии Евгений Головин, занимавший пост командира Отдельного Кавказского корпуса и главноуправляющего гражданской частью и пограничных дел в Грузии, Армении и Кавказской области, привез сюда в 1841 году на лечение дочь, которая поправилась благодаря боржомской воде. После этого события местные источники стали называться – «Евгеньевский» и «Екатерининский». Строительство бальнеологического курорта началось в 1846 году в годы наместничества на Кавказе графа Михаила Воронцова. С 1850 года минеральную воду стали поставлять в Петербург и в Москву. Образцы первых бутылок и этикеток можно увидеть в краеведческом музее Боржоми.
Боржомский курорт стал развиваться особо быстрыми темпами после того, как наместником и командующим Кавказской армией на Кавказе стал Великий князь Михаил Николаевич Романов, младший сын императора Николая I. В 1890 году заработал первый завод по розливу минеральной воды. В 1905 году было продано 350 тысяч бутылок. Вода «Боржоми» постоянно получает золотые медали на международных выставках. В настоящее время минеральная вода «Боржоми» экспортируется примерно в 30 странах.
В подземных «лабораториях», на глубине до 1500 метров, неутомимая кудесница-природа с аптекарской точностью «готовит» целебную воду, добавляя в нужных пропорциях калий, магний, натрий, кремний и еще десяток компонентов. Течет время, а состав минералки ни на йоту не меняется: он остался прежним с 1834 года, когда врач С. Амиров впервые исследовал состав «Боржоми». Вырываясь наружу, минеральная вода не успевает остыть: в природных источниках ее температура колеблется от 20 до 38 градусов – медики утверждают, что такая вода и есть самая полезная.
Традиция врачевания боржомской водой имеет многовековую историю – археологи обнаружили в районе каменные ванны, которые использовали для лечения ран и болезней. С XIX века в Боржоми действовал военный лазарет. За годы Великой Отечественной войны в местных госпиталях лечилось более 100 тысяч раненых солдат.
При каких недугах рекомендуют пить «Боржоми»? Список довольно внушительный: сахарный диабет, ожирение, анорексия, нарушение обмена веществ, хронические заболевания желудочно-кишечного тракта, заболевания печени, начальная стадия цирроза, цистит, камни в почках, гинекологические заболевания, бронхит и пневмония, неврастения, невралгия, эпилепсия, подагра, артриты. Пить местную минеральную воду противопоказано при пороках сердца, при мигренях, при повышенной температуре и опухолях. Ванны с боржомской водой прописывают принимать при сердечно-сосудистых заболеваниях, проблемах с органами дыхания и нервной системой. Процедуры производятся не только в спа-отелях и в санаториях, но также на природе. В Боржомском парке оборудованы три бассейна с термальной водой.
Леса вокруг Боржоми - красивейшие в Грузии. Городской парк плавно перетекает в Боржомской заповедник, который соседствует с Национальным парком Боржоми-Харагаули, раскинувшийся на территории в 85 083 гектаров на отрогах Месхетского и Триалетского хребтов Малого Кавказа. В природных зонах парка насчитывается более 1 200 видов растений. В нем обитают более 60 видов животных, из числа которых восемь занесено в Красную книгу страны. Исконными обитателями лесов являются кавказские олени, серны, косули, крупные хищники – медведи, рыси, лесные коты. В парке зарегистрировано около 30 видов земноводных и пресмыкающихся, более 215 разновидностей местных и перелетных птиц, из которых 13 видов, близких к полному исчезновению охраняются государством. В заповеднике гнездятся бурые грифы, каспийские улары, орланы, беркуты и другие пернатые. По ветвям деревьев вблизи жилья скачут белки, в парке можно обнаружить барсучьи норы.  
Быстрые горные речки, образующие водопады, живописные горы придают Боржомскому ущелью сказочное очарование. Красотами Боржоми любовались Чайковский, Суриков, Нестеров. Для Зинаиды Гиппиус и Дмитрия Мережковского Боржоми сыграл судьбоносную роль: здесь они познакомились и полюбили друг друга, затем обвенчались в Тифлисе и не расставались уже до конца своих дней.
В конце XIX века Боржоми становится одной из любимых резиденций императорской семьи. Великий князь Николай Михайлович, внук Николая I и дядя Николая II, собиратель древностей, составитель уникального иллюстрированного каталога «Русские портреты XVIII и XIX столетий» полюбил Боржоми с детства, приезжая сюда вместе с отцом, наместником на Кавказе. Великий князь был расстрелян в революцию, но память о них сохранилась в виде великолепного дворца на окраине Боржоми, в селе Ликани. Строительство «Виллы в марокканском стиле» по проекту архитектора Леонтия Бенуа длилось три года, и было завершено в 1895 году.
Поместье занимало 69 513 десятин, главным новшеством стала построенная в 1898 году для освещения Ликанского дворца первая в Российской империи гидроэлектростанция.
В советское время резиденция перешла в собственность государства. Здесь часто отдыхал Сталин. В независимой Грузии дворец некоторое время функционировал как летняя резиденция президента Грузии, а с 2016 года получил статус музея.
Ликанский дворец окружает великолепный сад. Под аркой центрального входа установлен фарфоровый попугай, который вращается от потоков воздуха, словно приветствуя гостей. В числе ценных экспонатов дворца – стол из орехового дерева, сработанный собственноручно Петром Первым, а также стол, подаренный императором Наполеоном; кресло, преподнесенное шахом Ирана; печь с изразцами с изображением зверей Боржомского ущелья. Сервизы и другие мелкие предметы из дворца представлены в экспозиции краеведческого музея. Как выглядел Ликанский дворец при жизни его владельцев можно судить по цветным снимкам, сделанным знаменитым фотографом Сергеем Михайлович Прокудиным-Горским.
На расстоянии в 76 км от Боржоми на южном склоне Месхетского хребта, в ущелье реки Оцхе, на высоте 1200 над уровнем моря находится горноклиматический курорт Абастумани. Здесь в течение ряда лет жил и лечился от туберкулеза родной брат Николая II - Великий князь Георгий Александрович, который до рождения престолонаследника Алексея, носил титул цесаревича. Николай II, вдовствующая императрица, другие Романовы неоднократно навещали Георгия в Аббас-Тумане – так в ту пору назывался курорт. Цесаревич скончался летом 1899 года, в возрасте 28 лет. В роковой день он возвращался «на велосипеде с бензиновым двигателем» с Зекарского перевала на свою виллу, неожиданно у него открылось  горловое кровотечение, сошел с велосипеда, лег на землю и скончался на глазах у молоканки Анны Дасоевой, писали правительственные газеты. На месте смерти Георгия Романова поставили часовню из каррарского мрамора. Останки его со всеми почестями были перевезены в Санкт-Петербург и захоронены в Петропавловском соборе. В Абастумани осталось сердце Георгия Александровича, его похоронили в храме Св. Александра Невского, расписанного Михаилом Нестеровым. В честь Великого князя было названо основанное в 1885 году немецкими колонистами поселение Георгсфельд – в настоящее время поселок Чинарлы в Азербайджане.
Поселок городского типа Абастумани вошел в историю и тем, что в 1892 году здесь появилась первая в России горная астрономическая обсерватория, принадлежавшая Петербургскому университету – местные климатические особенности оказались идеальными для наблюдения за небесными светилами. В 1932 году была создана Абастуманская астрофизическая обсерватория, а в 2000 году был организован Центр астрофизики плазмы.
Редко, когда сразу несколько поселков одного района получают широкую известность. Список Ликани, Абастумани венчает расположившийся у подножия горы Кохта Бакуриани, претендовавший вместе с Боржоми на проведение зимних Олимпийских игр 2014 года.
На склонах гор в Бакуриани проложено множество горнолыжных трасс разной степени сложности. В Бакуриани проводятся соревнования лыжников, бобслеистов, по прыжкам с трамплина. Поселок также знаменит своими минеральными источниками и ботаническим садом Академии наук Грузии. Рядом с Бакуриани находится месторождение андезита. С развитием туризма в Бакуриани появилось много отелей, гостинец семейного типа, ресторанов и кафе. Подняться в Бакуриани можно по автомобильной трассе, но большинство отдыхающих не могут отказать себе в удовольствии прокатиться в вагончиках узкоколейной железной дороге, соединяющей Боржоми и Бакуриани. Расстояние всего-то 37 км, а миниатюрный поезд, прозванный в народе «кукушкой», преодолевает его за 2,5 часа, петляя по виражам ущелья, пыхтя, «карабкаясь» в гору со скоростью не более 15 км/ч. Черепашьи темпы «кукушки» позволяют насладиться окружающей природой, особенно великолепной в зимнее время – волшебное царство грузинского Берендея.
Самая новая достопримечательность Боржомского леса – воссозданная обитель святого старца Серафима Саровского. В «Новом Сарове» с точностью воспроизведена келья преподобного с иконой Божией Матери «Умиление». Под деревянной сенью стоит молельный камень, вырыт колодец. Есть даже вольер, в котором содержали медведя, но потом выпустили на волю. Возле молельного камня находится надпись со словами Серафима Саровского: «Как отнесешься к Грузии, так к тебе отнесется Богородица. Ведь Грузия – Ее удел». «Новый Саров» стал еще одним знаковым местом единения России и Грузии. Старец Серафим – почитаемый в Грузии святой, к иконам лесной обители приходят помолиться местные жители и гости Боржоми. Обычно поднимаются от города на канатке, а потом лесной тропой выходят на поляну Серафимовской обители. Паломники утверждают, что чудеса здесь происходят постоянно: отпускают болезни, добреют сердца. Рассказывают, как ребенок помолился, чтобы увидеть оленя, и олень выбежал из чащи.
Прозрачный воздух Боржоми, хрустальные речки и могучие кроны деревьев очищают от налета суеты, запаха бензина и постоянного стресса. Здесь возникает поразительное чувство обновления, прилива сил. Не верьте фразе: «Поздно пить «Боржоми». Практика показывает, что никогда не поздно. И лучше всего, как посоветовал поэт, пить «Боржоми» в самом Боржоми.


Ирина КАНДЕЛАКИ
 
ДВЕ ПРЕМЬЕРЫ

https://lh3.googleusercontent.com/_wkir4vot-s-iZ7dnIdHS99GONggpxa-I_8GjsL8-JQkrlgOIPPeqGQm0xRtgRuvmpiuxrakONRvEm4sq8WploSz4SQqw8GMshNhIZv2HlIuVT6EBdkg3eqV8N5nXgveHK_l0kHG_6b2eYHES_4kQ-TdiEJimviQ2fa03T_4g5s3eFSfUmrCXBIa8D0H1rWFj33FTT-h5KfA1BrPljZ_UhjdBKltBep5jxZBcjf98dkw00rh6KfhvSOjo3EyAxiQehojMIq0xnzyAfN48Ebefuu9Vz2WX_7LXiDtugyjujuRxd5Be88V9E8zMNMO3ioD1DyjIvrl4V7L7EbI-tsx8pk9mnSABLPY6WpREDi679zucJIK9v2DtvWsIQxV9kcIyVnDhayF2QjMZQJwP0clFX1GGTzDREYlCQLDH3HLcXV9sW_rHu3Ahta51H99k7VuqvDgRRzwD5BEhWkV1k4hF9ohm3LY3u_Uhbe9iMI033PDyIMJBDtlloEFnsE4QhZQ-He2FWgnzYafVPXQRnUu0nzj0RiQbpEVdfdHMVEdcQ6Tsb1urj3mQs57iLTDIXZPSa47aEXoctGz7EdNpJDv3uilFmNH-IA0dj57nO3fTJsTvwY1Br-CZ_X3AyDOgF8UskkRvpPU70P1Pr2tyB-zhwUm-65ueRI=w125-h115-no

Первые месяцы наступившего года порадовали столичными премьерами на сценах Свободного театра и Театра Королевского квартала.

«Мачеха Саманишвили»
Сегодня никого не удивляет вольное обращение режиссеров с литературным материалом. Пусть у кого-то это и вызывает осуждение, однако большинство зрителей не находит в этом ничего предосудительного – привыкли! Правда, при условии, что авторская интерпретация не разрушает сути и приближает классические тексты к сегодняшнему зрителю и новой реальности. На сцене Свободного театра состоялась премьера спектакля Гоги Маргвелашвили «Мачеха Саманишвили», в основе которого – одноименная повесть яркого представителя критического реализма Давида Клдиашвили. Произведение вышло в свет в 1896 году и отражает упадок грузинского дворянства в эпоху становления капитализма.
Г. Маргвелашвили поставил спектакль о другом «упадке» – кризисе духовности в современном обществе. Поэтому перенес события повести в сегодняшние реалии (инсценировка А. Кокрашвили) и осуществил свою задачу так органично, что зритель, не знакомый с произведением Д. Клдиашвили, даже не догадается о том, что в оригинале события разворачиваются в конце XIX века. Коллизии «Мачехи Саманишвили», взаимоотношения персонажей повести до предела обострены. Но режиссер в своей трактовке идет гораздо дальше, усилив, расширив конфликт. Сатирический пафос перерастает в сарказм – то есть в высшую степень иронии, язвительного изобличения людей, их пороков и недостатков. А трагический финал спектакля воспринимается как предостережение: «Люди, остановитесь! Иначе быть беде...».
Духовные, семейно-нравственные ценности в обстоятельствах, их разрушающих, – эта тема была всегда в фокусе особого, пристального интереса режиссера Гоги Маргвелашвили. Герои его спектаклей стоят перед жестким выбором, проходят через испытание на порядочность, благородство, способность к любви, пониманию и состраданию. Как персонажи «Старшего сына», поставленного режиссером на сцене театра имени А.С. Грибоедова. Герои Вампилова приходят к выводу, что нет ничего ценнее семейных уз и добрых человеческих отношений, но в спектакле Маргвелашвили все не так однозначно – семья отнюдь не идеализируется, она не спасает человека от одиночества и не является гарантом его счастья. А в новой его постановке – «Мачеха Саманишвили» семейно-родственные отношения и вовсе разрушены – и их могильщиком становятся меркантильные интересы, вездесущие деньги. Впрочем, борьба за материальное благополучие разрушает не только семейные связи, но и вообще отношения между людьми. Потому что калечит человеческие души. Именно это происходит с шулерами из «грибоедовского» спектакля Маргвелашвили «Игроки» Гоголя, ради наживы готовыми пойти на все и руководствующимися собственной философией жизни. Так, герой спектакля Утешительный считает, что «в игре нет лицеприятия. Игра не смотрит ни на что. Пусть отец сядет со мною в карты – я обыграю отца».
Действие нового спекакля Маргвелашвили вписано в минималистическую сценографию (художник Тео Кухианидзе). Тем более выпуклыми и графически вычерченными на этом фоне выглядят портреты персонажей. Беспощадно правдивые, не оставляющие иллюзий. Разящие стрелы сатиры бьют без промаха!
Платона, сына Саманишвили, задумавшего найти своему отцу Бекинэ (небольшая, но емкая работа Аполлона Кублашили) пожилую нерожавшую невесту, которая не могла бы произвести на свет ребенка, а значит, претендовать на часть фамильного наследства, играет Лаша Гургенидзе – хочется отметить профессиональный рост молодого актера. Это уже «не мальчик, но муж» – именно такую метаморфозу претерпел его талант. Платон Саманишвили – зрелая актерская работа. Гургенидзе не стремится подчеркнуть отрицательные черты своего незадачливого героя. Даже относится к нему с известным сочувствием: ничего не поделаешь – слаб человек! Показывает отягощенность Платона черными думами, словно на его плечах действительно многотонный груз. Груз греха. В одной из сцен он все время извиняется – возможно, потому, что в глубине души чувствует, что совершает что-то неправильное. Но справиться с этим не может: таковы обстоятельства его глубоко зависимой жизни!
Как не может перебороть свою безалаберную натуру профессиональный кутила Кирилэ – муж сестры Платона. «Пьяные» сцены с его участием смешат публику – актер Джаба Киладзе демонстрирует яркое комедийное мастерство. В то же время мы осознаем никчемность этого прожигателя жизни, заливающего алкоголем пустоту своего существования.
Еще один яркий мужской портрет: шкодливый, юркий сводник Аристо (Шако Мирианашвили), племянник будущей «мачехи Саманишвили», вдовы Элене. Интересно наблюдать за игрой актера. Его персонаж, имеющий весьма приблизительное представление о моральных принципах, вьюном вьется вокруг Платона, завлекая его в искусно расставленные сети – рекламирует Элене в качестве идеальной мачехи. Им движет, разумеется, все тот же корыстный интерес. Как и еще одним молчаливым родственником этой женщины, озабоченным тем, как бы побыстрее сбыть ее с рук. Актер Мамука Мумладзе показывает бездушие своего героя (запомнилась сцена тупого лузганья семечек за столом с непроницаемым выражением лица!), тоже готового на все ради выгоды. Он появляется на сцене с топором в руке – демонстрация силы, скрытая угроза. Вооружен и очень опасен. На всякий случай.
Так же далеки от идеала подруги жизни Платона и Кирилэ. Супругу Платона Мелано играет Ани Аладашвили, подчеркивающая суетливое беспокойство своей героини, ее «куриную» озабоченность будущим детей в случае, если на свет появится еще один наследник. Отметим и яркую характерность образа сестры Платона Дарико – жеманной и бездушной «фифы». Ее играет Мариам Джологуа. Узнав о беременности новой жены отца Элене (Кета Лордкипанидзе), Дарико бесстрастно и бесстыдно рассуждает о том, что ребенка может в один прекрасный день и не стать… мало ли что случается в жизни! Сегодня беременность есть – завтра нет.
В итоге несчастье действительно происходит – но не с новорожденным, а с его отцом. Когда «на радостях» пальнув из пистолета в ознаменование рождения ребенка, Платон убивает отца. Случайно. Такого финала нет у Клдиашвили, но, наш взгляд, он вполне допустим и ожидаем. «Ружье» ненависти должно было выстрелить. И только это могло остановить безудержный накат зла. Финал: позднее раскаяние Платона перед иконой... Но изменило ли это ситуацию? Нет. Овдовевшая Элене с новорожденным покидает дом Саманишвили – ради новой партии, которую присмотрел ее шустрый племянник.

«Дуэль»
Темур Чхеидзе поставил чеховскую «Дуэль» в Театре Королевского квартала и сосредоточил свое внимание на философско-нравственной проблематике, на глубоком антагонизме, непримиримых противоречиях, существующих между героями. При этом он воспользовался «скальпелем» и «увеличительным стеклом» художника-исследователя. Аналитический метод, взгляд мыслителя-философа, изучающего вместе с автором все аргументы pro et contra, вообще свойствен режиссеру Темуру Чхеидзе, которому более всего интересен человек и его миросозерцание. Чеховская «Дуэль» дает прекрасную возможность для осуществления этой творческой задачи.
Бытует прочно укоренившееся в сознании театроведов мнение, что Чехов противопоказан грузинскому театру. Спектакль Чхеидзе доказывает обратное. Актеры (вместе со зрителями) чутко реагируют на чеховское слово, точно выражают логику чувств, мыслей, поступков своих персонажей, строго выстроенную режиссером. В итоге нам раскрываются метафизика и гуманистический посыл произведения, духовные искания чеховских героев.
В спектакле задействованы все элементы традиционного театра Антона Павловича – создана соответствующая среда с обстановкой дворянской усадьбы XIX века (художник Георгий Алекси-Месхишвили), с самоваром и чаепитием, с уютным абажуром, со старинным групповым фото, со звуками моря, дождя и стрекотом цикад, наконец, с русской музыкой. А главное – со страстным поиском правды, национальной русской тоской и безысходностью…
Большинство важнейших монологов и диалогов вынесены в спектакле к зрителям – персонажи, сидя на ступеньках, смотрят в зал и размышляют о смысле жизни, страстно спорят, доказывая свою правоту. Это своего рода лобное место. Здесь Лаевский – Торнике Гогричиани произносит свой монолог перед дуэлью с фон Кореном – ожидая гибели, он пересматривает свою жизнь, в нем происходит переоценка ценностей. Тут же дискутируют фон Корен и дьякон – о любви, о вере и безверии. Первый отстаивает свои позитивистские взгляды («Нравственный закон требует, чтобы вы любили людей. Что ж? Любовь должна заключаться в устранении всего того, что так или иначе вредит людям и угрожает им опасностью в настоящем и будущем. Наши знания и очевидность говорят вам, что человечеству грозит опасность со стороны нравственно и физически ненормальных. Если так, то боритесь с ненормальными. Если вы не в силах возвысить их до нормы, то у вас хватит силы и уменья обезвредить их, то есть уничтожить»), второй – христианские («Вера без дел мертва есть, а дела без веры – еще хуже, одна только трата времени, и больше ничего!»). На том же месте беседуют христианин и мусульманин – о едином боге! «Бог у всех один, а только люди разные. Которые русские, которые турки или которые англичане – всяких людей много, а бог один», – говорит татарин Кербалай.
На наш взгляд, Темур Чхеидзе поставил спектакль о необходимости взаимной терпимости, любви, добра и милосердия по отношению ко всякому человеку. Сильному и слабому, добродетельному и грешному. «И милость к падшим призывал» – думается, этот посыл как нельзя лучше отражает позицию режиссера. Все мы едины перед Богом, кто бы мы ни были, какие бы взгляды ни выражали, к чему бы ни стремились, чем бы ни терзались наши души.
При том, что в спектакле – как и в повести А. Чехова – нет положительных и отрицательных героев. Все – грешники, алчущие истины.
В роли фон Корена – замечательный актер Ника Тавадзе. Он создает образ надменного, жесткого интеллектуала, которому тем не менее свойственна, если так можно выразиться, скрытая страстность. У него всегда прямая спина и самоуверенный тон, не терпящий возражений. Интересное режиссерское решение: фон Корен – Тавадзе ведет диалог с Самойленко (Алеко Махароблишвили), находясь на «вершине» лестницы и оттуда изрекая свои незыблемые «сухие» максимы. Что еще раз подчеркивает его высокомерие и нетерпимость. Выдержка только один раз изменяет Корену – сразу после выстрела на дуэли, когда он чудом избежал убийства. Хотя до этого испытывал острую потребность расквитаться с Лаевским. Потому что из-за таких, как он, людей «цивилизация погибнет». Но, оказывается, не так-то легко убить человека, даже если ты преисполнен веры в «свою истину».
Лаевский в ярком исполнении Торнике Гогричиани импульсивен, легко возбудим. Это типичный неврастеник, живущий эмоциями, что выражается, в том числе, в его активной жестикуляции и возбужденной речи. Однако перед дуэлью Лаевский ведет себя иначе: сидит неподвижно, «нахохлившись» как больная птица. Будто ждет приговора… то есть, последней точки в своей неправильной жизни – жизни, полной лжи.
Поединок решительно меняет обоих. В Корене проявляется человечность, в Лаевском тоже происходит перелом – он, по сути, преодолевает личностный кризис.
Молодой актрисе Кети Шатиришвили удается передать драму и смятение своей героини – Надежды Федоровны. Порочной и в то же время чистой женщины, охваченной ужасом перед грядущим.
Щемящее чувство оставляет последняя встреча фон Корена с Лаевским и его женой. Теперь это не антиподы, не непримиримые антагонисты, а просто люди. В фон Корене уже нет надменности всегда правого и безгрешного человека, в нем ощущается какая-то уязвимость, надлом. Уязвимость одинокого человека, уходящего куда-то в неизвестность. Чем будущее ответит на его надежды и стремления? Еще более уязвимыми, хрупкими и больными кажутся Лаевский и Надя… Как хрупки на самом деле люди на земле и как остро они нуждаются в любви и сострадании!


Инна БЕЗИРГАНОВА

 
<< Первая < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 Следующая > Последняя >>

Страница 1 из 16
Четверг, 01. Октября 2020