click spy software click to see more free spy phone tracking tracking for nokia imei

Цитатa

Думайте и говорите обо мне, что пожелаете. Где вы видели кошку, которую бы интересовало, что о ней говорят мыши?  Фаина Раневская

МАЧЕХА

ma4exaЭДУАРД УГУЛАВА РОДИЛСЯ В 1973 Г. В СЕЛЕ ГОРДИ ХОНСКОГО РАЙОНА. В 1990 Г. ЗАКОНЧИЛ ЗАКОНЧИЛ ХОНСКУЮ ПЕРВУЮ СРЕДНЮЮ ШКОЛУ, В 1990-М – ТБИЛИССКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ИНСТИТУТ КУЛЬТУРЫ, В В 2004-М – МАГИСТРАТУРУ ИНСТИТУТА МАСС-МЕДИА И ОБЩЕСТВЕННОЙ КОММУНИКАЦИИ. РАБОТАЕТ ПРЕПОДАВАТЕЛЕМ ГРУЗИНСКОГО ЯЗЫКА И ЛИТЕРАТУРЫ В ТБИЛИССКОЙ 112-Й ПУБЛИЧНОЙ ШКОЛЕ. АВТОР ДВУХ СБОРНИКОВ ПОЭЗИИ. ЧЛЕН СОЮЗА ПИСАТЕЛЕЙ ГРУЗИИ.
- Ну-ка, сынок, готовь свои новые санки, небо так хмурится, наверняка ночью будет снег, - сказал папа, подкладывая дрова в печку.
Мальчик быстро вскочил и стал смотреть в окно, и хотя ничего утешительного там не увидел, все-таки выбежал в соседнюю комнату, полюбовался на санки, купленные отцом двумя днями раньше, и вернулся обратно, оглядел из окна двор в наступающих сумерках и вне себя от счастья крикнул: - снег, снег идет!
Блаженное чувство испытывал мальчик от того, что за окном падал снег, в печке гудел огонь и что родители окружали его заботой.
Ни разу за весь вечер он не захныкал, съел без разговоров манную кашу и запил полным до краев стаканом молока. Мама перед сном  помыла ему ножки, уложила в постель и сама прилегла рядом. Вдруг он выскочил из постели и придвинул санки поближе  к кровати.
- Простудишься! – рассердилась на него мама.
Мальчик без слов юркнул под одеяло и прильнул к маме. Но взбудораженный тем, что шел снег, никак не мог уснуть и время от времени шепотом спрашивал маму, - снег еще идет?
- Идет, идет, - отвечала мама.
- И будет идти всю ночь? – не унимался мальчик.
- Будет, будет, а что ему еще делать?! – успокаивала его мама.
- Если не проснусь рано, ты меня разбудишь?
- Засни вовремя, тогда и сам проснешься.
- Засну, но ты ведь меня разбудишь? – волновался мальчик.
- Как же ты снегу радуешься, - улыбалась мама, целуя сына.
На следующее утро мальчик проснулся рано. Из соседней комнаты слышалась какая-то суета. Мальчик осторожно приоткрыл дверь и увидел маму, лежащую на диване, у изголовья ее сидел мужчина в белом халате, он держал руку мамы в своей и, следя за стрелками наручных часов, сокрушенно качал головой.
В комнате хлопотали еще две женщины, тоже в белых халатах. Папа стоял у окна и грустно смотрел во двор.
Врач обернулся к отцу мальчика и сказал, что больную надо отвезти в городскую больницу для всестороннего обследования. Возможно, придется делать срочную операцию.
Люди в белых халатах засуетились.
Мама заметила стоящего в дверях ребенка, улыбнулась ему и сделав знак рукой подозвала к себе. Мальчик мгновенно приблизился к ней. Женщина прижала сына к груди, любовно взъерошила его золотистые кудри, поцеловала в голубые глазки и сказала: ну, будь молодцом, не грусти, я скоро вернусь.
Потом ее на носилках вынесли во двор и поместили в машину с красными полосками, стоящую перед калиткой дома. Машина  пронзительно взвыла и скрылась с глаз.

Лежащая посреди комнаты мама была такой же красивой, как и при жизни. Мальчик не удивлялся, что мама лежит так неподвижно, поскольку знал: еще немного и он уже никогда не увидит ту, что была ему так нужна, с кем он никогда не разлучался и с кем не знал никаких забот, прижимаясь к ее груди. Мальчик понимал все это и боялся, боялся своей незащищенности. Но он не плакал, хоть и маленькое сердечко его переполняла горечь, настолько, что он даже ощущал боль. А папа…Папа носился взад-вперед, беспокоился о каких-то непонятных мальчику вещах, звал соседей, говорил им, на вас, мол, вся надежда, узнаете, заверял он их, как я потом вас уважу.
- Не думай ни о чем, все будет хорошо, – обнадеживали его соседи.
Больше всего мальчика удивляли эти слова, - что хорошего может быть?! – думал он, глядя на неподвижно лежащую посреди комнаты маму.
Его не взяли с собой на кладбище, - зачем брать ребенка туда в такой холод, что хорошего он там увидит, жалко его…
А потом…
Мальчик смотрел из окна, видел, как выносили со двора маму, как падал снег на ее неподвижное лицо. И знал, что с этого дня он уже никогда не будет любить снег.

В тот вечер тетушка, сестра отца, не поехала к себе, осталась с племянником, и хлопотала вокруг него. И ужин ему приготовила, но от одного вида еды мальчика замутило. А тетушка сказала, что если он не поест, мама обидится, после чего мальчик  с трудом прожевал несколько кусочков.
Затем она уложила его в постель и сама прилегла рядом. Глазки у мальчика были закрыты, но он не спал. Немного погодя, он спросил – снег еще идет?
- Да, идет, - ответила тетя – у тебя ведь есть саночки?
- Есть, - ответил мальчик и ясно представил, как ложится снег на мамину могилу и ощутил страшный холод.
- До утра будет идти снег? – через какое-то время снова спросил мальчик.
- Да, до самого утра, не волнуйся, - успокоила его тетя и мальчик расплакался.
Тетя решила забрать мальчика с собой в город.
- Ты не сможешь за ним смотреть, и до того, пока у тебя что-то не изменится, мальчик останется у меня, - сказала она брату.
Три месяца пробыл мальчик в городе, и папа каждое утро навещал его перед работой и каждый раз сын задавал ему один и тот же вопрос:
- Когда ты заберешь меня домой?
- Скоро заберу, скоро, - задумчиво отвечал отец.
- В доме, где нет женщины, ребенку нечего делать. – говорила тетя - Ты за собой не можешь присмотреть, а за ним тем более.
- Как же мне тогда быть? – спрашивал брат.
- Жениться тебе надо.
- Ну что ты такое говоришь, ведь я только недавно похоронил жену и сразу привести в дом чужую женщину? Как я людям в глаза посмотрю после этого?
- А как сыну в глаза посмотришь, когда лишаешь его женской заботы? – удивлялась тетя.
Утром тетушка помогла мальчику умыться, одела во все новое, пригладила ему кудри, как смогла, еще раз внимательно его оглядела и позвонила мужу:
- Поторопись, а то опоздаем.
Муж тетушки приехал на машине друга. Мальчик и двоюродные братья быстренько уселись в машину, следом уселась и тетя, она перекрестилась перед дорогой и машина заскользила по асфальту.
Стояло теплое весеннее утро. На протянутых между придорожными столбами проводах уже сидели в ряд ласточки. Кругом все ярко зеленело, а белеющие вдали снежные вершины довершали этот прекрасный вид.
Мальчик вдруг узнал родные места, и такая радость его охватила, что он удивился, как, мол, я мог столько времени оставаться в городе. Сердечко у него как-то странно заколотилось, подбородок задергался, но он всячески старался скрыть охватившее его волнение, боясь, что двоюродные братья поднимут его насмех.
Вскоре машина остановилась у калитки его дома. Мальчик неторопливо вышел из машины и увидел на балконе папу и незнакомую молодую женщину. Папа расцеловал сына. Вот мой мальчишка, сказал он стоящей рядом женщине.
- Ой, да какой же ты махонький, - захлопала в ладоши женщина и присела перед мальчиком на корточки, потрепала за чубчик, поцеловала в глазки, взяла за руку смущенного мальчика и завела в гостевую комнату, где на диване была навалена груда всевозможных игрушек: автомобили разных цветов, кубики, большущий самолет, но мальчик к ним даже не прикоснулся.
- Бери, что хочешь, это все твое, - ласково говорила ему женщина.
- Нет, не сейчас, потом, - с трудом пролепетал мальчик.
- Ну ладно, играй, когда захочется, - улыбнулась женщина и, указав на странную игрушку, восседающую на спинке дивана, спросила:
- Это твой медвежонок? – мальчик улыбнулся и утвердительно кивнул головой.
- И как его зовут?
- Ниф-Ниф, - вновь улыбнулся мальчик.
- Ой, да это же поросенок, а я подумала медвежонок, - рассмеялась женщина, взяла игрушку в руки и внимательно ее осмотрела:
- Ты смотри, это же действительно поросенок, как же я не догадалась.
Потом она снова взяла мальчика за руку. – А теперь, - сказала она, - выйдем к гостям, а то неудобно, нас ведь там ждут.
Красивая она, думал мальчик о своей мачехе, но мама была еще красивей. Кажется, и ростом мама была выше. Нет, не кажется, а действительно была выше. У этой женщины теплый голос, но у мамы он был нежнее и мягче. У нее медовые глаза и черные волосы, а у мамы были голубые глаза и золотые волосы. И я похож на маму, у меня волосы и глаза такого же цвета, - думал мальчик, внимательно разглядывая свое отражение в зеркале и желая найти еще какое-нибудь сходство с матерью, но ничего другого он больше не заметил. И все-таки уверял себя: похож я на маму, похож. Но чем больше он думал о маме, тем труднее ему было свыкнуться с мачехой. А женщина обращалась с ним так заботливо и с такой любовью, что ребенок испытывал даже какую-то неловкость, и стоило только женщине приблизиться к нему, как он сразу же краснел, опускал головку, начинал смотреть вбок и даже слегка противился ее ласкам.
Но бывало и так, что он вдруг заливался тихим смехом, когда мачеха целовала его в животик или когда нежно щекотала ему пяточки. Не оставался он равнодушным и к сказкам, которые рассказывала ему мачеха, ведь изображая героев сказок, она говорила при этом разными голосами, что вызывало у мальчика восторг. Но это чувство быстро проходило, как только женщина говорила: ну, все довольно, а теперь спать.
А когда мальчик закрывал глаза, он погружался в печальные мысли и засыпал только под утро. Потом  он с трудом просыпался, и весь день бывал не в настроении и даже, случалось, засыпал, сидя на диване.
Женщина всячески старалась заслужить любовь ребенка.
А время шло.
В то утро они, как обычно, сидели за столом и завтракали.
Мальчик повернул головку к окну и уставился в одну точку.
- Солнышко, во время еды ни о чем не надо думать, - осторожно заметила мачеха.
- Я просто думаю, это что, плохо? – недовольно возразил мальчик и приступил к еде.
- Сперва поешь, а после думай, сколько хочешь,- сказал отец и протянул сыну хлеб, - и все-таки, о чем ты столько думаешь? Что тебя интересует, спроси, может мы тебя поможем.
Мальчик  растерялся, пролепетал что-то невнятное и вновь задумался.
- Знаете, что меня интересует? – выпалил он вдруг.
- Ну-ну, говори, - подбодрила его мачеха.
- Что там, над небом? – спросил мальчик.
- Что?! – воскликнули в один голос отец с мачехой и переглянулись. И вдруг разразились смехом.
- Что я такого сказал? – удивился мальчик.
Мачеха еле отдышалась и попыталась успокоить мальчика.
- Нет, нас рассмешило вовсе не то, что ты сказал…просто мы с папой что-то вспомнили, - потом она взглянула на мужа, который прямо-таки давился от смеха и вновь закатилась.
- Нет, не над твоими словами я смеюсь, - выговорил, наконец, папа, - но твои сверстники не задают такие вопросы.
- А почему? – спросил мальчик.
- Потому, что их интересует другое.
- Что другое?
Отец огляделся по сторонам, потом пошел в угол комнаты, поднял с пола игрушечный автомобиль и направился к мальчику:
- Вот, к примеру, ребенок твоего возраста непременно заинтересуется, что там, внутри этой машины.
- Но это ведь и меня интересует, - вылупился мальчик на отца.
- И что дальше?
- А чтобы это узнать, я должен разобрать машину.
- И ничего в этом удивительного не будет, - улыбнулась удовлетворенная таким ответом мачеха.
- Но вы на  меня за это рассердитесь, и машины у меня тоже уже не будет, - засмеялся мальчик.
Обескураженный этим объяснением, отец не нашелся что сказать и растерянно оглянулся на повеселевшую жену.
- Он у нас или прославится, или ославится, - улыбнулся папа и выглянул в окно, - ух, ты, какой снег, - удивился он.
Потом неохотно снял с вешалки шапку и куртку, поцеловал жену и сына и со словами «мне пора на работу» вышел из дома.

…С содроганием вспоминал мальчик, как вбежали к ним соседи плача, как кто-то гладил по голове растерянного ребенка, как рассказывали остальные побелевшей мачехе что-то о каком-то несчастном случае, произошедшем, оказывается, с ее мужем на работе, как окружили потом потерявшую сознание женщину, которая только что узнала о гибели мужа и …
… Папа лежал на том же самом месте, где год назад покоилась мама. Тетя и молодая жена сидела в изголовьи покойного. Женщины надрывно плакали над превратной судьбой близкого им человека, уходящего в мир иной.
Соседи утешали тетушку, вышедшую на балкон попить воды, - не бойтесь ничего, все будет хорошо, - и вновь недоумевал мальчик, что может быть хорошего, и удивленно озирался вокруг.
Потом папу спустили во двор и с плачем и причитаниями вынесли через калитку на улицу.
И снова мальчика  оставили дома, зачем, мол, брать ребенка на кладбище, да еще в такую погоду. И снова он смотрел из окна, как несли отца, как падали хлопья снега на его неподвижное лицо. И мальчик знал, что он уже никогда не обрадуется снегу.
Тетушка после похорон сперва решила остаться, но затем передумала, столько, мол, снега навалило, дороги перекроются и дети, говорит, там останутся без присмотра. Мальчик и мачеха пошли ее провожать. Молча шли они, думая каждый о своем. Вдруг тетя обернулась к невестке со словами:
- А может, лучше мне забрать ребенка к себе?
Мальчик поначалу обрадовался, но, заметив, как побледнела мачеха, промолчал.
- Как забрать, зачем? – взволновалась женщина, и глаза у нее наполнились слезами.
- Не знаю, - задумчиво произнесла тетя, - не то, что чужого ребенка, но … - она не договорила то, что хотела сказать.
Никто после этого не проронил ни слова.
У обочины  дороги тарахтел готовый к отправке автобус. Тетя помахала рукой водителю, чтобы он подождал ее, потом наклонилась, к мальчику, поцеловала его в лобик, - ну, будь молодцом, я к тебе скоро приеду, - сказала она, утерла слезы и поднялась в автобус.

Близился вечер.
В комнате гудела печка.
Мальчик стоял у окна, безучастно глядя во двор.
По-прежнему сыпал снег...
Мальчик отошел от окна, примостился возле печки и украдкой взглянул на одетую во все черное мачеху. Сейчас эта женщина казалась ему еще более чужой, от прежней ее живости не осталось и следа, она заметно надломилась, казалась старше, красивые медового цвета глаза впали, и взгляд их был полон скорби, на юном лице обозначились морщины и весь ее облик казался строже.
Мачеха вдруг встала, грустно улыбнулась мальчику, погладила его по головке и спросила, не проголодался ли он. Мальчик отрицательно мотнул головой. Ну, ладно сказала женщина, взяла из шкафа чурчхелу и протянула ребенку. И это, говорит, тоже не хочешь?.. Мальчик взял у нее чурчхелу и нехотя стал жевать.
- Кажется, уже пора спать, - через какое-то время сказала женщина.
Ребенок молча встал, выглянул в окно и направился в спальню.
Мальчику не спалось, он беспокойно ворочался в постели. Потом повернулся к лежащей рядом мачехе и спросил: «Снег еще идет?»
- Да, - ответила она, - идет.
- И будет идти всю ночь?.
- Наверное, - с грустью сказала женщина, - зато, чем больше навалит снега, тем под землей будет теплее, ты это знал?
Ребенок почему-то не ответил, и мачеха тоже не произнесла ни слова.
Мальчик знал, что мама и папа ушли навсегда и, что все вокруг, что было для него таким родным: дом, двор, улица, все то, что олицетворяло для него целый мир, разом вдруг стало чужим. И только тетушка сейчас была единственно близким ему человеком, и мальчик решил отправиться к ней каким-либо образом.
- Ну и что ж, что тетя живет в городе, - думал про себя мальчик – поеду автобусом, и пусть я не знаю дорогу, зато водитель знает. Поеду и увижусь со своей тетушкой.
На следующее утро мальчик нехотя позавтракал, затем подошел к окну и выглянул на заснеженный двор и улицу, где играли дети, голоса их, разносились по всему селению.
- Хочу на улицу, - обратился мальчик к сидящей в задумчивости мачехе, стараясь не смотреть ей в глаза.
Женщина очнулась, обрадовалась словам мальчика.
- Ну и прекрасно, мой хороший, развлечешься с детьми, не сидеть же тебе все время дома, только надо потеплее одеться.
Она надела на мальчика куртку, на шею повязала кашне, нахлобучила на него пеструю шапочку, маленькие ножки обула в высокие ботинки и вывела его во двор.
- Только не замочи ножки, - напутствовала она и перекрестила ребенка, глядя ему вслед.
Мальчик шел и тянул за шнурок свои  санки, скользящие за ним по снегу. Он быстро поравнялся с детьми, но не включился в их игру, встал чуть поодаль и грустно наблюдал их забавы.
Люди, стоявшие у автобуса, окружили водителя, требуя, чтобы он повез их в город. Водитель отказывался, объясняя это тем, что в такой снегопад невозможно добраться до города, застрянем, говорил он, на полдороге. Но пассажиры продолжали настаивать и, наконец, кто просьбой, кто угрозой вынудили уставшего от гвалта водителя ехать.
Мальчик поднялся в автобус вместе со всеми. На какое-то время у него перехватило дыхание, но, оказавшись внутри, он облегченно вздохнул, примостился на последнем сидении, с нетерпением ожидая отправки автобуса.
Видно, никто из пассажиров и представить не мог, что ребенок собрался в дорогу один и поэтому на него не обратили никакого внимания.
Наконец машина затарахтела и водитель, недовольно ворча, рванул с места.
Мачеха наблюдала из окна, как играли в снегу детишки. Вдруг она заметила, как неловко упал мальчик в пестрой шапочке. Женщина мгновенно вскочила, выбежала из дома и, запыхавшись, кинулась к плюхнувшемуся в снег ребенку, подняла заплаканного мальчика и побледнела… Она переводила взгляд с чужого ребенка, на котором была шапочка ее мальчика, на детей, резвящихся  в снегу. Наконец вся, дрожа от волнения, она с трудом выговорила: где хозяин этой шапки?
- Не знаем, кажется, он побежал вон туда, - указывали в сторону проезжей дороги, раскрасневшиеся от кувыркания в снегу ребятишки и продолжали игру.
Мачеха шла вдоль колеи, оставленной автобусом. Густыми хлопьями ложился снег на ее непокрытую голову и плечи.
Дорога в город проходила через безлюдные и незаселенные места.
Снег все валил и валил не переставая.
Вороны на придорожных деревьях словно пытались нарушить царящую кругом тишину своим карканьем.
Женщину передернуло, она перекрестилась и продолжила путь, думая только об одном: не устать бы, не обессилеть и каким-нибудь чудом догнать автобус, увозящий ее маленького мальчика. А иначе ей придется пешком идти до города, и она пойдет, пойдет, чего бы ей это ни стоило.
А потом… потом опустились сумерки, черные сумерки и отяжелевший взор женщины заметил остановившийся в нескольких шагах от нее автобус, суетящихся тут же людей и не поверила своим глазам; какое-то время она изумленно наблюдала происходящее и от непомерной усталости и напряжения села в снег, как подкошенная.
Мальчик стоял у автобуса опустив головку. Потом он, медленно ступая, приблизился к сжавшейся на снегу мачехе. Некоторое время смущенно смотрел на плачущу
ю женщину. Ему стало жалко ее, очень жалко, захотелось сказать ей что-то утешительное, но он не знал, что говорить; и вдруг  обнял ее за шею маленькими ручками и прижался к ней, прижался и изумился: мачеха была теплая, такая же теплая, как мама.

Эдуард УГУЛАВА
Перевод Гины ЧЕЛИДЗЕ

Он, наверно, сделал бы это еще быстрее, "Скачать восстание планету обезьян"но ему пришлось работать осторожно и как можно тише.

Но "Карточная игра семерка"на веранде она "Скачать никитина книги"остановилась, услыхав доносившиеся сверху голоса.

Два взвода со спущенными штанами и с ремнями на "Кредитные карточки Ренесанс Кредит до 300000 руб"шее поднялись над ямой.

Слуги у них тагносы, "Скачать рахманинов прелюдия соль минор"не то трое, не то четверо, они ему помогают на охоте.


 
Воскресенье, 19. Ноября 2017