click spy software click to see more free spy phone tracking tracking for nokia imei

Цитатa

Моя жизнь рушится, но этого никто не видит, потому что я человек воспитанный: я все время улыбаюсь. Фредерик Бегбедер
О, спорт!

НАРОДНЫЙ КУМИР

https://lh3.googleusercontent.com/lIMSYUzXng7iOTSYpSm-mGsQsDjuvsS2ecMvPsZtF7MUbcfFlrMH3DG95ZgwXaajnKaWcUKBqxxCHes8ombF9j3_K_t1N-K7KeCGdSjvn6WsE3HS5tx8dw8aaoybVgx61JTue6lAfJp3lz8-ac3IyMft3rYN_o8W0-0HRBaIv6s4H7hKcUH1Qn_I53ZYaHId9G64c9dfI1il51FOJO6IMSH84-WN0j74DK6AzBgGf4VXXUYx4qQq8UfqBqFxi8RBCHFfF4SZNi-vG0utarxxt2FwAQq7TrNeX-i0vrqrg_Qu3REh40rWjniS_y6gLGB1qPAxXKL-cIjtZ_tSE3DJDvWuS7bc8OtQIOBm1CTM-lkOADN5S0bAwmad3PLS1sTlbIbAhnnd3vL7qoQtt-svJvOnk-l7RmoUPQy1rxYkxYiqk0QA513gCb7g0388FzDFgSsTh8o_CWrPuCnJYoTIgYF-JDSrlJyBjss9ppsRs4lOUS37awBZwdRMBjq_yzHxowskkIGj3Jcy3S_cBy2juJuUus-4RLtk2viEZwL9fsQ6zG6M_zzY4Q5x81M30DdWlOKB-6h2FMWplc9wdqPD4kafEyVRHZJvjoSd5ebMSO35PEifoVW9kEA9FR6-8Ij2ux8O-8xavoq19nL9pj0_DIBYeCwRHcY=w125-h124-no

Автор этого материала в нынешнем месяце отмечает юбилей. Фотожурналисту и писателю Демико Лоладзе исполняется 75 лет. Количество его званий, наград и число творческих работ поистине потрясают. Он – член Творческого союза писателей, Союза художников, Ассоциации спортивных журналистов Грузии, заслуженный педагог, заслуженный спортивный работник Грузии. Он – лауреат семи премий: Давида Агмашенебели, Тбела Абусеридзе, Якова Гогебашвили, Мемеда Абашидзе, Нико Николадзе, Сергея Месхи, Гайдара Абашидзе, Михаила Какабадзе. Он награжден тремя медалями: Иванэ Джавахишвили, Георгия Николадзе и Якова Гогебашвили. Он – обладатель званий «Почетный тбилисец» и «Попечитель Тбилиси», автор более пятидесяти книг и сборников, свыше десяти фотоальбомов.
«Русский клуб» поздравляет столь титулованного и плодовитого автора с юбилеем. Желаем Демико Лоладзе здоровья, успехов в его многогранном творчестве и очередных наград!

В 1958 году сборная Советского союза по футболу впервые должна была принять участие в чемпионате мира. Честь команды защищали первоклассные мастера кожаного мяча – Лев Яшин, Юрий Войнов, Валентин Иванов, Никита Симонян, Сергей Сальников, Игорь Нетто, Константин Крижевский… Но даже на их фоне бесспорно выделялся 20-летний Эдуард Стрельцов – восходящая звезда футбола. Однако за несколько дней до отъезда в Швецию его, кумира огромной армии болельщиков, правоохранительные органы задержали на тренировочной базе сборной.
Как оказалось позже, обвинение было сфабрикованным. Тем не менее, против Стрельцова в срочном порядке возбудили уголовное дело, Всесоюзный спорткомитет, не дождавшись судебного приговора, вывел его из состава сборной и пожизненно дисквалифицировал. Ослабленная сборная СССР отправилась на чемпионат мира, а болельщики были в шоке от решения тогдашнего руководства страны: Никита Хрущев лично распорядился о строжайшем наказании Стрельцова. Приговор – 12 лет лишения свободы, с направлением на тяжелые работы.
В обвинение, предъявленное ему, мало кто верил. Люди, знавшие Стрельцова близко, не могли представить Эдика в роли насильника. Чтобы полнее представить этого футбольного самородка, уместно привести высказывание А.Нилина, автора литературной записи книги Стрельцова «Вижу поле…»:
«Когда после чемпионата мира в Швеции заговорили о Пеле, без сравнения со Стрельцовым нельзя было обойтись – ведь перед началом чемпионата предполагалось, что Стрельцов станет главным его открытием, во всяком случае, незамеченным не останется.
Стрельцов начинал в большом футболе так же рано, как и Пеле. И к началу мирового первенства был опытнее, чем тот. Опыта бразильцу тогда не хватало – не случайно же на большинство специалистов, побывавших в Швеции, самое сильное впечатление в команде чемпионов мира произвел не Пеле, а Гарринча.
Пеле же тогда, прежде всего, поразил своей молодостью. И ревнуя бразильского юношу к сразу пришедшей к нему мировой славе, наши любители футбола, огорчаясь, досадуя, вспоминали, конечно, Стрельцова, оказавшегося вне игры. Обида за него как-то незаметно перерастала в обиду на него. Но обида эта и подтверждала истинную величину Стрельцова в футболе».
Перед началом первенства мира, когда сборная СССР приехала на первый в своей биографии мировой чемпионат без торпедовца Стрельцова, а сборная Англии – на свой третий чемпионат без ведущих игроков клуба «Манчестер Юнайтед», трагически погибших незадолго до этого в авиакатастрофе под Мюнхеном, мировая пресса писала: «Две сборные приехали на финал мирового чемпионата, понеся большой урон еще до его начала». Символично, не правда ли: одна команда – без Стрельцова, а другая – почти без половины состава, и обе потери выглядели одинаково. Правда, из сборной также отстранили опытных молодых московских спартаковцев Бориса Татушина и Михаила Огонькова, но, если честно, их нельзя было ставить вровень со Э. Стрельцовым.
Для того, чтобы молодой читатель имел представление, о ком идет речь, приведу высказывания людей компетентных в футболе. Альф Рамсей – тренер сборной Англии, победившей на чемпионате мира-1966,  сказал о Стрельцове: «Он ничем не хуже Пеле, а даже атлетически лучше». Знаменитый тренер Константин Бесков отметил, что Пеле, Марадона и Стрельцов стоят на одном уровне. Валентин Иванов, составивший  неповторимый тандем со Стрельцовым, утверждал: «Такого футболиста, как Стрельцов, я не встречал, и надеюсь, что никогда не встречу». А вот слова Муртаза Хурцилава, который неоднократно выступал вместе со Стрельцовым в сборной СССР и играл против него в чемпионате СССР: «Труднее всего играть против тех, кто едва ли не каждым своим движением загадывает тебе загадку. К таким форвардам я относил Стрельцова. Играть против него было нелегко, но приятно. Все время держал тебя настороже, бросал вызов: давай состязаться в сообразительности, находчивости! Выиграть такой поединок – одно удовольствие!»
…В начале 1954 года старший тренер московского «Торпедо» Николай Морозов объявил: «Думаю, что в основном составе команды уже вначале сезона болельщики увидят 17-летнего Эдуарда Стрельцова, который в прошлом году играл в молодежной сборной. Высокий, стройный, быстрый, с хорошим ударом – это качества талантливого спортсмена». Вскоре его слова сбылись, рядом с Ивановым появился юный Стрельцов. В истории московского «Торпедо» началась новая эра.
Старшее поколение любителей футбола впервые услышало о Стрельцове в 1954 году. 4 апреля, в первый игровой день первенства СССР на стадионе «Авангард» в Харькове, «Торпедо» встречалось с местным «Локомотивом». Дебютанту, вышедшему на замену, не было еще и 17 лет. Выходил он на замену и во втором туре, опять в Харькове – играли против «Трудовых резервов» Ленинграда. Эти два выступления оказались достаточными, чтобы по всему Союзу пронеслась весть о футболисте-вундеркинде, который творит чудеса
13 апреля 1954 года в Тбилиси на стадионе «Динамо» за день до встречи с хозяевами я стал свидетелем тренировки московского «Торпедо». Несмотря на дождь, собралось было 3000 болельщиков, все хотели увидеть восходящую звезду футбола. А на следующий день стадион был забит, седьмым номером в команде гостей вышел тот, кого с нетерпением ждали. Эдуард Стрельцов оправдал надежды: в одной из атак он открыл счет, это был его первый гол в первенстве Союза. Ту встречу динамовцы выиграли 2:1.
Через несколько десятков лет Стрельцов в своей книге так вспоминал эту игру и забитый мяч: «С тбилисским «Динамо» меня уже с самого начала матча поставили играть. Игра трудно складывалась, в тбилисской команде народ был умелый, знаменитый, в нападении Автандил Гогоберидзе выделялся – он в тот год и в сборную пошел. Во втором тайме наш тренер Морозов замену произвел. Я подумал, что меня меняют. Нет – остаюсь. Только с левого края на правый перехожу. Обрадовался, разыгрался. На себя стал игру брать – вижу, что даже двух защитников обыграть мне по силам. В один из моментов пропихнул мяч у защитника между ног, развернулся и в верхний угол с левой ноги пробил – у тбилисцев известный вратарь стоял, Владимир Маргания…
А мяч после такого удара, как ребята шутили, из ворот надо было трактором вытаскивать – получился удар!
Почему-то не мяч в сетке помню, а трибуны кричащие –ко мне публика в Тбилиси сразу как-то по-особенному отнеслась и всегда потом хорошо меня встречала. Вот в Тбилиси и сложились мои отношения с футбольной публикой».
В 1954-м он сыграл в 22-х играх из 24-х и забил 5 мячей. В том же году провел свой первый кубковый матч. А после завершения сезона знаменитый тренер Виктор Маслов первым сказал об Эдуарде, что это будет великий футболист. Следующий год – год начала  карьеры Стрельцова в сборной СССР.  По итогам чемпионата страны он – лучший бомбардир: 15 мячей в 22-х матчах, проведенных без замены. Определилось и его амплуа – центральный нападающий. Старший тренер сборной Гавриил Качалин включает  Стрельцова в состав сборной, дебют состоялся 26 июня в Стокгольме, где будущие олимпийцы буквально торпедируют шведскую команду – 6:0! Первый хэт-трик 17-летнего Эдуарда Стрельцова изумил шведских зрителей и специалистов, окрестивших его «русским танком» из-за невозможности удержать. Игра в Стокгольме выделила и будущий футбольный дуэт «Иванов-Стрельцов».
На Олимпийских играх в Мельбурне 1956 года Стрельцов играет все матчи, кроме финальной игры против югославов. Он выделялся в команде, но в финале тренеры сборной СССР вывели связку нападающих московского «Спартака» – Татушина, Анатолия Исаева, Никиту Симоняна, Сергея Сальникова, и Анатолия Ильина, который забил победный гол. Тогда золотые медали вручали только участникам финальной игры. Симонян получил эту награду, но никакой радости не чувствовал, дважды говорил Стрельцову: «Эдик, эта золотая медаль не моя. Она твоя. Ты ее заслужил, можешь взять ее себе». Стрельцов сразу же наотрез отказался, а во второй  раз рассердился: «Если еще раз предложишь свою медаль, обижусь». А в начале 1957 года в Кремле состоялся праздничный прием олимпийцев. Среди них был Эдуард Стрельцов, которому присвоили звание «Заслуженный мастер спорта».
Я много раз был заворожен высоким мастерством и талантом Стрельцова, несмотря на то, что много раз он нас огорчал. В сентябре 1957 года в розыгрыше кубка СССР в Москве тбилисское «Динамо» проиграло торпедовцам 6:1, пять мячей забил Стрельцов, а один – Слава Метревели, который тогда играл за москвичей . Можете представить, в каком состоянии был молодой вратарь Серго Котрикадзе… В апреле 1958- го в Тбилиси торпедовцы опять разгромили нашу команду – 6:1, опять забил Стрельцов. Вообще же, в Советском Союзе не было команды, которой бы не «досталось» от Стрельцова. Он был непревзойденным мастером – сильно бил обеими ногами, великолепно владел техникой ведения мяча, давал такие пасы пяткой, которым позавидовал бы Зидан. Противники были в растерянности.
4 февраля 1963 года Стрельцова освободили досрочно, но о возвращении в футбол речи не было, так как у власти находился Хрущев. Он начал тренироваться в команде московского автозавода имени Лихачева, и именно коллектив автозаводцев помог ему вновь выйти на поле. На одной из встреч за первенство Москвы Стрельцов опять был на скамье запасных, и зрители так протестовали против этого, что был большой шанс возникновения беспорядков. Поэтому решили ввести Эдуарда  в игру.
Вся страна недоумевала, почему выдающемуся игроку закрывают дорогу в большой футбол. На этот вопрос однажды ответил в узком кругу капитан сборной СССР Альберт Шестернев: «Если Стрельцов вернется в команду мастеров, уже через месяц станет очевидно, что его место в сборной. А они там, наверху, и помыслить не могут, чтобы бывший зэк защищал первую команду». И все же, Стрельцов вернулся в родное «Торпедо», а вскоре, как и предсказывал Шестернев, и в сборную.
В составе торпедовцев он  появился в Одессе, в товарищеском матче против «Черноморца» 25 июня 1963 года. Стадион был переполнен, все хотели увидеть звезду,  вернувшуюся в футбол. Игра началась на полчаса позже, так как болельщики пришли на стадион с подарками, цветами и фруктами, и каждый хотел лично пожать руку великому игроку. «Торпедо» выиграло 2:0, оба гола забил Стрельцов. Но, несмотря на это, в матчах за первенство Советского Союза его не включали в основной состав. Лишь после ухода Хрущева лояльно настроенный Брежнев не помешал футбольным чиновникам в 1965-м вернуть в большой спорт Стрельцова, который вновь своей игрой дарит неописуемую радость болельщикам. В тот же год «Торпедо» становится чемпионом страны.
4 июля 1965 года в Москве двукратный чемпион мира сборная Бразилии в товарищеском матче побеждает хозяев 3:0. Стрельцов этот матч смотрит с трибуны. А ведь его появление на поле вместе с Пеле было бы незабываемым…
В 1966 году Стрельцов вновь возвращается в сборную. Но это произошло после чемпионата мира в Англии, куда его, «невыездного», не выпустили.  В 1967-68 годах его   назвали лучшим игроком СССР, в 1968-м вместе с командой он - обладатель кубка СССР. Ему заново присвоили звание заслуженного мастера спорта. А свой последний гол в ворота тбилисского «Динамо» любимый футболист старшего поколения болельщиков забил в ноябре 1968 года.
Все, кто в течение многих лет верили в него, не ошиблись – Стрельцов возродился, как загадочная птица Феникс, он вновь взошел на футбольный небосклон, но уже совершенно другим «стрельцом», перевоплощенным, что еще больше подчеркнуло его необыкновенную одаренность. Судьба сделала из него двух разных футболистов – периода 1954-48 годов и после 1963 года. В первой половине своей футбольной карьеры он был игроком, который изматывал, сокрушал и таранил оборонительные линии своими мощными рывками. Если это было возможно за счет его молодости, то продолжение карьеры Стрельцова характеризовалось сверхискусными маневрами, с хитроумными пасами, которые мало кто мог разгадать.
С 1965 года я встречал Стрельцова на каждой игре и фотографировал его. Берегу эти фотографии. Несколько раз взял интервью. Не забуду встречу во Дворце спорта на турнире по мини-футболу им М. Месхи. Какими овациями встретили зрители знаменитого ветерана футбола Э. Стрельцова!
К сожалению, великолепный футболист скончался на второй день после до своего дня рождения в возрасте 53 лет. Годы, проведенные в тюрьме, подкосили его здоровье. Кумир миллионов болельщиков Эдуард Стрельцов остается самой драматичной фигурой советского футбола. Его уголовное дело так и не было пересмотрено, приговор остается в силе и по сей день.


Демико ЛОЛАДЗЕ

 
ФУТБОЛЬНЫЙ МУДРЕЦ

https://lh3.googleusercontent.com/tXV_jELwbQltUj6EFqSlksSs7sz1eOjGa7ZzV-EpSnaWOfjGjTYdnPCEdkFY2Ryp3gboMdVch6ohJHcVowgDF9k_-jpVnFYd__NrjNOJbut9o6EYodozoFEBbYO3a6J800GzyYUL-Hj-nQ9DqmZS1UveAtGsiTWe9pKYzghzha3jj24fCDGTl2zY5dEXP4ZzOwgmqOWz1l62dI-S5kqAJ7JphQZIz5eR1nrICngJf-TiWiakynW5-OTpXbFwg2qjcp0Y8Oz1leiOG1sn04G5jSgKyJRwa2NyESRNkm8zLIS9PXo7TMDnOlB3ibpr1nqimmzni0MCB0U1Aj_9x-hhqo0N7zsKVScPIGRG9B9FtYCgTz-RelSem9rWBQ3A12EYXuzDPSjuMIa03QRE4zUXUMzvcM1_9P7PNrxeiXvOpgk6DdX_xNE-hc_5shX4Kkrly9ws8hYnItmB2VjABAzdey7RnDHgDWBLI46lx-JCYMsOWXs7X97X9Sc5WNJ8CcSvrbj_Aay2nT7HyKUqMdkQIYI7fwwrEx76Vgbaw_70TnL8q8p07AsY5oQPg9v-tp8G-yKkyF7ywRL4lbbp_D6mjAm5mqKNHwQfvFs_T9_Z40YSrXkdTKCBQPlDnuxCm7I=s125-no

В этом году исполнилось бы 80 лет человеку, имя которого золотыми буквами вписано в историю грузинского футбола. Под руководством Нодара Ахалкаци тбилисское «Динамо» достигло невиданной победы на международном поприще – 13 мая 1981 года был выигран Кубок обладателей кубков УЕФА. Благодаря, в первую очередь, старшему тренеру команды маленькая Грузия заблистала на огромной футбольной карте мира. А еще при этом наставнике динамовцы стали чемпионами СССР и дважды побеждали в розыгрыше Кубка СССР, выиграли серебряные и трижды – бронзовые медали чемпионатов СССР. К таким достижениям не смог приблизиться ни один из наставников тбилисского «Динамо». И наша страна всегда будет благодарна Нодару Парсадановичу за это.
Я не был лично знаком с этим замечательным человеком, хотя всегда был его поклонником и многое слышал о нем. Я знал, что помимо сторонников у него были и противники, но, благодаря своему человеческому достоинству, он заслужил всеобщее уважение. Он был верным другом, не переносил предательства. Однажды мне довелось прочесть его личные записи. Мысли Ахалкаци о политике и экономике, о спорте, медицине и искусстве, его глубокая эрудированность вызывают восхищение. Наша любимая команда была в руках многосторонне развитой личности, но, как я слышал, он никогда не позволял себе быть категоричным там, где нужна была профессиональная компетентность. Это тоже определялось его высокой нравственностью.
До того, как стать тренером, Нодар привлек к себе внимание своей игрой в тбилисском «Локомотиве». Из-за генетически предопределенного солидного веса и дефицита скорости он не смог до конца проявить талант, данный природой, но необычайной техникой, талантом комбинационной игры всегда выделялся в команде. Он не смог играть в большом футболе, но зато как тренер заслужил всеобщее признание.
Михаил Якушин, великий тренер, заменой себе в тбилисском «Динамо» видел только Нодара, потому что верил в него. И ожидания оправдались. В 1976 году Ахалкаци задумал создать замечательную команду. Какой же личностью он был? Первое и самое главное – для достижения намеченной цели ни перед чем не отступал. Загадка его таланта скрыта в глубине его души: он был человеком твердых принципов, для которого не существовало мелочей. Он пришел в «Динамо» для больших побед и все задуманное сбывалось. Как футболисты верили ему! Когда Давида Кипиани спросили, что больше всего он ценит в своем тренере, звезда всех времен тбилисского «Динамо», не задумываясь, ответил: «Честность! Ахалкаци – человек, который не изменит своим принципам и ничего не сделает лично для себя как в спорте, так и в жизни».
В его тучной фигуре трудно было узнать футбольного тренера, даже во время игры он не проявлял эмоций. Но все знали: мысленно он находится на поле, анализирует ситуацию и кроме его команды для него ничего другого не существует. Выдающийся футболист Никита Симонян сказал о нем: «Ахалкаци – наш общий!». Неслучайно Нодар был одним из членов «тренерского триумвирата» сборной СССР на Чемпионате мира-1982 в Испании. Там он делал главный акцент на технически красивом футболе, тогда, как Константин Бесков – на физической форме, а Валерий Лобановский – на тактической подготовке команды. К сожалению, из-за неуступчивого характера Нодара ему не давали возможности высказывать свое мнение, к тому же у каждого из трех наставников сборной были свои взгляды, принципы… И с каким результатом вернулась команда из Испании, все хорошо помнят.
В родном клубе тренер-реформатор выбрал путь завоевания футбольного Олимпа. И достиг успехов, потому что благодаря прекрасной интуиции легко докапывался до истины, видел индивидуальные качества футболиста, рационально использовал талант и возможности каждого. После победы в Дюссельдорфе, когда Давид Кипиани уже покинул команду, Нодар заявил, что стоит перед фактом создания нового коллектива. Его надеждой стал Виталий Дараселия, на котором должна была строиться игра «Динамо». Но в декабре 1982 года Дараселия погиб, и надежда возрождения команды не осуществилась...
К сожалению, несмотря на победы тбилисского «Динамо» под руководством неординарной личности и творца собственного стиля, Ахалкаци не обошла стороной несправедливая критика – уж очень он не умещался в рамки стереотипов. В природе не существует человека, который бы не допускал ошибки. Но важно, кто и с какой целью будет подсчитывать эти ошибки. Нодар Ахалкаци был там, где должен был быть, и делал то, что по сегодняшний день лучше него никто не сделал. И результат был соответствующий: «золотая эпоха» в грузинском футболе, красивейшая команда с авторитетом в футбольном мире, награды высшей пробы, счастливые лица и переполненные стадионы. А что сделали те, кто критиковал и противостоял ему?
По окончании тренерской карьеры Ахалкаци внес огромный вклад в создание и успешную деятельность Федерации футбола Грузии, обретшей независимость. Он был президентом этой организации с 1990 года до 25 января 1998 года. То есть до того дня, когда по пути в Тбилисский аэропорт у него остановилось сердце. Он должен был лететь в Москву, на розыгрыш Кубка Содружества. Произошло это через три недели после его 60-летия.
Нодар Ахалкаци посмертно награжден высшей наградой ФИФА Орденом Чести – «За выдающийся вклад в развитие футбола». Его именем в Тбилиси названы улица и 9-я средняя школа, в которой он учился и где установлен его бюст. А когда мы говорим об этом человеке, привнесшем в грузинский спорт новую футбольную эстетику и исполнительское искусство, перед глазами всплывают лица восторженных болельщиков, противоборство футбольных грандов и фейерверк фантастических комбинаций. Мы всегда будем помнить, что под «дирижерством» Нодара Парсадановича в полный голос зазвучала грузинская «футбольная полифония», где воедино слились стиль коллективной игры и индивидуальное мастерство. Это был Ренессанс нашего футбола.

Демико ЛОЛАДЗЕ

 
ФУТБОЛИСТ МЕЧТЫ

https://lh3.googleusercontent.com/ZxjzVHHZmjGg39ApM02W226LTLp9lUfBtOoeq_mozUQSTCRW-DgcRLkVz1G_B2jhfTiQ9QBf6nz7bfnMH496luWzPKJi7qaCLXZTJgjY568rKoJllD78LWNDXWoPZikKrBqNoGAsLxAJoQn6ndKncdDhjVe0YuQdbpSB8xV3x0oMuueB-2kYSTKabVGAdaW5YVPKQHxjMnD3rVoaqgd2KSqgaPOiHD_6eP3pTEI0UBHgoe7QtFWatg-oL7ghyTdk63kk9eN7lr-NO7YMwQoixb8gNhLxAR9AoeFXdKi1_6w3atvGUib1-7-eFjczvdqlcyYzFrHdo6D4BVoovFtOgiZoXnH1edRjV3JSD1JbaQ_XKmy6FReMQt1RS6jRA1PrjYKcicFB19U3lhtrJP896cX_tl4lz_R56RDvMCWmLhVPTFvcjXsgNauHT2ONF4t8bJtICfjuA_VBGRurX7w4wj1Lh5fg2bsp9kLxMj1qtj61wgK18Af5gzuzz5Cfhf9TXQXDf5dEU5mcejbEvyxsFmhrh2wzqFEwGyAj8VCFlKgF8TUob6HaWNjRamCkPMWVoBcTOPZQ19ZL3g08q63450F38WNkKuU=s125-no

К 80-летию со дня
рождения Славы Метревели

Во всем мире насчитывается лишь несколько десятков футболистов, которым выпала честь быть приглашенными в сборную команду мира. Слава Метревели входит в это число избранных благодаря своим блестящим выступлениям на стадионах Европы и Южной Америки. Его имя сверкает в одном созвездии великих – рядом с именами Ди Стефано, Пеле, Гарринчи, Эйсебио, Беккенбауэра, Яшина…
Этот футболист не был рожден и воспитан в крупном спортивном центре. Но его футбольное мастерство формировалось в курортном городе Сочи, который  в Советском Союзе иногда образно называли «весенней столицей футбола»: весной там проходили тренировочные сборы сильнейших команд СССР.
Как гласило семейное предание, Славе было всего года два, когда отец вывел его на футбольное поле и дал для игры воздушный шарик. Сам Слава с трудом вспоминал, когда в первый раз занялся футболом. Наверное, это было его естественное призвание, которое, к счастью, родственники распознали сразу же и до определенного времени не мешали подростку играть в футбол. В возрасте пятнадцати-шестнадцати лет уже ясно вырисовывается будущее настоящего футболиста. Но, видимо, Метревели любил играть больше, чем того хотелось его отцу. Отец, как оказалось, совсем не был заинтересован в том, чтобы мальчик стал футболистом. Слава должен был продолжить семейную традицию и стать... поваром. Поварами были его отец и дед, и эта же участь ожидала молодого человека, одаренного  великолепными футбольными данными.
Начиная с 1952 года, в дом зачастили футбольные  тренеры, зазывавшие Славу каждый в свою команду. Родители всем отвечали отказом. К тому времени 16-летний Метревели играл в сочинской команде юниоров «Спартак». Однажды семью Метревели посетил начальник команды команды горьковского «Торпедо» Николай Мамулашвили. Он оказался крепким орешком и не ушел до тех пор, пока не добился согласия. И сочинский подросток очутился в Горьком.
Однако я должен вспомнить один малоизвестный факт. До переезда в Горький  врач популярной тбилисской команды ТОДО Алико Чичуа, который  видел игру Метревели в Сочи, рекомендовал его пригласить. Но в нашей столице руководство команды взглянуло на приехавшего Славу и… на этом все закончилось.
Если кто-нибудь думает, что, перейдя из провинциальной команды в сильный коллектив, тем более, в основной состав, адаптироваться и играть легко, пусть обратится к примеру Славы Метревели. Он навсегда запомнил, как в первом же матче его поставили в основной состав и как он убежал в раздевалку. Неопытный юноша оторопел от ужаса, увидев огромный стадион, заполненные трибуны и, что самое главное, ощутив ту ответственность, которая должна была лечь на его плечи. Тем более что горьковское «Торпедо» играло не дома, а в гостях – с «Ростсельмашем» в Ростове. С увещеваниями дебютанта вернули на стадион. Но самое удивительное – Метревели скоро отбросил панический страх и свободно заиграл рядом со старшими партнерами. Тот матч горьковчане выиграли со счетом 6:0, и два мяча забил Слава Метревели.
Очевидно, что никто не взял бы подростка в серьезную команду с такой легкостью. Чем же покорил такой юный футболист сердца незнакомых тренеров? По мнению самого Метревели, он хорошо владел мячом, легко прокладывал дорогу к воротам соперника финтами и дриблингом. Конечно, у него были и другие преимущества, но об этом лучше знали его тренеры. Так или иначе, Метревели твердо занял место в основном составе команды класса «Б», куда его с радостью пригласили, и, как доказало время, не ошиблись.
А летом 1956 года в Горьком произошло следующее. После товарищеского матча между местной командой и столичным «Торпедо» старший тренер москвичей Константин Бесков, восхищенный игрой Метревели, попросил его проводить гостей на вокзал. Слава пришел на перрон, поднялся в вагон. И Бесков… запер купе. Поезд тронулся. По дороге Бесков успокаивал Славу, объясняя, что тому не надо беспокоиться, что он обо всем договорится с горьковчанами. Так с июля 1956 года С.Метревели обосновался в команде московского автозавода в основном составе рядом с такими мастерами футбола, как Валентин Иванов и Эдуард  Стрельцов.
В этой команде он завоевал одну золотую и две серебряные медали чемпионата страны, стал обладателем Кубка СССР, а затем отправился в Тбилиси.
Переход Метревели в тбилисское «Динамо» вызвал большой ажиотаж. Называли  (без всякого на то основания) большую сумму, которую он якобы запросил. У всех на языке были имена меценатов, которые финансировали его перевод. В конце 1990 года Слава Калистратович вспоминал: «Когда меня приглашали в тбилисское «Динамо», я, конечно, колебался, ведь в тогдашней команде светились звезды, и, в первую очередь, Месхи. Согласилось бы «созвездие» принять в свои ряды человека, который не хотел занимать второстепенные места? На самом деле, меня попросили Шавгулидзе и Яманидзе. И я приехал. Вот так это было. Мечтой любого грузинского футболиста было играть в «Динамо». В связи с этим хочу вспомнить один случай, когда однажды в Москву приехал Миша Месхи и сказал мне: «Слава, если кто-нибудь и не хочет твоего переезда в Тбилиси, то это должен быть я, так как сегодня в команде я – первый, а что будет после твоего приезда, бог знает. Но, несмотря на это, я советую тебе приехать – когда придет время, и  ты уйдешь из большого футбола, Грузия оценит тебя по заслугам, ты останешься заметным, уважаемым человеком. А здесь ты можешь затеряться». После таких достойных  откровенных слов я не мог ответить отказом».
В «Динамо» Славу встретили Михаил Месхи, Шота Яманидзе, Владимир Баркая, Серго Котрикадзе, Гиви Чохели, Заур Калоев, Муртаз Хурцилава, Георгий Сичинава,  другие блестящие спортсмены. Динамовцам не хватало лишь одного футболиста, того, который объединил бы команду и привел бы к золотым медалям.
Футболку тбилисского «Динамо» Слава надел 31 марта 1963 года на игру с ленинградским «Зенитом». Выступил великолепно, и «Динамо» выиграло матч со счетом 4:0. Однако мало кто знает о том, что когда весь Тбилиси ждал первого выступления Славы, у него под мышкой образовался фурункул и его участие в матче с «Зенитом» было под вопросом. Понадобилась срочная операция. В Институте хирургии профессор Зураб Симония сделал все, чтобы наш зритель не был разочарован.
В 1964 году «Динамо», наконец, праздновало большую заслуженную победу в чемпионате СССР.  В этом, в первую очередь, была огромная заслуга Славы Метревели. Тбилисцам требовался именно такой правый нападающий – уникально техничный, результативный, быстрый и мыслящий. А в жизни это был очень добрый, любящий товарищей человек.
Выдающийся вратарь тбилисского «Динамо» Серго Котрикадзе на годовщине легендарного футболиста признался автору этих строк, что Слава Метревели был единственным в Грузии, второго такого не было, нет, и дай бог, чтобы такой родился бы на нашей земле в XXI веке. Блестящие техника Славы, скорость, игровое чутье приводили защитников противника в большое замешательство. О его универсальности можно сказать только одно – когда того потребовали интересы команды, и его перевели в центр нападения, он и там также проявил себя высоким мастером. Он не только отлично руководил нападением, но и был одним из лучших бомбардиров чемпионата СССР 1964 года. Слава был прекрасным партнером, глубоко знал «грамматику» футбола и понимал любой нюанс каждого матча.
Российский журналист Мартын Мержанов в книге «Еще раз про футбол» вспоминает триумфальное турне сборной СССР по Южной Америке в 1961 году. После окончания матча со сборной Аргентины восторженные зрители выскочили на поле и погналась за нашими футболистами. Их целовали, обнимали, просили автографы. Самые темпераментные болельщики стянули с Метревели футболку и разорвали на сувениры. А Мише Месхи... удалось сбежать. Автобус с футболистами окружила многотысячная толпа. Болельщики кричали: «Браво, Месхи!», «Браво, Метревели!» На второй день пресса пестрила портретами этих футболистов. А в одной газете было такое объявление: «Месхи – 50 миллионов песо, Метревели – 50 миллионов песо, Яшин – бесценен».
Метревели был легким и воздушным форвардом. Его игра была похожа на грузинский танец. Он передвигался по полю, будто не касаясь ногами земли, создавалось впечатление, что он летает над полем. Техника у него была мягкая, незаметная. Любые, самые сложные футбольные элементы, он  выполнял без малейших усилий. В тоже время он был атлетом, и каким! Бегал быстрее всех, прыгал выше и дальше всех. На тренировках с легкостью поднимал 100-килограммовую штангу.
Его заслуги были очевидны, но его участие в сборной страны часто ставилось под вопрос. Его изысканное мастерство, зачастую – очень утонченное, импонировало не всем  тренерам. Многим к тому же были не по душе его характер, умение сказать меткое словцо. На мировом чемпионате в Англии в 1966 году Слава Метревели вышел на поле только дважды. Известный спортивный обозреватель Лев Филатов тогда писал: «Международный журналистский корпус был в ярости – как можно было держать такого игрока в запасе? Ответ не мог дать ни один из нас». В 1970 году, на чемпионате мира в Мексике, Метревели числился в сборной СССР, но руководство не дало ему возможности принять участие ни в одном из матчей…
Перед началом чемпионата СССР 1971 года Славе Метревели начали твердить, что, мол, теряешь скорость. А ведь он был самым быстрым в забегах на 30, 50 и 100 метров. Потом стали утверждать, что у него нет былой выносливости. Это у него-то, который неизменно побеждал в кроссах! Одним словом, у него «обнаружили» тысячу минусов, затем и вовсе не ставили в основной состав – за весь сезон он принял участие только в семи матчах. И Слава решил оставить спорт. (Кстати, в 1969 году аналогично поступили и с Михаилом Месхи, который принял участие лишь в четырех матчах за сезон и вынужден был уйти из спорта).
12 ноября 1971 года на стадионе «Локомотив» (ныне – имени Михаила Месхи) в последнем матче сезона динамовцы принимали московский «Спартак». Это был прощальный матч Славы Метревели. В тот день товарищи по команде подняли на руки суперзвезду футбола и так вышли на поле. Свое место Слава уступил 19-летнему Владимиру Гуцаеву, который достойно продолжил спортивный путь великого  предшественника.
Грузинский народ никогда не забудет кристально чистую личность, волшебника футбола, который создавал шедевры игры, радовал и воодушевлял высочайшими, незабываемыми голами, победами, и ушел из этого мира тихо.
Слава Метревели везде, где ему приходилось жить и работать, оставил неизгладимый след. Он был гордостью нации и страны. В мировом футболе не так уж много мастеров, чья игра никогда не сотрется из памяти. К счастью, к этому числу принадлежит и Слава Метревели. Его имя золотыми буквами вписано в историю мирового спорта.


Демико ЛОЛАДЗЕ

 
ОДНА НА ВСЕХ ПОБЕДА
https://lh5.googleusercontent.com/-zx6VsaqV_mc/VUtCB3IFt2I/AAAAAAAAFwE/jfvJ65Cnt34/s125-no/g.jpg

Однажды, придя на работу, мы, журналисты обнаружили большие перемены. Заместителем редактора нам назначили заведующего организационным отделом тбилисского горкома партии Ираклия Сараджишвили, усиливая партийное руководство. Эту же цель преследовала передача браздов правления президента Федерации борьбы, первого и, по единодушному признанию, лучшего в истории президента федерации.
«Я попал в команду республики лишь после того, как меня включили в состав сборной Союза… Я и не мечтал, что меня поставят рядом с Эгадзе, Гванцеладзе, Коридзе, Абашидзе… Я опускал глаза, когда они были рядом».
Это была действительно великая команда, которая, как правило, занимала первое-второе места, а ее участники становились чемпионами мира и олимпийскими чемпионами. Заметьте, эти слова принадлежат Роману Руруа. В олимпийском 1968 году он стал чемпионом, а еще на его счету шесть золотых медалей первенства Советского Союза и пять чемпионатов мира.
В те годы – 60-70-е – федерация включала спортсменов греко-римской (ее тогда называли классической), вольной, самбо, грузинской борьбы. Позже к Олимпиаде 1964 года в Токио начали готовиться наши борцы – дзюдоисты, когда этот экзотический вид впервые был включен в программу Олимпийских игр. И вся эта армада находилась в ведении Ираклия Ивановича Сараджишвили и государственного тренера по борьбе Вахтанга Ермолаевича Кухианидзе.
Ираклий Иванович был на редкость обаятельным человеком, принципиальным, честным, знал все тонкости борьбы. Этот прекрасный человек всегда был в курсе  борцовских дел, хорошо знал всех борцов, знал где они живут, в каких условиях, будучи заведующим отделом горкома партии, успевал всегда и всюду, не пропускал ни одного спортивного соревнования, знал в лицо всех спортсменов, тренеров, судей и даже самых известных болельщиков.
Не забывал он и юных борцов сборной Грузии. Всегда на сборы прикреплял лекторов, которые разъясняли им правила поведения в жизни, рассказывали как вести себя в других городах, гостиницах, взаимодействовать с членами других сборных команд.
В начале 70-х годов наша сборная допустила грубейшее нарушение дисциплины, что повлекло за собой бойкот  командного чемпионата Советского Союза. Это было чревато не только дисциплинарной дисквалификацией, но и гораздо худшими последствиями.
Что в этой трагической ситуации делает президент федерации? Он набирает номер правительственной связи тогдашнего министра внутренних дел и говорит всего четыре слова: «Не погуби моих ребят!» Вот, что значило слово Ираклия Сараджишвили!
При этом разговоре присутствовал Тамаз Мачавариани. Он пришел принести извинения за серьезный проступок команды, которая сожалела о содеянном. На Тамазе Мачавариани лежала особая ответственность, поскольку он был в то время основным участником сборной команды Советского Союза и ее капитаном.
Высокие должности, занимаемые Сараджишвили, позволяли ему заботиться об улучшении жилищно-бытовых условий спортсменов, как они заслуживали.
В 1967 году Тамаз Мачавариани и Роман Руруа стали чемпионами страны по классической борьбе. Сараджишвили вызвал Тамаза к себе и говорит: «Я знаю, ты живешь в родительской квартире. Когда думаешь обзавестись семьей?»
Мачавариани отвечает, что все решает квартирный вопрос. В ту же минуту Сараджишвили берет правительственный телефон и звонит председателю исполкома тбилисского горсовета Шота Бухрашвили и говорит: «У тебя на столе сегодняшние газеты. Перелистай их страницы и увидишь наших ребят».
Председатель поздравил нас с победой. Ираклий Иванович говорит: «Тамаз не имеет квартиры. И что нам делать?» Председатель говорит: «Пусть немедленно едет ко мне!»
Пришел Тамаз к зданию горсовета. Его уже ждали на улице и провели в приемную председателя. В приемной яблоку негде упасть. Тамаз увидел немало знакомых. «Где ты?», – говорят. «Бухрашвили из-за тебя отложил совещание. Ждем спортсмена». Секретарша завела Тамаза в кабинет начальника. Он тепло поздравил и говорит: «Твой вопрос уже решен и я передал соответствующим службам контроль за его исполнением».
Совместная работа с видным партийным работником давала нам большое преимущество перед другими журналистами. Мы, что называется, получали информацию из первых рук. Я, в частности, в доме Романа обнаружил в его альбомах газетных вырезок, что первым написал про первый большой успех выдающегося борца – победу на III Спартакиаде народов СССР 1957 года, что в предолимпийский год приравнивалось к званию чемпиона страны.
Уезжая на все соревнования, участники сборных не забывали зайти к своему председателю федерации, обговаривали последние тонкости турнирной тактики и стратегии. Эти встречи, а также «разборы полетов» были предметом интереснейших профессиональных разговоров, на которых закладывались будущие достижения.
Последние дни 1967 года.  Сборная СССР только вернулась из Индии, где на чемпионате мира в городе Дели в пух и прах разгромила сильнейшие команды мира. Четыре года подряд наша сборная не могла вернуть звание сильнейшей. Теперь ей это удалось с блеском.  В активе нашей команды сорок одно очко. Второе командное место за японцами – 22 очка. У иранцев – 17.  Мы принимали в редакционных кабинетах чемпиона мира  Али Алиева, вице-чемпионов Зарбега Бериашвили, Шота Ломидзе и Елкана Тедеева, Назара Албаряна и руководство команды.
Еще недавно борцы Грузии  следовали замечательной традиции – ежегодно отмечали День борца. Осенью участвовали в Арсеноба, ездили на родину олимпийского чемпиона Арсена Мекокишвили в Сагареджойский район, как бы отчитаться о проделанной работе. Право на поездку получали только олимпийские чемпионы и чемпионы мира. Это предложение о проведении праздника принадлежало Гиви Картозия и незаслуженно забыто, как и многие дела, инициатором которых был этот рыцарь грузинского спорта.
Полдень. По гористой сельской дороге на кладбище шла большая группа немолодых крепких мужчин.
«К Арсену идут», – говорили старики.
«Все-таки для людей нашего возраста трудно подниматься в гору», – сказал Ираклий Иванович.
Никто не спорил.


Арсен ЕРЕМЯН
 
ЧУДО-ХИРУРГ

https://lh3.googleusercontent.com/-XA3Q6Zqm2oY/VUCvvRGq5yI/AAAAAAAAFsQ/_1jYDPiga2A/s125-no/f.jpg

Она шла по коридору, здороваясь с бойцами. Вчера, во время утреннего обхода, обратила внимание на подавленное настроение раненого из 22-й палаты. Рослый, широкоплечий лейтенант лежал с осколочным ранением локтевого сустава и сейчас скептически разглядывал перевязанную правую руку. Дело шло на поправку, но что тогда огорчало бойца?
– А что, Юлия Николаевна, если это ранение навсегда закроет для меня двери спортивных залов? До войны я был гимнастом.
Он был гимнастом! Если б он знал, что у военного хирурга, склонившегося перед ним, над госпитальной койкой, с этим спортом связаны незабываемые события.
Москва 1933 года. Среди участников всесоюзного первенства и она, Юлия Николаевна Парешашвили – миловидная стройная девушка. Она подходит к снаряду и выполняет сложнейшее упражнение на перекладине. Сильнейшая гимнастка Грузии и Закавказья. Звание чемпионки Закавказья Юлия сохранила до 1940 года. Очень скоро сказались результаты усиленных тренировок, студентка третьего курса Тбилисского медицинского института одной из первых в стране гимнасток удостаивается звания мастера спорта СССР.
В 1935 году Парешашвили работает врачом-ординатором в клинике госпитальной хирургии академика Г.М. Мухадзе. Григорий Михайлович, замечательный хирург и опытный педагог, обратил внимание на незаурядные способности молодого врача, на склонность Юлии к научной работе и ходатайствовал о ее принятии в клинику.  Потом – аспирантура, работа над диссертационной темой.
Диссертация была почти завершена, когда война прервала ее мирную работу.
С первого дня Юлия была мобилизована в качестве военврача.
Она избрала трудный профиль работы – лечение огнестрельных переломов бедра и крупных суставов. С большим мастерством проводила кожно-пластические операции.
Во втором хирургическом отделении, которым руководила Юлия Парешашвили, помещались самые тяжелые больные. Кто точно определит, сколько человеческих жизней спасла в военные годы эта с виду хрупкая женщина, вернула в строй, возвратила улыбку на лица, обожженные войной...
Она прошла по коридору, вспомнив, что так и не удалось отлучиться домой, к сыну, который в сорок первом только начал говорить. И как мучительно хочется отдохнуть!..
Республиканская газета «Заря Востока» 8 марта 1945 года писала: «Где только не лечили красноармейца Никиту Белобородко. Сломанная голенная кость срослась, но огромная изъязвленная рана не поддавалась лечению. Никиту доставили в один из тбилисских госпиталей, где парня осмотрела заведующая хирургическим отделением Юлия Николаевна Парешашвили. По ее мнению, обычным хирургическим вмешательством тут было не обойтись. Врач решила сделать пластическую операцию: на ране в 35 сантиметров длиной и 5 сантиметров шириной насадить кожу. Через пару недель рана полностью заросла и дело пошло на поправку.
Благодаря высокому профессионализму хирурга, сотни бойцов и офицеров вернулись в строй. Только в 1944 году Юлия Николаевна сделала около четырехсот сложных операций.
Ей много пишут с фронта, благодарят за заботу. К примеру, боец Шкилев пишет: «Я подолгу рассказываю родным о своей фронтовой жизни, о госпитале и о вас. Спасибо, большое спасибо воина, которому вы вернули здоровье».
Спустя многие годы после окончания войны Юлия Николаевна Парешашвили продолжала получать письма от тех, кому спасла руку, ногу, вернула трудоспособность. Отвечала на сотни корреспонденций, давала советы, интересовалась личной жизнью своих далеких друзей, которых свела с ней война.
Сама Юлия после расформирования госпиталя работала старшим научным сотрудником отделения экспериментальной хирургии тбилисского НИИ травматологии и ортопедии. Вернулась к диссертации, о которой не забывала в годы войны.
В 1950 году Ю.Парешашвили была присвоена ученая степень кандидата медицинских наук. Кожной пластике различного происхождения посвящалась и докторская диссертация бывшего военврача, удостоенной высшей награды – вернуть людям право на радость.


Арсен ЕРЕМЯН

 
<< Первая < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 Следующая > Последняя >>

Страница 1 из 14
Среда, 16. Октября 2019