click spy software click to see more free spy phone tracking tracking for nokia imei

Цитатa

Наша жизнь – это  то, что мы думаем о ней. Марк Аврелий

ДРУГОЕ

ОТ А ДО Я

https://lh3.googleusercontent.com/CQGRF99CCFe8LUx-quLj5l-vnFDjXPGXKK0iLpqOYv2kHhMJgqKNCX-IdZb8DTSq9NIbdddmAZP5t0HREThMdW9KcngEfRhdGOwDonW52Na25u47QV4JJcafXTLc8LCO1ETpZ1p0iuGDLiycQ0Bj7Mdh300SXk0_yBk0ojOcahiSZbopeqP39G2aFgz54QthmKqN6xTOAFjEGVz7fO6TMtWKXXGOTH5dlS-_pa4vtMz163P9zNpmbSQlAj5O4fTPrpuX84lpa8F-kAdGNqzqFNC9LukelE6CCYH-O-B8FGmmzwS0qegPsnQjoCc16eO24GQkU8XONaS94eauBvejxgoOs1uBIhctME8kadVgvS1kwVLU4Pxm1vOawGrbvuzx0bPfWAb3YlH_Vv3p-g6JOsbWdLJDESbqSeuY7cHYOvQ5dWUIh099f3Cyrny5uhQvMv-84MJMqUnC8ZnxxhUNnDZ4Jj39D0MQyT2mk0D3sRSt8sEl5TiVo7JOoFyP7Dj-h6ODwaqSUYERJ-0f0tCycba0AuZbcrguiql3KBMZQh_hwVHkDsMoJhgGyT2SYfiZ-J2f=s125-no

Календарь

Первый в мире мотоцикл «Reitwagen», как известно, был построен Готлибом Даймлером вместе с его многолетним партнером Вильгельмом Майбахом. Последний был человеком не тщеславным, к тому же с Готлибом они были близкими друзьями и работали по бендеровскому принципу: бензин ваш – идеи наши. Даймлер, как главный креативщик, задумывал проект, а Майбах воплощал идею лидера «в металле». Мотоцикл стал их первой удачей. На деревянную раму с деревянными колесами был установлен двигатель собственной конструкции и приделан примитивный руль. Майбах, как более спортивный и худой, вызвался в испытатели, но было решено доверить эту честь сыну Готлиба. И вот исторический день 19 ноября 1885 года. Юный Пауль вскочил в седло и помчался по булыжной мостовой с умопомрачительной скоростью 12 км/час. Через 15 минут младший Даймлер лихо припарковался и заявил, что больше на эту «костедробилку» не сядет. Во второй рейс вслед за ним  отправился сам Майбах и прожег штаны, так как запускался двигатель нагреванием трубки паяльной лампой. Вильгельм сполз с неудобного сиденья, выругался и вдвоем с Готлибом затолкал «чудо техники» в самый дальний угол сарая. Больше друзья никогда к мотоциклам не возвращались.


130 лет «Председателю земного шара»

Трудно осознать объем совершенных им открытий в языкознании, смыслов в музыке чисел и цветах звуков. Официально Велемир Хлебников считается одним из основоположников русского футуризма. Но на деле он был не только поэт, но и ученый-мыслитель. И один из самых загадочных творцов в пантеоне Серебряного века. Рожденный 9 ноября 1885 года в семье орнитолога он с детства слышал ржание лошадей в калмыцких степях, вечернее блеяние овечьих стад, звяканье верблюжьих колокольцев, заунывное пение «исповедующих Будду кочевников». А потом рос на Волге – в Симбирске и Казани. Окончил математическое отделение Казанского университета. К студенческим годам относятся и его первые литературные опыты: отослал Максиму Горькому свою пьесу «Елена Гордячкина». А после нескольких лет, отданных фамильному увлечению орнитологией, молодой Хлебников очутился в столице, где бросился в гущу литературной жизни. В первые месяцы он попал под влияние видного символиста Вячеслава Иванова и сблизился с Ремизовым и Городецким. Хлебников пишет наполненные неологизмами стихотворения в прозе, становится заметной фигурой и берет себе псевдоним Велемир. А через пару лет знакомится с братьями Бурлюками и даже переезжает к ним жить. В этой веселой компании родилось содружество «Будетляне» и появился сборник «Садок судей», о котором авторитетный Брюсов сказал, что он «переполнен мальчишескими выходками». А в 1912 году к ним примкнули совсем молодые Маяковский с Крученых, а из будетлян появилось общество футуристов и программный сборник «Пощечина общественному вкусу». Критики были в шоке, а публика мигом раскупила весь тираж. Стихов Хлебникова было больше всего. Футуристы громогласно называли его лучшим поэтом современности. Но в том же 1912 году произошло еще нечто таинственное: Крученых, которого с Хлебниковым сближала любовь к неологизмам, рассказывал, что Велемир показывал ему математические таблицы, где были пророчества – война в 1914-ом, революция в 1917 году и еще немало пугающих вещей… А дальше действительно была война, призыв в армию, «откос» от мобилизации, кровь, голод и холод Гражданской. Последние пять лет своей жизни Велемир кочевал: Астрахань, Петроград, Москва, Харьков, Баку, Армавир, Дагестан, Пятигорск, Ростов-на-Дону. И именно в эти годы он написал свои лучшие стихи. Его выбор образа жизни был осознанным и твердым. Он отвергал всякую помощь и сердился на любую опеку. Но при этом был удивительно милым, добрым и ласковым человеком, с необыкновенной синевы глазами. И поражало его абсолютное бескорыстие и готовность поделиться последней рубахой. А еще он был одним из самых образованных людей своего времени. Знал китайскую медицину, египетскую мифологию, латинскую поэзию, философию средневекового Востока, читал математические труды и даже изучал теорию относительности Эйнштейна. Когда же Хлебников добрался до революционной Персии, там его назвали дервишем: на Востоке сразу поняли, кто он.


«В белом венчике из роз»

Среди сонма талантливейших русских поэтов Серебряного века не было никого гениальнее Александра Блока. Он родился в дворянской высокоинтеллектуальной профессорской семье. Его отец был варшавским профессором, а дед А.Н. Бекетов – ректором Петербургского университета. Вырос Блок в старинной барской усадьбе – в подмосковном имении деда Шахматово. Писать стихи начал в пять лет, и все детство с братьями выпускал рукописные журналы. Получил прекрасное образование – окончил Введенскую гимназию и университет. Во «взрослую» поэзию Блок пришел в двадцать один год с символистскими стихами. Но границы жанра при этом расширил невероятно. Редко у кого было такое сочетание личного и духовно-философского. А его драма «Балаганчик» и вовсе продемонстрировала надлом символизма, его тупиковость. Звучание стихов Блока оказалось музыкально-романсовым, что очень быстро принесло ему славу во всех слоях русского общества. Каждый там находил свое – от «девочка пела в церковном хоре», до «я пригвожден к трактирной стойке». Блока называли «певцом конца» – конца старого уклада жизни, с его мрачно-пророческими стихами «Ямба», «Возмездия» и «Родины». Но, как ни странно, у этого лирического меланхолика хватило сил и молодости духа, чтобы с энтузиазмом воспринять наступление революционных перемен. Блок изменил стилистику и язык и заговорил площадным залихватским, почти блатным голосом своего друга куплетиста Савоярова – ведь спорная, но незаурядная поэма «Двенадцать» на самом деле ирония. Ее никто не понял – ни «свои», ни «чужие», – привыкли воспринимать Блока только серьезно… А у него все болело – и бедствовали с женой, и в ЧК на допросы таскали, и авторитетом его прикрывались, бесконечно таская на собрания. Гению было тесно, ему не писалось. И за границу на лечение его лично Ленин запретил выпускать. Сердце не выдержало. А в день похорон стало известно о расстреле еще одного поэта – Гумилева… Зато в СССР немало памятников Блоку поставили – видно, замаливали грехи перед историей.


130 лет Багрицкому

Как же замечательно читались его строки умными мальчиками в старших классах советских школ, когда молодым и неокрепшим душам хотелось подвигов и славы: «Нас водила молодость в сабельный поход!» И завораживали страшноватые строки: «Но если он скажет: «Солги!» – солги. Но если он скажет: «Убей!» – убей», сказанные тенью Дзержинского в стихотворении «ТВС». И никто не понимал, что это все про смерть. А когда, повзрослев, ребята все поняли, то, по законам взрослого конформизма, оставили Эдуарда Багрицкого в обойме любимых поэтов, но уже со строками про контрабандистов «По рыбам, по звездам проносит шаланду». Этот одесский еврей из семьи среднего достатка, которому на роду было написано стать инженером или врачом, взахлеб принял революцию и Гражданскую с ее кровью, разрухой, голодом и тифом – и опоэтизировал ее. Какие прекрасные слова он нашел для вселенских потрясений, хотя сам лично не был ни в окопах, ни под Перекопом. Как потом он воспевал «ангелов смерти» – чекистов, и комсомольцев, и убийцу эрцгерцога Гаврилу Принципа в «Последней ночи». Он так писал о своем поколении:
Мы – ржавые листья
На ржавых дубах…
Чуть ветер,
Чуть север –
И мы облетаем.
И ведь все это было искренне, от сердца! Потому и верили ему мальчики-старшеклассники. И сейчас невольно восхищаются: «Какой поэт!.. Но какой страшный!»



Роб АВАДЯЕВ

 
ОТ А ДО Я

https://lh3.googleusercontent.com/hjWl68wpQR-9vYPNOiwgPChCTEf7j4aC68XKOS1QV6tysgcfGRCaoInUpw4voAlaHb7i8AL8evF_Aw-gh4oolI4Tf9YeBLeFForTOvqczVyTP1__IWyF0BruNYeSxghKITHgS2bP03eHfly1qzmAHjuOxVjXcSab3vV1o2joXXNiLcBrklJpFyhDDtg02HVKI5ufYkEFyXFhmCKSkRE59Q4NuEiczZBM-ek9hKxFhfRgR5OsYEd40J6t2k-tOINnKM91TD2WMPRW3vsvkfOgZs9kHKYLkfvTZbUfLwY3irIDDEBNvAScjL-9PbSxvA7UpoIMGoxJZ6H_hVk6OPOi0l9p0H-KZP2B8P8Ougm2eGiP44TloMT8W8lknKw5-N5MEHKJI67QJmXd2WYR41UW1vfqoLHSGay8zkOSUfqKwylyumIhaeAMek2lhay5r4M6Oqfm9x68hMp6bV9vmmclPbvVzbOLPyaoKuriBSOgpFnpqBXWkH4HrulU-t64LL2kfJ2qq5wh1gGPfc_pcZl5VQyeG18i49v6PhTrD3wEnDU=s125-no

«Темные аллеи» русского изгнанника

Иван Алексеевич Бунин, которому 22 октября исполняется 145 лет со дня рождения, стал первым из русских писателей лауреатом Нобелевской премии. Нельзя сказать, что на Родине он был мало отмечен – Бунин стал самым молодым академиком словесности и дважды награждался Пушкинской премией. Выходец из обедневшей дворянской семьи, он вынужден был с самой юности зарабатывать себе на хлеб, и уже в 19 лет он стал корректором, редактором и театральным критиком провинциальной газеты «Орловский вестник». И всю свою долгую жизнь он непрестанно работал – строго по восемь часов в день. К слову сказать, до Первой мировой Бунина больше считали поэтом и блестящим переводчиком Байрона, Теннисона, Леконта де Лиля, Мицкевича и Шевченко. Между прочим, «Песнь о Гайавате» Лонгфелло мы до сих пор читаем в его переводе. Читатели и критики восхищались поэтичностью и точностью его метафор. Сам Горький отозвался о его повести «Деревня»: «Так глубоко, так исторически деревню никто не брал». Но жизнь Бунина, как и у многих его современников, разделилась на «до» и «после». Он не принял революции и после долгих мытарств все-таки уехал из России. Во Франции, где он обосновался, Иван Алексеевич написал свои лучшие произведения: «Митину любовь», «Солнечный удар», «Дело корнета Елагина» и «Жизнь Арсеньева». В 1933 году он стал нобелиатом. Значительную премиальную сумму он растянул на долгие годы, что позволило ему жить, хоть и скромно, но достойно и независимо от нестабильных эмигрантских заработков. Советское правительство неоднократно пыталось склонить его к возвращению на Родину, но Бунин колебался. А в 1946 году к нему в Париж приехал знаменитый Константин Симонов со строгим наказом Вождя народов: «без Бунина не возвращайся». Московский гость совершенно очаровал хозяина и почти убедил его принять приглашение с обещанием многотомного собрания сочинений в России. Но все «испортила» жена автора стихотворения «Жди меня», популярная советская киноактриса Валентина Серова – прощаясь с Иваном Алексеевичем, она обняла его и на ухо шепнула, чтобы он и не думал возвращаться себе на погибель. Так великий русский писатель Бунин и остался на чужбине. Его похоронили на русском кладбище Сент-Женевьев-де-Буа близ Парижа.


Московский цирк на Цветном бульваре

Его открытие состоялось 20 октября 1880 года, ровно 135 лет назад. С начала в нем было только пять рядов кресел и несколько нарядных лож для богатых, а все остальные места – деревянные лавки для простого люда. Цирк без конца достраивался и перестраивался, но всегда был именно на том месте, что и сейчас. Каждый москвич и почти каждый приезжий хоть раз, но бывал в нем. На его арене в разные годы выступали Анатолий и Владимир Дуровы, Виталий Лазаренко, великий иллюзионист Эмиль Кио, Валентин Филатов со своим «Медвежьим цирком», Вальтер Запашный и его сыновья, клоуны Карандаш, Олег Попов, Леонид Енгибаров и Юрий Никулин.


«Не надо рая, Дайте родину мою»

Это был настоящий херувим с золотыми волосами, нежным лицом с синими глазами. Таким он появился на проходной сытинской типографии в Трехпрудном переулке. Удивлял только его неожиданный для юноши красивый и звучный баритон, да смешил его рязанский выговор: «пропустиЙте», «я хочу виЙдеть». К тому же он уморительно «окал» – как выяснилось, это была игра и легкая незлая насмешка. Есенин говорил по-русски чудесно и правильно. Вот только, по воспоминаниям современников, в разговорах с ним постоянно появлялось ощущение какого-то спектакля, будто он все делает не всерьез, а понарошку. И действительно, когда молодого поэта принимали в лучших поэтических салонах обеих столиц, он явно дурачился, наряжаясь в красные шелковые косоворотки, хромовые полусапожки «а-ля человек из народа», рвал меха гармошки-тальяночки, распевая лихие куплеты с матерком. Но когда он читал свои стихи, на слушателей находил какой-то морок, наваждение. Сам Блок, когда начинающего поэта кухарка впустила в квартиру с черной лестницы, прочитав залпом тоненькую книжку стихов, провожал гостя, широко распахнув дверь на мраморную лестницу: «Нет, поэт Есенин, теперь через парадное! Только через парадное!» А еще сказал на прощание загадочные слова: «Это вам не для прописи, а от души: за каждый шаг свой рано или поздно придется давать ответ, а шагать теперь трудно. Трудно сделать так, чтобы ветер не унес и чтобы болото не затянуло!» Поэты, как известно, пророки. И, правда, суждена была поэту Сергею Есенину и ранняя слава, и восторг публики, и ласка сильных мира сего – от императрицы до большевиков-наркомов, и любовь прекрасных женщин, и аплодисменты залов в разных странах. Но когда-то же он ухитрялся и писать гениальные стихи. Издавались его книги, писались восторженные и разгромные рецензии. Была большая всенародная слава. Но были и дебоши, скандалы, попойки с драками. Есенин эпатировал и шокировал, кутил со случайными приятелями, «жарил с бандитами спирт», ему запросто могли «садануть под сердце финский нож». Сергей ссорился с друзьями, оставлял жен и возлюбленных, его детей усыновляли их последующие мужья. А в довершение всего было нервное расстройство на почве пьянства, мучительные бессонницы, неудачная попытка лечения, и петля в «Англетере»… Все было в короткой жизни сказочного королевича, как назвал его в своей книге «Алмазный мой венец» Валентин Катаев. А на родине поэта, в селе Константиново, односельчане считали, что их Серенька по прозванию Монах подался в город и там сгубил свою жизнь «ни за что ни про что». Только есть одно, почему его имя будут помнить в веках, пока жив хоть один русский человек. Он – великий поэт Руси, самый искренний, самый лиричный, самый звонкий. По словам Корнея Чуковского: «Это сама Россия с душой нараспашку». Сергею Есенину 3 октября исполнилось 120 лет со дня рождения.


Юбилей Никиты Михалкова

Знаменитому актеру и режиссеру, народному артисту РСФСР, Командору ордена Почетного легиона, одному из немногих российских обладателей «Оскара» и председателю Союза кинематографистов России Никите Сергеевичу Михалкову исполняется 70 лет. Он – создатель культовых фильмов «Раба любви», «Неоконченная пьеса для механического пианино», «Утомленные солнцем» и исполнитель десятков блестящих киноролей. Однако в последние годы Михалков стал подвергаться критике частью интеллигенции за свою гражданскую позицию и некоторые спорные, как они считают, работы последних лет. Но ни одному из них даже не придет в голову усомниться в многогранном таланте Никиты Сергеевича и его выдающейся роли в российской культуре. Сам юбиляр встречает свою круглую дату в работе над новыми фильмами, бодрым, моложавым и, как он шутит, «ростом метр восемьдесят пять и все зубы свои».


«Белый на белом… снеге»

На самом деле блестящего русского поэта и писателя Андрея Белого звали Борис Николаевич Бугаев. Он был коренным москвичом с Арбата из профессорской семьи и мальчишкой ходил на Пречистенку, где была знаменитая на всю Москву Поливановская гимназия. В ней учились в будущем крупные деятели русской культуры, искусства, театра и литературы. От поэтов Валерия Брюсова и Макса Волошина, старшего сына Льва Толстого и князя Львова, до художника Головина, шахматиста Алехина и даже мужа Марины Цветаевой Сергея Эфрона. Это был настоящий университет для молодых умниц, тяготеющих к естественным наукам. Борис Бугаев поначалу не имел намерения заняться словесностью, пошел по стопам отца и окончил математический факультет Московского университета. Уже там всерьез начал писать стихи и даже создал кружок «Аргонавты». Так он становится поэтом символистом Андреем Белым, знакомится со старшими собратьями Брюсовым, Мережковским и Гиппиус и навсегда «всецело отдается фразе, слогу». А позднее состоялось его роковое знакомство с Александром Блоком и его женой Любовью Менделеевой, в которую он имел несчастье отчаянно влюбиться. Естественно, ничем хорошим это кончиться не могло – разрыв с этой семьей был неминуемым и болезненным. Он уехал залечивать душевную рану за границу. В жизни Андрея Белого появилась Ася Тургенева, с которой он исколесил много стран, побывав на Сицилии, в Тунисе, Египте и Палестине. И, по утверждению Белого, именно в этих странствиях, он, используя математические методы, начал создавать теорию русского стиховедения. А в 1912 году в Берлине он познакомился с философом Рудольфом Штайнером и увлекся антропософией. Тогда же он оставил поэзию и начал писать свои знаменитые романы. А потом грянула война. Белый окружным путем добрался до России, а жена за ним не поехала. И увидятся они только спустя шесть лет, когда советские власти выпустили поэта в Европу, но было уже поздно – брак распался. Он это очень тяжело перенес – Ходасевич вспоминал о фиглярстве Белого, его трагическом паясничаньи со скоморошеским отплясыванием фокстротов на берлинских танцполах. Но через два года он неожиданно вернулся в Россию, чтобы остаться навсегда «Белым на белом снеге». Он умер в 1934 году от солнечного удара.


Роб АВАДЯЕВ

 
ОТ А ДО Я (SEQTEMBERI 2015)

https://lh3.googleusercontent.com/akR_UxYKdHNsYvJ0XI1KsLoBwYhIOPdX-mJERBWz3wsGTIj0tWPcCriOdPJhIkb64mQ8vYFVNW5JM8gfBqCTNrsxKohQEFb30SvMwblHKbMavYeeR4_Lv2aJaIs7O5JUHNnWHuAyEaHVoM7av1stLyuiYA3tNxxH26VZRrcOw3dCsFPQ9aeJWxWHemKxqUca-EgbcrknWO8KNkeaSJtCXkS9cGgVhtmMcL9vtQfWayCRuUnJ6H6CEfOE4zROF4NJH4rfGj_PB7UdBq-aut7aofLO1ko6buvc8-bmQ0ooAHqNXA5U6JZZg8ZCH00mSbrakESsym6O2EHkY0Zxv8VDLkqtQTxwAsoXXic2Ar00I0Zb1ltH2VNkRfvxPzO0uFEBbSP1clwrt-4wU1dXG3kutod8nHi-iHISQaNlgScD7b0Y15F0pv5i_efkn7TCxXmbmU0TJmCfi-KgeGmm5AVaN4i5hD94eKUSuS37cteWa7sPlHiWMUZa0IkloP0pr58NfYwAb8RVdhtQasLDp4tujd6T2vg73GX3CWPLCdc1TvY=s125-no

Та, кто видит

Так выдающийся грузинский режиссер Марджанишвили называл прекрасного грузинского художника, графика, сценографа и иллюстратора Тамару Григорьевну Абакелия. 110 лет ей исполнилось в первый день сентября нынешнего года. Одна из самых талантливых учениц Евгения Лансере и Якова Николадзе действительно умела «видеть». Это особенно ценно для театральных художников и книжных графиков. Тамара Григорьевна много лет отдала Кутаисскому театру, оформляя спектакли. Интересно она поработала и для кинематографа. Именно она сумела «увидеть» для исторического фильма сквозь пелену веков героя грузинского народа Георгия Саакадзе, изображений которого не осталось. А ее скульптурных работ, хоть и немного, но они всенародно известны – это памятник Леси Украинки в Сурами и многофигурный фриз на щусевском здании бывшего Института марксизма-ленинизма на проспекте Руставели. И, невзирая на ныне чуждое идеологическое содержание, художественная ценность этого образца советского монументализма настолько велика, что его взяло под охрану государство.


«Среди миров в мерцании светил»

В ноябре 1909 года весь Петербург возбужденно гудел: поэт Максимилиан Волошин в мастерской художника Головина дал пощечину поэту Гумилеву. Впервые за 70 лет была назначена дуэль. Они поссорились из-за таинственной знаменитости – Черубины де Габриак, которая, как потом выяснилось, оказалась литературной мистификацией начинающей поэтессы Елизаветы Дмитриевой. Стреляться решили, как и Пушкин с Дантесом, на Черной речке. Гумилев приехал за рулем собственного автомобиля в шубе, фраке и цилиндре, а Волошин тащился к месту дуэли по глубокому снегу из застрявших саней. Дуэль превратилась в фарс: Макс потерял калошу и отказывался стреляться без нее. Дружно лазили по сугробам, пока не нашли. Гумилев в своем фраке отчаянно мерз. Его буквально трясло от холода и ярости. Неудивительно, что первый выстрел он «смазал», а может, попросту не стремился попасть. У Волошина случилась осечка – Гумилев потребовал стрелять вновь, потом вторая и даже чуть ли не третья. Волошина тоже трясло, он был испуган и сильно волновался. Оказалось, что Макс и стрелять-то не умеет. Гумилев, как вспоминал волошинский секундант, будущий автор «Петра I» и «Аэлиты»  Алексей Толстой, видимо, вспомнив хулиганское детство среди тифлисской шпаны, негромко выругался по-грузински, отбросил пистолет и укатил на своем авто. Из драмы получился водевиль: над дуэлянтами потешался весь Петербург. Но одна жертва этой нелепой дуэли все же была. В момент публичного скандала с пощечиной с Иннокентием Анненским случился сердечный приступ. Он был директором царскосельской гимназии, которую окончил Гумилев, и любил своего ученика. Вызвали врача, и Блок с Кузминым отвезли пожилого поэта домой. Но через несколько дней Иннокентий Федорович не выдержал постельного режима и поехал на работу в Царское Село. Он умер на ступеньках вокзала… Так окончилась жизнь блестящего поэта Серебряного века. Его считают предтечей акмеистов. Всю свою жизнь он посвятил преподавательской работе и поэтическим переводам. Поль Верлен, Леконт де Лилль и Шарль Бодлер пришли к русскому читателю благодаря его прекрасным и полным переводам. Анненский не признавал пересказов «по мотивам», чем частенько грешили коллеги. Когда же ему хотелось чего-то подобного, он писал оригинальные произведения на сюжеты античной мифологии. Его собственные стихи пользовались большой популярностью. А одно стихотворение «среди миров, в мерцании светил одной звезды я повторяю имя...» стало попросту народным. Существует несколько мелодий на эти стихи, а последний по времени романс написал замечательный бард Александр Суханов в 70-х годах минувшего века.


«Умный-умный, хитрый-хитрый»

Так о Кутузове говорил великий русский полководец А.В. Суворов. Он при штурме Измаила называл его своей правой рукой. Михаил Илларионович, которому в этом сентябре исполнилось 270 лет, остается в истории победителем Наполеона в Отечественной войне 1812 года и Спасителем Отечества, хоть и отдал Москву французам. Многие отважные и горячие головы порицали его за это и не одобряли кутузовской осторожной тактики. А некоторым не нравилась его дипломатичность и даже угодливость перед «сильными мира сего». А также неторопливость.  Хотя именно эти качества всегда приводили Кутузова к успеху. Когда перед ним ставили общую задачу, то можно было не волноваться за ее выполнение – Михаил Илларионович всегда побеждал. Даже после разгрома при Аустерлице, он мастерским маневром увел остатки русских войск и спас армию от окончательного разгрома. А при наполеоновском нашествии он избрал тактику выматывания противника, используя не только казачьи и гусарские рейды по тылам, партизанские засады, но даже природного союзника «генерала мороза» – французы попросту вымерзали. Народ и армия боготворили старого полководца, но многие генералы, включая знаменитого Петра Багратиона, считали его не таким талантливым, как Наполеон или Суворов. Но при этом все знали, что Кутузов способен применять настолько неожиданные ходы, что противнику крыть их было нечем. Например, в ходе дипломатической миссии в Константинополе, Кутузов, единственный из европейцев, посмел переступить порог…  султанского гарема. А за это полагалась между прочим – смертная казнь. Кутузов очень любезно (и с пользой!) побеседовал с всесильной матушкой османского монарха и убедил ее помочь в сложных переговорах. Вот уж воистину «умный-умный, хитрый-хитрый»!


Сократ нового времени

Мераба Мамардашвили называли гением при жизни. И, невзирая на то, что родом его занятий была философия, никому и в голову не приходит в этом усомниться. И это в наши технократические времена, когда ученый-гуманитарий традиционно считался кем-то менее важным, чем, скажем, физик-ядерщик. Он обрел известность еще аспирантом кафедры философии МГУ в 50-х годах, как восходящая звезда советской методологии. А защитил докторскую диссертацию в Тбилиси только в 1970 году. И, будучи признанным во всем мире, вынужден был уехать в родную Грузию. Он получил приглашение директора Института философии АН Грузии академика Нико Чавчавадзе, и был зачислен научным сотрудником Института общей и педагогической психологии. Его охотно приглашали читать лекции и в университетах Советского Союза – Москвы, Ростова-на-Дону, Тбилиси, Риги, Вильнюса, и за рубежом – во Франции, Германии и США. Тем не менее, при жизни работы Мамардашвили практически не публиковались. Но энтузиасты записывали его лекции на магнитофонные пленки и видеокассеты. Так мысли блестящего грузинского философа были сохранены для потомства и ныне печатаются значительными тиражами. В шестьдесят лет Мераб Константинович скоропостижно скончался в аэропорту Внуково. В Тбилиси 26 мая 2001 года – в День независимости Грузии – на проспекте Руставели был открыт памятник Мамардашвили работы друга философа – знаменитого скульптора Эрнста Неизвестного.


Неординарный человек

Гениальный литовский художник и композитор Микалоюс Чюрленис родился 22 сентября 1875 года. Это особый мистический день для жителей литовского городка Друскеники, у которых во все времена в ходу были древние суеверия. Согласно этим верованиям, ему на роду было написано стать неординарным человеком. И действительно, сын сельского органиста рано проявил необычайные музыкальные способности, а местный князь Михаил Огиньский составил ему протекцию, оплачивая обучение в местной музыкальной школе, затем в Варшаве и Лейпциге. А после защиты диплома подарил Микалоюсу хорошее пианино. В ответ молодой композитор написал симфоническую поэму «В лесу», которая стала первым произведением литовской классической музыки. Но после смерти князя поддерживать его оказалось некому. Молодой человек вернулся в Варшаву, где стал заниматься живописью, способностями к которой был наделен. Так началось потрясающее, но, к сожалению, последнее десятилетие в недолгой жизни литовского гения. Он занимался музыкой и живописью в Варшаве, Вильне и Санкт-Петербурге. У столичной публики его музыка не вызвала большого интереса, но живопись была принята «на ура» – тогда была мода на работы в жанре «модерн» и «арт-нуво». Но признали Чюрлениса как-то поверхностно. Это его очень расстраивало и сердило, особенно, когда просили объяснить, что же он нарисовал. Он даже «увидел» Землю из космоса. Когда космонавты в 60-х годах увидели картины Чюрлениса, они были потрясены.


Роб АВАДЯЕВ

 
ОТ А ДО Я

https://lh3.googleusercontent.com/XfwSrovlZ1ngMXJZ3Ti1iaant8bVf_SrxCHG-61xi-RQyjSyz5zNwyUBqW_LAEOX4vNEQsJnXCG0xKEWIV2JztNzWWgwbdjOw92zrWkceF0llV5j4QskAqcTFH7Gmfdm16Z-eR4hGQ1dX5wfUar7x-fNfTWRFuDb8yG_c_YCYejJ30YYSeIlqMARLXMCmP0mXjbUXh6VTJojCFvWgacHUWaOuac9nWtWQsfDjfLeuhTYdENXMb_nxFvUF2AZMmdLf-bcWWQyvNSWS_T-63bbqgpek2hg4GECVFDwr-z_yfh19oUr9hAcNsYGikJ_HXhZqJPWXFcosrTiL2e4vORf5OTR5ipLs9wA6amJbOI2xeJ_3Fp2n8cM-dTwghIbbcbHSj9B0YCGqvkfPG5oJktdPWyO1zQyHc5zdsL3_Dunn4hN_Wrn_logogm6m7jGgvg-K26m0L2mH4HfR9sc_VPuMskNMJnf7hdgI_8jeBthAm9AwjK4Bku-pAuvpXviix3pp5b5gRpLs8e1sTonW5vRD4BN3nnjuIbc6LDUBfLZTSc=s125-no

Календарь

Ровно тысячу и десять лет назад в холодное лето 1005 года родился шотландский король и морейский тан Мак Бетад мак Финдляйх, или знакомый всем нам шекспировский Макбет. Да-да, тот самый, который науськанный кровожадной женой, зарезал гостившего у него законного короля Дункана I и узурпировал корону. А закончилось это у Шекспира для Макбета плохо – восстала знать, нашлись более законные претенденты на престол и двинулся «наперерез на Дунсинанский холм Бирнамский лес», то есть вражеские воины пошли в атаку на замок с зелеными ветками в руках для камуфляжа… Так вот, это все неправда. Очевидно, Шекспир вдохновлялся песнями бардов и сделал из Макбета настоящего монстра. Исторический же Мак Бетад мак Финдляйх вовсе не был мерзавцем и клятвопреступником. Напротив, это король Дункан I вторгся в макбетовы владения, сжигая деревни и убивая мирное население. Морейскому владыке не оставалось ничего другого, как вступить в сражение с собственным сюзереном. Макбет победил Дункана, совершенно законно стал королем Шотландии и очень прилично правил 17 лет. Кстати, народ его любил. Но престола Макбет не удержал, погиб в сражении с претендентом Малкольмом и был похоронен с почетом на кладбище шотландских королей на острове Айрона. Там и сейчас можно увидеть его могилу.


Ермак – покоритель Сибири

В августе исполняется 475 лет со дня рождения знаменитого Ермака. Ученые так и не пришли к единому мнению, кем был знаменитый покоритель новых земель. Вероятнее всего, его звали Ермила Аленин и он рос на берегах Камы среди профессиональных плотогонов-сплавщиков. По преданию, он родился и погиб в один и тот же день – 6 августа по новому стилю в возрасте 45 лет. О его молодости нет почти никаких сведений. Достоверно известно, что Ермак был казачьим атаманом, предводителем лихой ватаги удальцов. Он принимал участие в ливонской войне на Смоленщине, а потом был приглашен с отрядом промышленниками Демидовыми на Урал. В задачу Ермака входило обеспечение безопасности горнодобывающих предприятий. А места там были лихие и опасные. Демидовы же были олигархами того времени и некоронованными владыками земель Предуралья. Грозный царь Иван Васильевич благоволил к этому энергичному семейству. Поэтому Демидовы могли позволить себе, говоря современным языком, частное охранное вооруженное формирование. Они же и профинансировали военную экспедицию в Сибирь под командованием Ермака Аленина и Ивана Кольцо. Отряд казаков разгромил в нескольких сражениях войска хана Кучума и захватил огромные территории. На первых порах им везло. Пока однажды сибиряки на берегах Иртыша не подстерегли малочисленный отряд Ермака и полностью не разгромили. Но уже через год пришли регулярные войска Ивана Грозного, и Сибирь навсегда вошла в состав России. А Ермак Тимофеевич остался в истории, как первопроходец новых земель.


Двое, рожденных в один день

28 августа 1925 года – в один день родились двое замечательных советских писателей-шестидесятников – Юрий Трифонов и Аркадий Стругацкий. Трифонов родился в Москве в семье профессионального революционера, а Стругацкий родился в солнечном Батуми у самого Черного моря. Они оба пережили в юности сильные потрясения, которые сформировали их жизненную позицию – у Трифонова был репрессирован и расстрелян отец, а Аркадий Натанович пережил блокаду, он единственный из вагона эвакуированных выжил. Трифонов, как «сын врага народа», после школы не мог поступить ни в один ВУЗ, поэтому пошел работать на авиационном заводе слесарем, чтобы получить рабочий стаж для поступления в Литинститут. А Стругацкий попал в школу военных переводчиков и надолго «надел погоны». Каждый из них занялся литературным трудом, и каждый стал со временем знаменитым – Трифонов стал всенародноизвестным автором «Старика» и «Дома на Набережной», а Аркадий Стругацкий вместе с братом Борисом стали признанными «звездами» мировой фантастики. И их книги – серия «Мир Полудня», «Трудно быть богом», «Пикник на обочине», «Обитаемый остров», «Улитка на склоне» и др. постоянно переиздаются огромными тиражами и экранизируются. Но главное, они оба – Юрий Трифонов и Аркадий Стругацкий вместе со своими единомышленниками сформировали мировоззрение людей послевоенного времени и еще нескольких поколений.


Юбилеи августа

В августе мы отмечаем 85-тилетний юбилей всеми любимого выдающегося кинорежиссера, уроженца Тбилиси Георгия Данелия. Его «Не горюй», «33», «Мимино» и «Кин-дза-дза» вошли навсегда в российскую культуру, а сам Данелия по праву является настоящим классиком отечественного кинематографа. С Днем рождения, батоно Гия!
Еще 17 августа исполняется 80 лет блестящему артисту, театральному и общественному деятелю Олегу Павловичу Табакову. Его бесчисленные роли хорошо известны любителям кино и театра, а дети помнят голос кота Матроскина из мультфильмов о Простоквашино.
А 22 августа исполнилось бы 95 лет гениальному автору «Марсианских хроник», «451 градуса по Фаренгейту» и «Вина из одуванчиков» Рею Брэдбери – всемирно известному писателю-фантасту.


«Певец русской печальной природы»

Великий русский художник Исаак Левитан родился в Литве в  небогатой интеллигентной еврейской семье. Его отец дал детям приличное домашнее воспитание и даже переехал в Москву, чтобы они продолжили образование. Невзирая на бедность и даже нужду, отец совсем не пытался пристроить детей к чему-то полезному, как юриспруденция или медицина. Он позволил, чтобы оба его сына учились в Московском училище живописи, ваяния и зодчества. Там Адольфа называли Левитан-старший, а Исаака – младшим. Но все склонялись к тому, что младший гораздо талантливее. Его приметил знаменитый Алексей Саврасов – автор популярной картины «Грачи прилетели» и забрал в класс пейзажистов. Как вспоминал однокашник Левитана Михаил Нестеров: «Мастерская Саврасова была окружена особой таинственностью, там священнодействовали, там уже писали картины». Очевидно, мастер сумел создать творческую и дружную атмосферу. И его любимый ученик Исаак Левитан чувствовал заботу, невзирая на то, что его жизнь была необычайно тяжела – вслед за болезненной матерью от тифа умер его отец. Исаак, хоть и сам переболел тифом, ушел из семьи, чтобы не быть обузой. Он даже ночевал на верхних этажах полузаброшенного дома Юшкова на Мясницкой, где в конце XVIII века собирались масоны и, по слухам, водились привидения. Но удача улыбнулась Левитану – две его работы получили малую серебряную медаль выставки и приз в 220 рублей. Это позволило братьям нанять недорогую дачу в Подмосковье – после покушения на царя евреям особенно строго не разрешалось жить в столице. Исаака, тем не менее, заметили и стали покупать его работы, что позволило им с братом устроиться получше. Когда Левитан закончил обучение, то получил лишь диплом учителя рисования. Но плотина неудач все-таки рухнула – его работы пользовались все большим успехом. Исаак Ильич, чтобы быть поближе к натуре, поселился в глухой деревне Максимовке, где в соседнем имении часто гостили Чеховы. Так великий художник подружился с великим писателем. В начале 90-х годов он стал членом Товарищества передвижников. Но в 1896 г. после вторично перенесенного тифа у него усилились симптомы аневризмы сердца. Болезнь стала тяжелой и неизлечимой. Зимой 1899 г. в Ялте художник скончался. На его похороны пришли коллеги, учителя и друзья, а Валентин Серов даже приехал специально из-за границы.


Оплеуха за ересь

В середине августа 325 года в маленьком городке в Византии завершился I Никейский собор, на котором решались важнейшие вопросы христианства и принимались судьбоносные решения. В частности, был составлен Символ веры из семи пунктов и установлено время празднования Пасхи.  Собор, названный Вселенским из-за широкого представительства епископов из многих областей христианского мира, осудил арианство и утвердил постулат о единосущии Сына Отцу и Его предвечном рождении. На Соборе произошел инцидент: епископ Николай из Мир Ликийских отвесил оплеуху скандально известному Арию – богослову из Александрии. Этот красноречивый интеллектуал и модный проповедник, пользуясь успехом у паствы, особенно женской ее части, стал основателем опасной ереси, раскалывающей христианский мир. Чего не стал терпеть добрый, но строгий Николай Чудотворец. И святые иногда не сдерживаются.


Роб АВАДЯЕВ

 
Его будет очень не хватать

https://lh3.googleusercontent.com/261GyMn5KejjiSOun04uHFN1GK52tmnaVEGLESAI3Bobw1VSvEQq7NbBbgROj0cEaZ-4ncQbSPnncunlhGPlMIWlwWm9CQiqORqZN9HadB3P5Op8_6rG8qJFjfI_oC8cdF_TLVnFmZOcweQ0QIzTp6cCN42i4BQ3SMOS0WEKV5JhjUSoLTpREUMVKTAtpzSm3RgSq85kpIgRQ54PYVn_tRQw3ty3sbxoQ1DsE2d7ldeh4akey5uQnkrwm_C653pXYBZNgxwBJsdxuDq7wE7-vVXoDMVzrmkyoaM7Bvo5NmYmCzDpwo6UYV5HL2EAjjPr8dl0_Lq7cNDYOSrFxGW4n6UWzI1Bbj8MAxs4aeGa9WhX5zSkw-NmTNQdS0tVn1Cexzm8Ath3KsR11TkDyR1mFqI0fCvBzxKWYgMBxIa36mBYVoTqwqBYWKK3gqA9CYpBVmHlvyDljtK5ptQMPB9io3ySv6K00zTo06Up25FAkvWFruuqe0cVIkczLXoo4Ve29CCMUB6GjaW7cQAHSEyr3AjyY8hqgV6e3Tkozddi39E=s125-no

Журналистика Грузии потеряла еще одного большого профессионала и хорошего человека – ушел из жизни Арсен Еремян. Человек огромной эрудиции, филолог, поэт, прозаик, блестящий редактор он был связующим звеном между несколькими поколениями товарищей по перу. А в «Русском клубе» – старшим другом и для работников редакции, и для многочисленных авторов, которые шли к нему практически нескончаемым потоком. И  всем им он отдавал частицу своей души, своего мастерства.
В его журнальных очерках и зарисовках остались славные эпохи в культуре, спорте, истории Грузии. Публикаций на эти темы, которые были в каждом номере журнала, читатели ждали с нетерпением. Благодаря Арсену Левоновичу, герои этих материалов – спортсмены, литераторы, ветераны войны и спорта – стали друзьями редакции.
Арсик, как называли его близкие друзья, окончил филологический факультет Тбилисского государственного университета имени Иванэ Джавахишвили и работал в редакциях газет «Вечерний Тбилиси», «Заря Востока» («Свободная Грузия»), «Грузия-спектр», в последние годы был заместителем главного редактора нашего журнала. Его сборники стихотворений, рассказов и очерков изданы в Тбилиси и Москве на русском и грузинском языках – «Семнадцать весен Майи», «Гром победы», «Автограф», «Робинзоны в городе», «22 июня», «Высота»… Последняя большая работа Арсена Еремяна – книга «Позови меня как сына» – посвящена обмену духовными ценностями грузинского и армянского народов, сохранению и дальнейшему развитию культурных и общественно-политических  связей между двумя братскими странами.
Даже уже будучи тяжело больным, Арсен Левонович продолжал жить жизнью «Русского клуба», дома работал над материалами, консультировал авторов. Последние слова члена Союза писателей Грузии, заслуженного журналиста Грузии были о том, как идет работа над очередным номером журнала… Его будет очень не хватать не только коллегам, но и многим, очень многим людям, с которым его свела долгая и плодотворная творческая жизнь.

Международный культурно-просветительский Союз «Русский клуб» и коллектив журнала «Русский клуб» выражают искренние соболезнования семье Арсена Еремяна.

 
<< Первая < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 Следующая > Последняя >>

Страница 10 из 42
Суббота, 18. Августа 2018