click spy software click to see more free spy phone tracking tracking for nokia imei

Цитатa

Моя жизнь рушится, но этого никто не видит, потому что я человек воспитанный: я все время улыбаюсь. Фредерик Бегбедер
О, спорт!

ПОЛЕТ СОКОЛА

https://lh3.googleusercontent.com/-I_PsDY8kw_Q/URoovl94XTI/AAAAAAAABuM/dxmko0iQzrg/s125/f.jpg

В дверь гостиничного номера осторожно постучали. «Вас спрашивают», - сказала дежурная и протянула визитную карточку. Вячеслав Коуб, преподаватель гимназии города Кладно. Это имя Николаю ничего не говорило, но название шахтерского города напомнило вчерашнюю поездку...
Август 1950 года. Сильнейшие советские гимнасты впервые приехали в Прагу, на второй конгресс Международного союза студентов, - соревноваться со спортсменами Чехословакии, на родине сокольского гимнастического движения.
В составе советской делегации – Галина Урбанович, Таисия Каменская, Николай Серый, Владимир Лаврущенко, Л.Тимошек, Грант Шагинян, Владимир Беляков и он, Николай Такайшвили, 3-х кратный чемпион страны.
Прямо со стадиона все отправились в Кладно, на пути к которому когда-то была деревня Лидице, возложили венок к мемориальной стене из серого камня. 9 июня 1942 года фашисты расстреляли всех ее жителей – 446 человек, сравняв с землей около сотни домов и даже маленькое сельское кладбище. Чудовищный оскал войны...
«Вас, наверное, удивил мой приход, - сказал Николаю гость, - но я не могу не выразить своего восторга после выступления советских гимнастов. А потом я узнал, что вы из Грузии и соотечественник Георгия Эгнаташвили. Прага помнит его – это был высший класс!»
А начало было такое. «Послушай, Гургел (так Георгия называли друзья с детства – А.Е.), включайся в наш оркестр», - предложил Вася Гельбах. «Это мне с моими мозолистыми руками, - возразил Георгий, - играть в вашем струнном оркестре?» Вася в свою очередь показывает свои руки и объясняет, что мозоли на них после занятий гимнастикой, они не помеха игре в оркестре. «От гимнастики? Веди меня скорее в вашу группу, а оркестр подождет».
Так, 17-летний рабочий-железнодорожник Георгий Эгнаташвили в 1906 году впервые переступил порог гимнастического зала первой мужской гимназии Тифлиса. Его знали как умелого борца после поединков на Махатской горе, он отличался и на футбольном поле, но нашел свое призвание именно в гимнастике.
Первый же подход Георгия к спортивному снаряду, брусьям, привлек внимание Антона Лукеша. Статная фигура, развитая мускулатура голубоглазого светловолосого новичка бросались в глаза. И еще оригинальные элементы, выполненные легко и ловко. Тренер только спросил: «Почему ты их включил в свое упражнение?» - «Так красивее».
Георгий Семенович не раз вспоминал первую встречу с «папашей» - так любовно за глаза называли Лукеша его воспитанники. Антон поставил перед ним условия: первое и самое главное – высокая сознательная дисциплина, аккуратность, честность и справедливость. Георгию это подходило.
Опытному гимнасту и педагогу Лукешу (он был начальником Гимнастического общества и приглашен в Тифлис в 1902 году) не составило особого труда отобрать самых перспективных атлетов. Выписали инвентарь и программу пятого Всесокольского слета в Праге (1907), куда по просьбе Лукеша были допущены тбилисские гимнасты. В команде: Антон Лукеш (руководитель и тренер), Георгий Эгнаташвили, Иван Вахек, Фриц Эльзенгер, В.Живный, Роман Бояхчев. Они заняли второе место, уступив только хозяевам – пражанам. Этот огромный успех дал им право именоваться сокольской организацией.
Представитель пражан на закрытии слета сказал: «Мы были соколами с берегов Влтавы, теперь к нам присоединились братья из Тифлиса с берегов Куры первые соколы».
За любезными словами последовало приглашение участвовать в юбилейном слете сокольской организации (50 лет!) и первом славянском слете 1912 года. До него было еще далеко, и предстояло с наибольшей пользой прожить и работать для достижения высокой цели – стать лучшими.
Эгнаташвили, как работающий на железной дороге, имел право на бесплатный проезд по любому маршруту. Руководство кавказского управления образования командировало Георгия в Прагу, на курсы теории и практики сокольской системы (9 июня – 4 августа 1909 года), которые он окончил с отличием и был приглашен преподавателем гимнастики в тифлисскую дворянскую гимназию.
Между тем, дела в сборной складывались не лучшим образом. Иван Вахек, который на предыдущем сокольском слете занял высокое место в личном зачете и мог выступать в высшей группе, отказался быть тренером. Это же право, после окончания пражских курсов, имел Эгнаташвили. Созванный совет тифлисского «Сокола» и руководителей системы образования вывел Вахека из совета тренеров. Он же поручил Эгнаташвили сформировать и тренировать новый состав сборной, которая в 1912 году победила среди 298 коллективов!
Сделать это было очень непросто. Многие местные гимнасты выехали в Россию на учебу. Гайоза Берелашвили пришлось вызывать из Москвы, из Екатеринодара – Гоштофта, из Армавира – Кашояна; позвали в сборную Нониашвили, Новака, Мохова, Уримагова, Гонеля...
Вот о каких событиях спустя 32 года напомнил Николаю Такайшвили гость из Кладно.
В 1912 году команда соколов с берегов Куры было удостоена первого приза слета, лаврового венка и Большого диплома. В личном зачете Г.Эгнаташвили занял 3-е место, И.Кашоян – 4-е, Ф.Новак – 9-е, Г.Берелашвили – 11-е, Гоштофт – 13-е, Нониашвили – 21-е... Результаты шести лучших вошли в зачет команды.
Триумф Г.Эгнаташвили-тренера и всей команды.
Еще до начала соревнований товарищи видели Георгия победителем – в такой боевой форме он находился. Но в команде недоставало одного гимнаста, и Георгий, пренебрегая личными интересами, заявил себя участником командного турнира.
Пражская газета писала: «Прага очарована грузинскими гимнастами. Их упражнения отличает высокая техника, легкость. Особенно хорошее впечатление оставляет Георгий Эгнаташвили. По нашему мнению, он в команде спортсмен №1. Безупречная высокая техника, гибкость и многоцветье упражнений выделяют его от всех своим грузинским огненным темпераментом... Эгнаташвили украсил бы любую команду мира».
На церемонии награждения руководитель российского «Сокола» поздравил Эгнаташвили, тренера и спортсмена, и сказал, что дома их ожидает еще большая награда – российский император Николай II подписал указ о строительстве в Тифлисе гимнастического зала по лучшему по тем временам проекту. Зал построили, когда в Европе полыхала Первая мировая война, и было не до международных встреч по гимнастике, которую все еще продолжали считать буржуазным спортом; было не до соревнований, в которых Георгию предсказывали большие победы.
Сменялись правительства и хозяева гимнастического зала, ставшего на многие десятилетия одной из крупнейших спортивных арен Тбилиси, в строительство его не один кирпич положил этот великий спортсмен и человек. А зал долго называли Ленинским, и с ним связаны многие наши общие радости и разочарования...
Какое-то время зал и прилегавший к нему стадион перешли в распоряжение гимнастического общества «Шевардени», созданного в августе 1918 года по инициативе Георгия Николадзе (главой общества был избран Г.Эгнаташвили).
Как вспоминал профессор Академии спорта Автандил Цибадзе, главным в работе общества была высокая дисциплина. И приводил случай. В совет «Шевардени» входил один из лидеров правительства независимой Грузинской Демократической Республики Ной Рамишвили. Однажды Эгнаташвили сообщил ему о дате и времени проведения очередного заседания совета и попросил присутствовать. Рамишвили дал согласие, но пришел с опозданием. Проводивший заседание Эгнаташвили не разрешил ему войти, пришлось члену правительства возвратиться на работу. Он позвонил Эгнаташвили и извинился за опоздание.
С залом связана история, которая могла иметь трагический для Эгнаташвили исход.
В середине мая 1921 года у подъезда остановился отряд красноармейцев. Старший предъявил коменданту Гиге Беридзе мандат о передаче объекта в распоряжение военной власти. Вызванный к непрошенным гостям Г.Эгнаташвили показал справку, выданную 28 февраля 1921 года Грузинским ревкомом о том, что помещение общества «Шевардени», все принадлежащие ему здания и двор не могут быть заняты никакой посторонней организацией или воинской частью (с учетом заслуг Эгнаташвили, его квартира новой властью освобождалась от вселения, а вещи – от реквизиции).
Справка, однако, гостей не убедила – они располагали более поздним решением ревкома. «Откройте двери, - потребовал старший, - мы должны осмотреть помещение». Георгий Семенович отказался выполнить требование. «Пристрелите его, чего вы смотрите», - обратился командир к бойцам. Эгнаташвили не смутила эта команда: «Войдете, только убив меня».
Дело начинало приобретать серьезный оборот. К участникам конфликта вышел Ираклий Лордкипанидзе, объяснил, что гимнастическое общество «Шевардени» и Всевобуч (Всеобщее военное обучение) входят в одну систему, что Эгнаташвили преподаватель гимнастики, и почему потребовалось строительство гимнастического зала в Тбилиси, пригласил осмотреть помещение.
Увиденное удивило командира: «Это надо беречь!» Снаряды для развития силы – штанга, двухпудовые гири – приглянулись пришельцам: «Это нам пригодится. Можно взять?» Эгнаташвили: «Сюда больше сами приносят».
Договорились продолжить переговоры после обеда. Георгий Семенович позвонил Мариам Орахелашвили, своей непосредственной начальнице по отделу народного образования Грузинской Советской Республики, объяснил положение. Мариам связалась по телефону с мужем. Мамия Орахелашвили сказал: «Пришлите ко мне Ираклия Лордкипанидзе». Спрашивает у пришедшего Ираклия: «Кто этот человек, что так смело себя ведет с военными?» - «Это Эгнаташвили – руководитель тренировочными занятиями». Дал записку к Серго Орджоникидзе, в Штаб Кавказского военного округа. Товарищ Серго взял служебный бланк и написал: «Дом общества «Шевардени» на Шеварденской улице остается за упомянутым обществом. Командарм ХI Армии Геккер. Член Реввоенсовета Орджоникидзе».
Мандат произвел впечатление на командира отряда: «Серьезные у вас заступники».
Прошло несколько дней. У гимнастического зала остановилась подвода с тяжелоатлетическим инвентарем. Знакомый командир рапортует: «Принимайте подарки, хозяева! Штангу взяли в школе, гири – на ярмарке». Эгнаташвили: «Штангу верните детям, это их имущество, а за гири двухпудовые спасибо».
Так со счастливым концом завершилась эта история в спортивной биографии Георгия Семеновича Эгнаташвили – основоположника грузинской школы гимнастики, заслуженного мастера спорта СССР (им он стал в 1936 году первым в стране, вместе со своим учеником – Георгием Рцхиладзе), заслуженного тренера СССР (подготовлено 12 заслуженных мастеров спорта и 33 мастера спорта только в гимнастике!), заслуженного деятеля физической культуры и спорта Грузии, руководителя физкультурной работой во Всевобуче республики (1921-1923), спортивно-технического комитета при Тбилисском городском совете физкультуры, заведующего кафедрой гимнастики Грузинского института физической культуры, директора центральной гимнастической школы г. Тбилиси...
Вспоминается, как Г.Эгнаташвили пригласили судить на первенстве Тбилиси. К брусьям подошел Николай Мейпариани. Он легко вошел в стойку и начал упражнение, но внезапно гимнаста словно подменили, движения стали ограниченными, не с той чистотой, которая отличала прекрасного гимнаста. На лице отражалась внутренняя боль.
Гимнаст закончил упражнение. Судьи выставили минимальные оценки. Эгнаташвили медлил с решением. Все взоры были обращены к тому, кто, казалось, ничего не мог прибавить к их оценкам.
«Максимум – 20 баллов!» - объявил Эгнаташвили, удивив присутствующих. «Чем привлекательна для нас гимнастика, - продолжал Георгий Семенович, - она ведь должна учить мужеству! Кто мог бы превозмочь боль, которую перенес Николай Мейпариани? Как вы этого не заметили! Он ведь травмированный мизинец ударил о брус. Взгляните на его руку. Он вывихнул палец, но упражнение выполнил до конца. Я оцениваю его мужество в 20 баллов!»
Мейпариани после того дня прекратил выступать на соревнованиях, перешел на тренерскую работу и растил всю жизнь гимнастов, как завещал его великий учитель.
Пасмурным вечером 16 января 1962 года в своей тбилисской квартире умирал человек, чья жизнь полностью отвечала приветствию, которым члены руководимого им общества «Шевардени» обменивались при встрече. «Гушагоб эрс?» - «Марад!» («Служишь нации?» - «Навеки!»)
Последние слова Георгия Семеновича были обращены к внукам – Лене и Георгию: «Не забывайте меня!»
21 февраля 1967 года президиум Совета Союза спортивных обществ и организаций Грузинской ССР с целью увековечения памяти Г.С. Эгнаташвили, выражая мнение спортивной общественности республики, постановил наряду с другими мероприятиями просить исполком Тбилисского горсовета установить мемориальную доску на доме №49 по улице Клары Цеткин, где долгие годы жил замечательный воспитатель и спортсмен, а также рассмотреть вопрос о присвоении имени Г.С. Эгнаташвили одной из улиц г.Тбилиси.
Прошло еще шесть лет, но это решение осталось невыполненным, о чем сообщала в письме в ЦК КП Грузии группа соседей по указанному дому. Но и оно, к сожалению, не вызвало должного отклика.
Думается, последние слова выдающегося педагога и спортсмена, дедушки отечественной школы гимнастики: «Не забывайте меня!» были адресованы не только его внукам, а всем, кому дороги прошлое, настоящее и будущее грузинского спорта.
А улицы Георгия Эгнаташвили все еще нет в Тбилиси...

Арсен ЕРЕМЯН
 
НЕСРАВНЕННАЯ НОНА

https://lh3.googleusercontent.com/-j_-I4_WC9FQ/UPPbCpSbN-I/AAAAAAAABsE/-gb_k48lk7k/s125/g.jpg

Генеральный секретарь Международной шахматной фе­дерации госпожа Инеке Баккер поднялась на трибуну и, посмотрев в праз­днично настроенный зал, сказала: «Мы приветствуем сейчас но­вую чемпионку мира. Мне могут возразить: уместно ли здесь оп­ределение «новая»? Но взгляните на Гаприндашвили: конечно же, она новая молодая чемпионка! Каждые три года она вновь и вновь доказывает, что является сильнейшей в мире!»
Сама виновница торжества, на чью коронацию пришел, кажет­ся, весь Тбилиси, сидела торжественно-серьезная в шахматном дворце, равного которому нет в мире, и рассеянно думала, что вот еще одно тяжелейшее испытание осталось позади, этот матч с Наной Александрия, играть который было трудно, и каждое очко, нес­мотря на преимущество в счете, требовало очень большой затраты физической и нервной энергии. Хозяйка большого шахматного до­ма, она и на этот раз осталась хозяйкой положения на этой сцене, к которой несколько недель было приковано внимание всего мира. Несмотря на торжественность момента, она не испытывала боль­шой радости, только усталость, и одно твердо знала: до конца года на шахматы и смотреть не будет. Эту усталость от груза испыта­ний, кажется, излучали и глаза маленького Дато. Сын сидел напро­тив, в первом ряду кресел, и судьи не имели претензий к одному из самых заинтересованных зрителей, который знал шахматные хо­ды, научился «болеть» и теперь терпеливо ждал, когда она спус­тится в зал.
В двадцать один год она стала чемпионкой мира, в том же воз­расте, что и Вера Менчик, и, неловко просовывая голову в лавро­вый венок на сцене московского Дома культуры «Красный пролета­рий», еще не очень ясно представляла, какое тяжелое бремя, чем­пионки бремя, взвалила отныне на свои плечи. Добившись тогда большого преимущества в поединке двух поколений, когда кре­пость Елизаветы Быковой рухнула под острым комбинационным натиском, от борьбы, близкой к мужскому стилю игры, она не очень-то понимала, что стала лидером молодого поколения, победа которого открыла новую страницу в развитии женских шахмат, что пример играющей чемпионки вдохновит землячек, приведет к ог­ромной популярности шахмат и в конечном счете выльется в бур­ный взрыв и почти синхронное появление талантов, дав основание утверждать, что в Грузии девочки рождаются шахматистками.
Известный драматург Леонид Зорин, прославившийся своей «Варшавской мелодией», в предисловии к нашей с Эдуардом Гуфельдом книге «Семнадцать весен Майи» (М.,1980) писал: «О «грузинс­ком феномене», о целом созвездии даровитых девушек-шахматис­ток говорят порой с изумлением, но всегда с восторгом.
В самом деле, чем объяснить этот бурный взрыв, это почти синхронное появление талантов?
Объяснение ищут в традиционном увлечении шахматами, в дисциплинированности и волевых качествах молодых грузинок, в особом складе их ума – трезвом и одновременно наделенном бога­тым воображением.
Как бы то ни было, факт остается фактом: сегодняшние жен­ские шахматы нельзя представить без этих уже прогремевших имен, возглавляемых несравненной Ноной Гаприндашвили».
Будущая чемпионка мира росла в Зугдиди, в семье агронома Терентия Гаприндашвили, в окружении пяти братьев, и хотя, как единственная девочка, и пользовалась в семье особым вниманием взрослых, но со стороны братьев ни на какие привилегии рассчи­тывать не могла. Эта суровая любовь, дух веселого коллективизма, царившие в семье, в их играх, создали в ней, по признанию чемпионки, не только устойчивый и активный иммунитет к «звездной» болезни, но и нетерпимость к любой несправедливости, к любому нарушению общепринятых правил, обстановки великой Игры, ува­жать которую она научилась с детства; в семье осуждались чванс­тво, кичливость, упивание собственным успехом.
Эта жизненная позиция помогла ей с честью справиться со славой, выстоять в атмосфере всеобщего восхищения, когда огром­ная толпа удивленных и умиленных людей приходила по вечерам к парадному подъезду Малого зала театра Руставели, чтобы взгля­нуть на пятнадцатилетнюю девочку, выигрывавшую партию за партией в полуфинале «взрослого» чемпионата страны. С каждой новой победой ажиотаж болельщиков рос, как спущенная под гору снежная лавина. В газете «Советский спорт» появился дружеский шарж: под столом лежит забытая кукла, а ее хозяйка взобралась на стул и увлеклась новыми игрушками – шахматами.
Шутки шутками, но когда во время турнира в Тбилиси Нона покидала театр, где игрались партии, ее сопровождали два мили­ционера, чтобы провести через толпу восторженных почитателей. Это не могло не беспокоить ее первого шахматного наставника Карселадзе. Вахтанг Ильич даже написал статью в редакцию учи­тельской газеты, прося любителей шахмат сдерживать свои эмо­ции; но шахматистку повышенное внимание к ее персоне мало волновало и, как ни странно, даже помогало, создавая счастливое, какое-то особенно приподнятое настроение, удивительным обра­зом способствующее гармонии творчества.Уже тогда, в середине пятидесятых годов, в ее игре проявилось редкое в таком возрасте сочетание острого комбинационного зре­ния и тяготения к последовательным действиям, обнаруженное руководителем шахматного кружка Тбилисского Дворца пионеров. Карселадзе стремился сочетать в игре Ноны романтический по­рыв, здравый смысл, эрудицию.
Такое воспитание чувств было продолжено и развито заслуженным тренером СССР Михаилом Шишовым и рижским гроссмейстером Айваром Гипслисом, дру­гом и земляком ее давнего кумира Михаиля Таля, которые очень деликатно постарались сохранить открытое Карселадзе и сделали все для совершенствования шахматистки и придания блеска ее шахматному дару.
В шестьдесят первом талант Гаприндашвили созрел для штур­ма шахматного трона. 20-летняя студентка Тбилисского института иностранных языков выиграла турнир претенденток, а в следую­щем – победила в матче четвертую чемпионку мира Елизавету Быкову с ас­трономическим счетом 9:2. На праздничной церемонии закрытия матча Быкова подарила счастливой сопернице свою книгу о Вере Менчик с примечательным посвящением: «Ноне Гаприндашвили – достойной продолжательнице великих традиций».
Тигран Петросян (он станет чемпионом мира в 1963 году, а еще через трехлетие – двукратным) писал в газете «Правда»: «До начала матча, наверное, все думали, что за шахматный венец разгорится острая, увлекательная борьба. Но молодая грузинская девочка многие встречи проводила под свою диктовку, и окончательный результат 9:2 (семь побед, четыре ничьих) достаточно красноречиво отражает соотношение сил в этой схватке. Да, победила сильнейшая».
Специалисты обратили внимание на средства, используемые ею для достижения цели.
В турнире претенденток в Югославии (1961) ре­шающей оказалась партия с хозяйкой турнира – Милункой Лазаре­вич. 20-летняя Нона играла по обыкновению смело, и, казалось, перешла гра­нь допустимого риска. Ее король попал в опасное положение. Многие в зале считали, что Нона должна проиграть. И вдруг она сделала ход ферзем, совершенно неожиданный, но на самом деле сильнейший. Мотивы жертвы не сразу поняли даже высококвали­фицированные зрители. А когда поняли...
«За такой ход, - сказал гроссмейстер Игорь Бондаревский, - ей следо­вало бы присвоить звание мастера спорта среди мужчин». «Вы не правы, - возразил ему венгр Силади после того, как позиция Лаза­ревич мгновенно рассыпалась, - ваша Гаприндашвили – настоящий гроссмейстер».
Это утверждение вызвало улыбку, но потом все поняли, нас­колько пророческим оно оказалось. Нона не раз выполняла норму мастера среди мужчин.
К тому времени она стала международным гроссмейстером среди женщин и задалась целью добыть это высо­кое звание в споре с мужчинами.
Путь к нему начался в 1963 году в Гастингсе, в мужском турнире мастеров. Неожиданно для многих она раз­делила первое-второе места и завоевала право играть через год в главном турнире, где заняла высокое пятое место. Именно в Гас­тингсе в течение одного вечера ей дважды сдал партию будущий гроссмейстер Хартстон. Один раз признавая свое поражение, а по­том этот эпизод захотели снять для телевидения, и соперники сно­ва сели за шахматный столик, чтобы повторить процедуру сдачи.
На мужском турнире в Дортмунде в 1974 году Нона красиво выиграла у италь­янца Сервати. Партия обошла мировую печать, хотя в одной статье было написано, что она заставила сдаться шахматистку. Гапринда­швили пришлось немало потрудиться, чтобы приучить шахматный мир к своим победам над представителями сильного пола.
На международном мужском турнире в Лон-Пайне за победу боролись 14 международных гроссмейстеров и 16 международных мастеров. Финиш принес сенсацию. Впервые в истории мужских соревнований победила шахматистка. Нона разделила первое-четвертое места, выполнив норму гроссмейстерского балла. Она пер­вая женщина, которой присвоено это звание в 1978 году. Однако было бы неверно утверждать, что основные подвиги Гапринда­швили совершила в борьбе за шахматное равноправие. Она – 11-кратная олимпийская чемпионка, 5-кратная чемпионка СССР, 2-кратная победительница Кубка европейских чемпионок, почетный гражданин Тбилиси, кавалер орденов Ленина, «Знак Почета», Вахтанга Горгасала 1-й и 2-й степени, Олимпийского  ордена МОК, заслуженный мастер спорта. По итогам референдума Ассоциации спортивных журналистов она названа грузинской спортсменкой №1 XX века.
Так шахматы, которым Нона Гаприндашвили обязана многим – некоторыми чертами характера, спортивными и творческими ра­достями, жизненным успехом, властно вошли в ее жизнь, стали страстью, но в то же время и обязанностью.
Бывало, не хотелось садиться за шахматный столик, раскрывать югославский «Инфор­матор», эту Библию шахматистов, но это настроение она гнала прочь, понимая, что как чемпионка несет ответственность за свои действия и уж наверняка за свое отношение к шахматам. Обязан­ности депутата Верховного Совета Грузии, председателя женской комиссии ФИДЕ отнимали немалую часть ее строго распланиро­ванного бюджета времени, но общественная работа доставляла ра­дость, наполняла жизнь новым содержанием и гордостью за свой шахматный авторитет, который помогает служить людям.
Потом добавились конкретные дела первого президента (1989-1996) и почетного пре­зидента (с 1996) Национального Олимпийского Комитета и Федерации шах­мат Грузии. Вспоминая годы президентства, сама считает, что это было не менее значительно, чем ее титулы. 
На многотрудный путь вступила Гаприндашвили, когда в дет­ские годы, соревнуясь с братьями и соседскими мальчишками в футболе (у нее горели ладони при воспоминании, как она, семилет­няя девочка, стоя в воротах, отбила одиннадцатиметровый штраф­ной удар), исподволь развивала и укрепляла гордость шахматист­ки, которая приводила ее в мужские турниры и вызвала к жизни символический клуб гроссмейстеров, чье самолюбие сильно пост­радало в партиях с первой шахматисткой мира.
Однажды по окончании международного турнира в Югосла­вии одна из соперниц, шутя, предостерегла ее: «Ты вот все время выигрываешь, а ведь к этому привыкнут, а потом, знаешь, будет трудно. Так что смотри, иногда стоит и проиграть». В этой шутке была изрядная доля правды. На протяжении двух десятков лет она действительно приучила мир к своим победам.
Когда Гапринда­швили выиграла свой третий матч за мировое первенство, болель­щики преподнесли ей оригинальный сувенир – брошку в виде пластинки с вычеканенной короной. В трех зубчиках короны, похо­жей на графическое изображение ферзя, поблескивали самоцветы, а два других оставались пустыми. Поклонники шахматного искус­ства намекали, что ожидают от чемпионки мира еще по крайней мере двух побед на высшем уровне. В 1975 году брошка Гапринда­швили приобрела законченный вид. Пять матчей на первенство мира – пять побед.
Правда, абсолютный рекорд принадлежит Вере Менчик, кото­рая титул чемпионки мира завоевывала ни мало ни много – девять раз. В довоенные годы мировые чемпионаты проводились чуть ли не ежегодно, и все победы первой королевы шахмат, трагически погибшей от фашистской бомбы при налете на Лондон в 1944 году, приходятся на период в семнадцать лет.
Но послушаем мнение экс-чемпиона мира Макса Эйве: «По моему глубокому убеждению, Нона Гаприндашвили зна­чительно превосходит знаменитую Веру Менчик. Игра ее намного разносторонней, ярче. Это шахматистка широкого плана, больших творческих возможностей».
Находясь в расцвете творческих сил, зените славы, Нона как-то призналась, что с годами и новыми турнирами ей все труднее будет сохранять тот образ чемпионки, который она создала в своем воображении и которому старалась соответствовать все эти годы. Но какие бы испытания ни ждали ее в будущем на тернистом шах­матном пути, в одном она убеждена твердо: никогда она не унизит свое чемпионское достоинство, никогда не вступит в противоречие с ее понятиями о справедливости, скромности, чести, никогда не нарушит тех правил игры, борьбы, состязания, в которые на всю жизнь поверила зугдидская девочка.
Гаприндашвили, со свойственной ей ответственностью за каждый свой шаг, за каждый ход, не могла не задумываться, кому со временем передаст чемпионскую эстафету.
Осенью 1978 года она в упорной борьбе проиграла матч на первенство мира Майе Чибурданидзе.
«Для меня большая честь играть с Ноной Гаприндашвили». Эти слова Майи справедливы с того момента, когда она открыла для себя мир шахмат. Первая очная встреча состоялась 28 января 1973 года в сеансе с часами королевы шахмат против восьми девочек-призеров первенства Тбилиси, организованном шахматным клубом «Саморине». Он транслировался по Грузинскому телевидению. Эти слова были произнесены в бархатный сезон на мысе Пицунда, когда 17-летняя чемпионка СССР начала свой самый ответственный матч.
Прибавив к своему титулу непривычную приставку «экс», Гаприндашвили осталась выдающейся шахматисткой современности, и победу Майи справедливо расценивали, как победу всей грузинской шахматной школы, и, хоть это грустно и парадоксально звучало, как победу Гаприндашвили, так много сделавшей для развития шахматного искусства.Так считал я и написал в газете, время подтвердило правоту моих слов. На следующее утро меня остановил на развилке улиц Ленина и Меликишвили, возле здания филармонии, незнакомец. Он представился как профессор Тбилисского государственного университета: «Мы в профессорской обсуждали вашу статью в «Заре Востока» и нашли ее очень объективной, одинаково уважительной для обеих шахматисток».
Утрата шахматной короны обычно сопровождается снижением творческих и спортивных результатов, но на игре Гаприндашвили это мало отразилось. Спустя месяц она вместе с Майей Чибурданидзе, Наной Александрия и Еленой Ахмыловской в составе сборной СССР выиграла золотые олимпийские медали в Буэнос-Айресе. Победы в трех чемпионатах страны (1981, 1983, 1985), на последующих шахматных Олимпиадах, международных турнирах, наконец, присуждение первого шахматного «Оскара» среди женщин в 1982 году подтвердили ее неизменную принадлежность к мировой элите.
И мне вспоминается 1956 год. Шахматная секция ТГУ. Мы, студенты различных факультетов, всей командой разгрызаем крепкие орешки – этюды, которые предлагает решить наш замечательный руководитель – Иосиф Крихели, в скором будущем международный гроссмейстер по шахматной композиции. Кто-то побывавший на вчерашнем туре полуфинала первенства страны с восторгом спешит поделиться впечатлением от игры этой неудержимой в своем лидерстве Ноны Гаприндашвили. «Скажет «шах!» - и весь народ: вааа!»

Арсен ЕРЕМЯН
 
ШАГАЮЩИЙ ПО ВЕРШИНАМ

https://lh4.googleusercontent.com/-aeCqDcqmu8c/UKD9lJev4RI/AAAAAAAABMQ/RmBMgHejKrQ/s158/j.jpg

Хотите верьте, хотите нет, а тогда двери в борцовский зал перед ним никто радушно не распахивал. Удивительно, но факт: заслуженный тренер, этот знаток борьбы Гиви Зауташвили отказал ему в приеме в группу занимающихся, дескать, укомплектована под завязку, и ты, парень, опоздал и по возрасту. Вот если бы чуть раньше...
Тот, кому было отказано, смотрел обескураженно на Джемала, старшего брата, который, собственно, и устроил перед своим тренером эти смотрины, и думал: ну, какой же я старик, когда это успел состариться, не выйдя из подросткового возраста?
В их селе Дзлевисджвари грузинская борьба была в почете, каждую неделю от желающих войти в круг и помериться силой отбоя не было, а Спиридона Хабарели знали как лучшего борца, бесподобного мочидаве, и старики, глядя на Шоту, умилялись до чего он похож на деда, как половинка яблока, и лицом, и удалью, перед которой пасовали и его ровесники и те, кто постарше.
Словом, не на шутку обиженный парень всерьез взялся за дело, и для начала выиграл соревнования по грузинской борьбе в том же Гори, на глазах у Зауташвили, который ему потом говорит: «Ходи к нам на тренировки. Только знай: опозданий не терплю».
Новичка дважды приглашать не пришлось. От села Дзлевисджвари до Гори двадцать пять километров, до секции дзюдо в клубе хлопчатобумажного комбината, и каждый день Шота, которому старенький автобус по строгому графику никто не подавал, в любую погоду являлся на занятия в урочное время, сам того не зная, что ему на роду написано преумножить славу воспитанников всемирно известной горийской школы чемпионов дзюдо. Как успевал, как ни разу не опоздал, - знал он один, но только бредил борьбой с Японских островов, славящей победу ловкости на дороге грубой силы, ее гортанными командами, чеканными, как бы заимствованными из древнеяпонской поэзии.
Зауташвили любил возиться на ковре с учениками, за одну тренировку успевал отбороться с каждым, щедро делясь опытом, секретами борьбы, в которой многое знал до мелочей. Шота потом вспоминал, как трудно было освободиться от стальных захватов наставника, так непохожего на тех, что подготовив чемпиона республики, держат себя так, будто они заместители бога на земле. И еще знал: если сам за свою спортивную жизнь ни разу не ушел с ковра, понурив голову, проиграв после захвата с удержанием или болевого приема, это – школа Гиви Зауташвили.
И еще был путеводный ориентир, на кого хотелось хоть немножко походить, на их общего кумира – первого советского (и грузинского!) олимпийского чемпиона по дзюдо в Мюнхене 1972 года. Шота Чочишвили, он ведь не только соотечественник – земляк из Карельского района.
После года занятий Шота Хабарели победил на республиканских соревнованиях юниоров (вот откуда он начинал!) и выполнил норму мастера спорта. В 1978 году дебютировал на всесоюзном чемпионате – он третий, через год – второй. Уже проявляет силу, стабильно держит высоту, но еще не лидер в своем полусреднем весе. А потом случилось необыкновенное чудо – для посторонних, а для него – наработанный сотнями часов изнурительных тренировок до седьмого пота, сотней бросков за одно занятие в зале – стремительный, все сметающий на пути, качественный скачок.
Шота побеждает на четырех международных турнирах, его вводят в сборную страны, выезжающую на чемпионат Европы в Хельсинки, где он выходит в финал и занимает второе место, а также удостаивается золотой медали за победу в команде. На мировом первенстве в Париже замыкает первую шестерку, но знает свою истинную силу и усиливает нагрузки по совету Зауташвили; особое внимание обращает на силовую подготовку. И уже выступая за армейский спортклуб ЗакВО, шлифует технику бросков под руководством другого своего тренера, Джемала Нателашвили, мастера спорта международного класса, серебряного призера чемпионатов Европы и страны, знатока борьбы в стойке.
Олимпийский 1980 год начинается для него с победы на традиционном Тбилисском международном турнире по дзюдо, который тогда отметил свое десятилетие. В финале Шота превзошел Алексея Волосова из города Электросталь в силовом единоборстве, приверженцем которого был гость грузинской столицы. Это посчитал добрым предзнаменованием перед труднейшими испытаниями. И старший тренер советской сборной Борис Мищенко подтверждает правильность избранного им курса: «Если не сбавишь темпа, наверно, будешь бороться на Олимпиаде. Только больше трудись. У спортсмена Олимпиада бывает раз в жизни».
Запали Шота в душу слова наставника, который не скрывал, что верит в него, рассчитывает. Но волнения не убавили, претендентов в олимпийскую команду было предостаточно, и всем следовало дать веский ответ.
Когда подошло время окончательно определить состав сборной, мнения тренеров разделились. Мищенко отдает предпочтение Хабарели, но он один не решает. Устраивают нашему борцу дополнительную проверку – контрольную встречу с тем же Волосовым, и не одну, а три. А он во всех трех одерживает верх.
Как интересно воротиться в то далекое время, когда важно максимально обуздать волю, не отступить, когда пути отхода не было. Именно этими качествами, чувством повышенной ответственности, считал старший тренер сборной Грузии и тренер сборной СССР Бидзина Мазиашвили, обладают люди, которых очень ценят тренеры. Шота Хабарели – первый из их числа.
Шота вспоминал: «Я постарался взглянуть на себя глазами постороннего человека. Не единожды довелось прочитать, что альпинисты перед решающим штурмом вершины еще раз проверяют снаряжение, которое до этого по крайней мере десять раз проверили. Почему они так поступают? Думаю, для того, чтобы еще раз убедиться, что хорошо снаряжены. Вот и я захотел проверить мое оружие. Каждый борец грузин проходит по мосту, который соединяет чидаобу и дзюдо. Только надо знать, на какой части моста ты находишься. Переходить полностью на дзюдо опасно. Японцы с тайнами дзюдо знакомятся с детства и это знание с ними на всю жизнь. Во мне же чидаоба остается на протяжении всей жизни. И я ведь в детстве ее изучил не потому, что нужна была, а без нее просто не смог бы. Какой вывод можно извлечь отсюда? Тот, что иду по мосту и ищу золотую середину: все то, что дала мне чидаоба, всеми силами должно помочь мне на татами. Встречались мне тренеры, которые желали добра и советовали: «Забудь ты про чидаоба, ты дзюдоист». Да, я дзюдоист, а потому должен хорошо помнить все то, что дала мне чидаоба. С большей тщательностью приступил к отработке-шлифовке многочисленных приемов нашей грузинской борьбы. От меня тренеры многого требовали, но я имел и собственный встречный план и его выполнял. Это дало мне веру в свои возможности».
Удивительное признание, не правда ли? Честное и предельно откровенное. И какая сила в каждом слове этой взволнованной исповеди, внутреннего монолога спортсмена, который, не сомневаюсь, он вел перед выходом на татами Московской олимпиады 1980 года, где ему бросали вызов сильнейшие борцы мира.
Первая схватка с представителем команды ГДР, чемпионом Европы Харальдом Хайнке. Хабарели вспоминал: «Чувствую, он хорошо подготовился. На мою попытку провести подсечку отвечает контрприемом – поймал ногу. К этой уловке раньше он не прибегал, специально подготовил к нашей встрече. Судьи оценили его действия «кокой». Итак, проигрываю».
Хабарели прибавил темп, угрожает сотней обманных движений, готовя броски, но немецкий борец мастерски защищается. За две минуты до гонга Шота взвинтил темп. Судьи останавливают схватку и объявляют Харальду за пассивность замечание – «сидо». Счет сравнялся.
Наш борец понимает, что останавливаться нельзя: если схватка так и закончится, судьбу решает «хантей» - победа по решению судей. И еще неизвестно, чью сторону судьи примут. Следует молниеносная подсечка, в грузинской борьбе ее называют «гадаавле», и Харальд на ковре. Есть «кока», а это уже победа.
Следующая встреча – с болгарином Георгием Петровым, их седьмая по счету. И все они закончились в пользу Хабарели. Пройдя румына Мирчу Фрейтиге, он вышел в финал. От олимпийского золота его отделяет один шаг, но какой!
Кубинец Хуан Ферер, гигант под два метра, в полуфинале одержал чистую победу в схватке с представителем Франции Бернаром Чулояном, одним из самых техничных дзюдоистов мира.
Выходя бороться против Ферера, Шота помнил совет Бориса Мищенко: «Если сумеешь блокировать его левую руку – выиграешь. Не сумеешь – проиграешь». Шота технически верно вел поединок и был хозяином положения. «Левую!» - кричит ему Мищенко. «Левую, левую!» - кричат по-грузински друзья.
Нейтрализовал Шота левую и чувствует, какими беспомощными стали попытки Хуана – оценки посыпались, как из рога изобилия: две «кока» и две «юко».
Шота Хабарели – олимпийский чемпион!
Он видит все: и слезы на глазах второго призера Олимпиады в раздевалке, и счастливые лица друзей. Его переполняет радость – он нужен людям, своему родному народу.
Взойдя на высшую спортивную вершину, Шота не изменился, остался таким же простым, отзывчивым и внимательным, каким его знают и любят. Он нисколько не подвержен «звездной болезни», несмотря на многочисленные спортивные победы.
Они встретились на свадьбе друга, он и студентка второго курса медицинского института Манони Сихарулидзе. Она не сразу поверила, что этот парень напротив – олимпийский чемпион! Поженились они в том же году, и Манони разделила с Шота огромный груз, возложенный на плечи выдающегося спортсмена и выдающегося тренера, который нередко по несколько месяцев оказывался вдали от дома, где его ждали жена и дети Мамука и Ани. Ничего не поделаешь – такова спортивная жизнь.
В 1982 году Шота наконец стал чемпионом СССР. Потом пошла полоса неудач. Потребовалось увеличить интенсивность тренировок. Выиграл Шота Спартакиаду народов СССР 1983 и отправился на чемпионат мира. Там в финале после замечания «сидо» уступил японцу, у кого выиграл двумя месяцами раньше, а здесь проиграл, боролся с температурой, простудился. Проиграл и чемпионат СССР-84 борцу из Курска Юрию Меркулову. Решил доказать, что рано его списывать, и через год выиграл первенство в четвертый раз!
11 октября 1983 года заслуженный мастер спорта Шота Хабарели вместе с еще одним триумфатором Московской олимпиады, чемпионом в греко-римской борьбе Вахтангом Благидзе в ознаменование 50-летия отечественного олимпизма взошел на безымянную вершину Кавкасиони. В составе экспедиции альпинистов Тбилисского государственного университета имени Иванэ Джавахишвили. Экспедицию возглавляли выдающиеся грузинские горовосходители, чемпионы СССР Шота Мирианашвили и Дмитрий Дангадзе. Вершине на правах первовосходителей присвоили наименование «Олимпиец Грузии».
Победитель крупнейших соревнований: Олимпийских игр, чемпионатов мира и Европы, Спартакиады народов СССР, Тбилисского международного турнира по дзюдо, абсолютный палаван Грузии по грузинской борьбе, кавалер правительственных и спортивных орденов, Шота Хабарели выполнял равно трудные и ответственные обязанности старшего тренера сборной Грузии (1987-1991, 1997-2009). Через его руки прошло несметное число чемпионов Европы и мира, вырастил двух олимпийских чемпионов, дважды сборная Грузии стала победительницей европейского первенства, завоевала Кубок мира. Многие его воспитанники выросли чемпионами, другие – просто прекрасными людьми, и все они ему дороги и продолжают их связывать теплые отношения. На чемпионате мира 1989 года в Белграде за советскую сборную выступали четыре грузина, двое (Амиран Тотикашвили, Коба Куртанидзе) стали чемпионами, остальные двое – серебряным (Акакий Кибордзалидзе) и бронзовым (Георгий Тенадзе) призерами. Испытал огромную радость и гордость, когда на Олимпиаде в Афинах (2004) при награждении Зураба Звиадаури золотой и Нестора Хергиани серебряной олимпийскими медалями, подняли на флагштоке флаг независимой Грузии и звучал новый ее гимн – дзюдоисты первыми из наших спортсменов заслужили это право.
По итогам 2006 года Ш.Хабарели назвали лучшим тренером мира. Под конец года сборная Грузии впервые выиграла командный чемпионат мира. «Оба отличия не отделяю друг от друга, - признался Шота. - Это очень приятно, когда труд и старание оценивают по достоинству. Было ли это неожиданностью? Наша сборная все турниры прошла успешно и выиграла Кубок мира. Победа командой «мира» - это такое дело, когда от работы тренера многое зависит. И это звание досталось мне, и я счастлив. Отдельно хочу сказать о Зазе Кеделашвили, о его героизме. В первом же поединке Кубка мира он получил сотрясение мозга, однако, с риском для жизни, боролся в остальных встречах и во всех одержал чистые победы... В командной победе его заслуги трудно оценить. К тому же Заза стал чемпионом мира. Ираклий Цирекидзе отлично провел сезон. Многие ребята отличились, но особо хочу выделить этих двух. Кеделашвили только 21 год. Годом раньше был вторым на «мире», выиграл Тбилисский международный турнир. Ну, а 2006 год провел просто блестяще и был назван лучшим спортсменом года по итогам традиционного референдума спортивных журналистов Грузии».
«Олимпийские игры, - говорит Шота Хабарели, - самые масштабные соревнования, и когда твой воспитанник становится олимпийским чемпионом, тобой овладевает ни с чем несравнимое чувство (так было в Афинах в 2004 году с Зурабом Звиадаури, через четырехлетие в Пекине другой воспитанник Ш.Хабарели Ираклий Цирекидзе также праздновал победу на Играх – А.Е.). Когда твоя команда, где ты тренер, становится сильнейшей в мире, это не меньшая радость, хотя я все-таки поставил бы на первое место победу на Олимпиаде».
1 октября этого года Шота Хабарели покорилась еще одна вершина – он был избран мажоритарным депутатом в Парламент Грузии от коалиции «Грузинская мечта».
Он все так же любим, ему доверяют, он нужен своему народу.

Арсен ЕРЕМЯН

Моментами "Скачать новинки клубной музыки,"казалось, ее вообще невозможно ободрать.

Несмотря на то что оба всадника уже давно "Скачать спортивные журналы"скрылись за поворотом, охотник "Кен кизи пролетая над гнездом кукушки книга скачать"поехал не посредине просеки, а через кусты, которые "Прикольные мелодии на будильник скачать бесплатно"ее окаймляли.

Только спасти твою "Мульт личности скачать безплатно"жизнь, твою молодую жизнь, милый мико!

Бедный Генри пропал, предполагают, что он.

 
ГРОМ ПОБЕДЫ

https://lh5.googleusercontent.com/--heHCs25z-U/UIkLHig2SLI/AAAAAAAABDs/lrSRnugrsKk/s144/f.jpg

На олимпийское стрельбище она вышла уверенно. Предстартовое волнение, столь понятное, как рукой сняло. Обстановка на линии огня была знакомая, почти домашняя. Сеул годом раньше, в сентябре, оказал гостеприимство этой обаятельной девушке, стал свидетелем победы Нино Салуквадзе в розыгрыше Кубка мира, с мировым рекордом.
В 1987 году, под занавес года, на международном турнире «Советский патриот», она победила в обеих олимпийских дисциплинах – стрельбе из спортивного и пневматического пистолета.
Несмотря на громкий успех, 18-летнюю спортсменку, к тому времени многократную чемпионку СССР, не включили в состав сборной, выезжавшей на чемпионат Европы в Финляндию, в город Лахти, с попавшими в основу команды ростовчанкой Мариной Добранчевой и москвичкой Ириной Кочеровой. Нино – среди юниорок, которые соревновались параллельно со взрослыми.
Так уже в Финляндии тренеры решили снять урожай золотых медалей и в юниорском турнире. И вроде все было расставлено по полочкам, комар носу не подточит. Кстати, тренером молодежной команды был отец Нино, Вахтанг Моисеевич Салуквадзе. Но Нино нарушила этот порядок. Она заняла первое место в стрельбе из пневматического пистолета с 589 очками, что превышало рекорд мира среди юниорок, и на три очка – результат победительницы взрослого чемпионата Европы Кочеровой.
Это достижение Нино не было откровением для специалистов. На олимпийском стрельбище в подмосковных Мытищах проводился чемпионат СССР по расширенной программе. В стрельбе из пистолета женщины, как и мужчины, соревновались в двух видах – скоростной стрельбе и на дистанции 50 метров. Так вот Салуквадзе первенствовала во всех четырех видах программы; стреляя из спортивного пистолета, она опередила Добранчеву на 5 очков и почти на столько же – во второй олимпийской дисциплине. Еще две золотые медали добыла в неолимпийских видах в командных соревнованиях в составе армейских стрелков.
Конечно же, такую золотую девушку безоговорочно включили в олимпийскую сборную. 19-летняя спортсменка из Тбилиси не ставила перед собой столь высокой цели – выиграть Олимпиаду в Сеуле в стрельбе из спортивного пистолета, но показать максимум возможного, считала, было ей вполне по силам.
«Я даже как-то не сразу поверила в свою победу, - вспоминала впоследствии. - Во время стрельбы обычно не слежу за соперницами, за информационным табло. Стараюсь не отвлекаться. О своей победе узнала, когда раздались аплодисменты и ко мне бросились поздравлять участники и судьи».
Так предельно просто, с обычной для себя скромностью, рассказывала о своей выдающейся победе олимпийская чемпионка. Второе место заняла японка Томоко Хасегава, третье – Ясна Шекарич (Югославия).
Став олимпийской чемпионкой, Нино Салуквадзе была в шаге от сеульского золотого дубля, который покорился Марине Добранчевой-Логвиненко в Барселоне в 1992 году. Во втором виде программы – стрельбе из пневматического пистолета – Нино в предварительной серии установила мировой рекорд и лидировала. Но в финале отступилась от своего принципа – не удержалась, захотела узнать результат основной конкурентки  Ясны Шекарич. Взглянула на табло. Сербка и на этот раз отставала от нее. На одно очко.
Нино разволновалась, стала думать о конечном результате. За этим отступлением от, казалось бы, навсегда усвоенного правила последовала расплата. Несколько не вполне удачных выстрелов, и спортсменки поменялись местами. Шекарич – олимпийская чемпионка, Нино – обладательница серебряной олимпийской медали. Не скрывает слез, но винить должна только себя. Ох, и досталось ей от отца, никогда не дававшего поблажки своей самой знаменитой ученице.
Еще одна медаль – бронзовая – оказалась на счету Добранчевой.
Вахтанг Салуквадзе – пятикратный чемпион СССР по пулевой стрельбе, мастер спорта международного класса, как действующий чемпион рассматривался первым номером в олимпийской сборной, готовящейся к Играм 1968 года, но в Мехико не выступал из-за болезни.
Этот пробел в спортивной биографии семьи с блеском восполнила дочь Вахтанга Моисеевича – Нино, которую по итогам олимпийского года Национальный Олимпийский Комитет СССР и журнал «Олимпийская панорама» назвали лучшей спортсменкой Грузии и лучшей в стране в технических видах спорта. Это было признание редкой самоотдачи и упорства Нино.
Спортивное оружие рано заменило ей игрушки. Бывало, ребенком подсядет к отцу и смотрит, как старательно он готовит пистолет к соревнованиям. Вначале Вахтанг Салуквадзе не думал, что дочь, единственный в семье ребенок, всерьез увлечется этим неженским видом спорта, к слову, не пользующимся популярностью в республике, не отвечая характеру грузин. И основания так думать у него были. Рано раскрывшая способности в музыке, танцах, прилежная на занятиях в школе, непоседа вне дома, Нино остановила выбор на баскетболе и уже познала вкус победы в городском первенстве. Но вмешался случай. Баскетбольную секцию школы перенесли в Надзаладеви, и добираться туда из Дигоми было сложно.
Надо сказать, что и до этого девочка посещала с отцом стрельбище в Авчала, нравилось собирать золотые гильзы, и когда мать, Нуну Салуквадзе, сказала – отведи ее в свой вид спорта, то за Нино осталось право выбора. И она выбрала пистолет.
Вахтанг Салуквадзе был действующим спортсменом ДОСААФ Грузии, а потом СКА ЗакВО, а потому не мог тренировать дочь и привел будущую чемпионку к Отару Квирикашвили, который, после окончания службы друга в армии, предложил Вахтангу Моисеевичу создать в армейском спортклубе группу из 10 детей вместе с Нино и тренировать их.
Сам стрелковый ас, он последовательно помогал дочке овладевать навыками незнакомого дела. Само по себе попадание в цель при стрельбе стоя – задача из наитрудных, когда площадь опоры меньше, чем при двух других положениях, и центр тяжести системы стрелок-оружие находится очень высоко над площадью опоры. А тут еще требуется соколиная зоркость глаза, сила и устойчивость руки, сотни раз поднимающей на тренировках и соревнованиях оружие, которое для ребенка и взрослого одинаково – весом больше килограмма. И еще – наивысшая сосредоточенность и психологическая выдержка на стрельбище, когда ты один-одинешенек в мире безмолвия, искусственно создаваемом наушниками, и никого рядом, ни родной души, в самый напряженный и ответственный момент, когда победа или неуспех зависят от одного, последнего, выстрела, а глаз и разум сосредоточены на одной точке на мишени, когда кроме этой точки ничего на свете нет, а разум спорит с сердцем, и ты принимаешь решение – нажимаешь на спусковой крючок.
В 1984 году ее ввели в сборную школьников Грузии, и через год уже в роли лидера команды Нино вернулась из Ташкента с четырьмя золотыми медалями всесоюзной Спартакиады школьников, с репутацией отличного снайпера, чьи результаты росли не по годам.
Подошла пора первых международных соревнований. В 1985 году началась ее дружба-соперничество с Ясной Шекарич, которая длится более четверти века. В Хорватии, в Осиеке, родном городе Ясны, и центре стрелкового спорта. Ясна на несколько лет старше, но это не мешает им дружить, а спустя годы и семьями, благо и характером они очень схожи.
Прошел год, и Нино увидели среди участниц первого для нее взрослого чемпионата Европы, в составе сборной страны. В городе Зуле на территории тогдашней ГДР. И хотя ее результаты уже тогда были выше показанных подругами по сборной, ей доверили только один вид программы – стрельбу из спортивного пистолета. Тогда ей вместе с Добранчевой и Кочеровой удалось установить мировой рекорд, первый из добрых двух десятков рекордов, которые впоследствии она записала в свой актив.
В послужной список выдающейся спортсменки, которая в 1988, 1989 и 1999 годах по итогам спортивных референдумов была названа лучшей спортсменкой Грузии. Нино Салуквадзе – заслуженный мастер спорта, многократная чемпионка мира и Европы, победительница розыгрышей Суперкубков мира, кавалер орденов Вахтанга Горгасала II степени, Чести, олимпийского ордена НОК Грузии, член НОК Грузии и вице-президент Федерации стрельбы. На чемпионате мира 1989 года ее объявили лучшим стрелком планеты по всем видам оружия среди женщин.
После окончания Грузинского института физической культуры (1990) и аспирантуры она получила право обучать молодежь стрелковому делу.
Нино Салуквадзе принадлежит выдающийся рекорд – она участница семи Олимпиад, триумфатор и обладательница олимпийских медалей всех трех достоинств. И не вина Нино, что на ряде Игр ее результаты были ниже тех, которые вправе были ждать от выдающейся грузинской спортсменки. Отдадим должное чемпионке, которой приходилось готовиться к крупнейшим соревнованиям четырехлетия в неотапливаемых, разоренных и растащенных по кирпичикам тирах, куда сам приход на тренировку был актом спортивной доблести и мужества.
Не будем забывать – после триумфа Нино в Сеуле следующее предолимпийское четырехлетие отмечалось большими переменами в политической жизни страны, что отразилось на результатах нашей чемпионки.
Через два года, выступая на облюбованном, «своем» стрельбище в Мытищах, на очередном мировом чемпионате Салуквадзе оказалась не готова спорить с сильнейшими стрелками. Привычной спортивной формы достичь не удалось, и неутешительные результаты не замедлили сказаться.
В стрельбе из пневматического оружия посланная ею пуля угодила в семерку. Не удачливее она оказалась и в финале другой олимпийской дисциплины, не попав в число призеров.
Но еще большие неожиданности были впереди. В следующем году независимая Грузия отмежевалась от советского спорта. Об этом Салуквадзе узнала в аэропорту по возвращении из Норвегии, где в составе советской сборной выиграла звание чемпионки мира в стрельбе из пневматического пистолета.
Вынужденный годовой перерыв оказался огорчительным для Нино.
На Олимпиаду в Барселоне 1992 года, где грузинские спортсмены выступали в объединенной команде СНГ, Нино отправилась в ранге победительницы отборочного чемпионата Содружества независимых государств и престижного турнира «Советский патриот»  в обеих олимпийских дисциплинах. Но радости ей это не прибавило.
Как потом признавалась сама спортсменка, она чувствовала себя психологически совершенно истощенной, не была уверена в своих силах. И Олимпиада подтвердила худшие опасения – пятое место в стрельбе из спортивного пистолета, а во втором виде программы осталась за бортом финала, замкнула первую десятку.
Какое-то странное чувство раздвоенности не покидало ее по ходу Игр, вроде все же оставались в Советском Союзе, но одновременно стали независимы, выступали под своим флагом и с  собственным гимном. Но все это было непривычно и тревожно...
Еще один выдающийся успех из спортивной биографии.
Нино Салуквадзе первой из грузинских спортсменов завоевала олимпийскую лицензию на Игры в Пекине в 2008 году. И завоевала бронзовую медаль в стрельбе из пневматического пистолета на 10 метров.
Двадцать лет спустя!
Из дома приходили тревожные вести – шла война. В олимпийской деревне грузинская делегация 9 августа обсуждала возможность прервать выступления на спортивных аренах. А Нино выполняла свой долг – защищала честь родной Грузии, как подобает славной дочери, как подобает чемпионке. После предварительной серии она была четвертой, но в финале, опередив представительницу Монголии, завоевала третье место.
10 августа она стояла на пьедестале почета вместе с победительницей Игр китаянкой Го Вэньцзюнь и россиянкой Натальей Падериной и взволнованно смотрела, как поднимается ввысь флаг ее Грузии. Одной из первых грузинскую подругу поздравила олимпийская чемпионка Сеула Ясна Шекарич, которая на этот раз была шестой.
Аккредитованные на Олимпиаде журналисты отметили теплые поздравления, которыми обменялись второй и третий призеры закончившихся соревнований стрелков.
«С Наташей Падериной мы часто встречаемся на различных соревнованиях, и нас связывают теплые отношения, - сказала тогда Нино Салуквадзе. - Ошибки политиков не в силах изменить эти отношения».
Присутствующий на награждении президент Международного Олимпийского Комитета (МОК) граф Жак Рогге сказал: «Если бы меня попросили рассказать, что мне запомнилось об Олимпиаде в Пекине, я бы рассказал вот эту историю. Через два дня после начала боевых действий в Южной Осетии российская и грузинская спортсменки (серебряный и бронзовый призеры в пулевой стрельбе Наталья Падерина и олимпийская чемпионка-88 в составе сборной СССР Нино Салуквадзе) пожали друг другу руки и обнялись на олимпийском пьедестале. Мне кажется, это выдающееся проявление спортивного духа и единства». 
Эхо грома побед Нино Салуквадзе слышно в самых отдаленных точках планеты. Звание олимпийского чемпиона – оно ведь навечно.

Арсен ЕРЕМЯН

Передайте мне "Скачать песню тебе только тебе"содержание, или я вас так тресну, что.

После того как "Игра крейзи пингвин"мы прибыли в форт, продовольствие стало быстро исчезать.

ОСТРОВОК В ПРЕРИИ "Скачать игра звездные врата"Табун в сто, а иногда и больше голов, привольно пасущийся в прерии,-зрелище, конечно, великолепное, но оно "Скачать книги джоана линдсей"не удивит и не поразит пограничного жителя "Меню текстового редактора это"Техаса.

Море было слишком глубоко растревожено, чтобы быстро успокоиться.

 
ЧЕМПИОН ИЗ ЗАОБЛАЧНОЙ ВЫСИ

https://lh4.googleusercontent.com/-N2FequbA1LY/UGKyssrHCVI/AAAAAAAAA2o/DCfgEYPlX70/s172/g.jpg

Он стоял на краю ковра и терпеливо ждал, когда Станчев войдет в круг и начнет бороться, как мужчина.
С самого начала Георгий неожиданно для всех отдал сопернику три балла, и теперь болгарин, зная силу грузинского борца, которому до этого раз за разом проигрывал, как мог тянул время. Схиртладзе организовал погоню за Николой, не давая ему передышки. Казалось, судьи снимут убегающего, спасающегося за ковром болгарина, чьи силы на исходе.
Станчев получает первое предупреждение, но это его не останавливает. За первым предупреждением за отказ от борьбы следует второе, наконец, третье.
Судья вызывает Гоги на середину ковра и объявляет победителем. Схиртладзе стоит, ошеломленный трудной победой, а болгарская команда подает апелляцию. И происходит удивительное – после долгого разбирательства судьи отменяют третье предупреждение Станчеву, схватка продолжается, и победа, в конце концов, присуждается борцу, которому удалось «убежать» с одним выигрышным баллом.
«Очень меня раззадорила эта неудача в Мельбурне, - вспоминал Схиртладзе. - И дело не в том, что Станчев стал олимпийским чемпионом. С самого начала была нарушена справедливость».
Сказано запальчиво, с болью и сожалением, которое с годами не проходит и у самых сильных. Но отставим в сторону личную обиду, наши пристрастия и попробуем разобраться в стартовой сенсации. Такая ли она была неожиданная?
В олимпийском 1956 году Георгий Схиртладзе был очень силен, сокрушал всех противников – сильнейших средневесов-борцов вольного стиля, выиграл I Спартакиаду народов СССР, поединки в матчевых встречах. Его знали и побаивались. Но и хорошо изучили – манеру борьбы, тактику.
Не стал исключением и Никола Станчев. Выходя на первую схватку в Мельбурне, молодой борец не собирался стать мальчиком для битья, а потому с места в карьер атаковал Георгия, убаюканного прежними легкими победами (а олимпийские поединки не прощают малейшей недооценки противника), на первых же минутах провел бросок через спину, оцененный в три балла, почувствовал себя богачом и хозяином положения, когда все средства хороши и дозволены.
Проигравшему оставалось устроить новую погоню – за ускользающим от него турнирным счастьем, и Георгий Схиртладзе принялся за привычное дело – положил на лопатки следующих трех соперников, победил по баллам сильного турецкого борца Исмета Атли, серебряного призера чемпионата мира 1954 года, и пробился в финал.
С четырьмя штрафными очками, как и американец Дан Ходж, он мог рассчитывать только на второе место. Встретились они в шестом круге. Дан Ходж, тот самый, который четырьмя годами раньше на Олимпийских играх в Хельсинки проиграл на туше нашему олимпийскому чемпиону Давиду Цимакуридзе, всерьез настроился на золото. Cохранял на него иллюзорные шансы и Георгий. Но ему нужна только чистая победа. Их схватка проходила в ураганном темпе. Схиртладзе удается перевести Ходжа в любимый партер и прижать лопатками к ковру. Дело сделано – уже есть олимпийское серебро. Арбитр на ковре дает команду, и Георгий отпускает захват. Но боковой судья подает сигнал, что не видел туше, и, странное дело, с ним соглашается руководитель ковра.
А как быть с мнением рефери, который стоял рядом на коленях, все видел и зафиксировал туше?
Так у Гоги Схиртладзе второй раз в Мельбурне отняли победу.
Поднятый судьей в стойку, он, стремясь к чистой победе, атакует американца броском прогибом с обвивом ноги, и тот летит на ковер, но проигравшим объявляют его, Схиртладзе, дескать, бросок был низкий, и атакующий во время проведения приема коснулся спиною ковра. Как на этот раз «прозрели» судьи и разобрались в мгновенно меняющейся ситуации, осталось загадкой. Увидеть туше после стойки куда сложнее, чем в партере, где действия развиваются, как в замедленной киносъемке.
Но с судьями не спорят. У Георгия Схиртладзе – третье место и бронзовая олимпийская медаль.
Американцу путь к золоту преградил Никола Станчев. С четырьмя штрафными очками (во втором круге он чисто проиграл японцу Кадзуо Кацурамото) болгарин одержал кряду четыре чистые победы, в том числе и над Даном Ходжем. Но и серебро, так неожиданно свалившееся на голову американца, счастья ему не принесло. Проиграв самую главную схватку, он обиделся на судьбу и в двадцать семь лет навсегда ушел из борьбы в бокс, выиграл престижный приз «Золотые перчатки», стал чемпионом США. Больше его на борцовских соревнованиях не встречали.
Так свидетельствовал Георгий Схиртладзе, один из выдающихся грузинских борцов, за которым, тем не менее, даже в годы наивысшей спортивной славы закрепилась репутация невезучего чемпиона. Пострадал он сильно не только из-за судейской несправедливости. Судите сами. В 1960 году на Олимпиаде в Риме на первых минутах схватки как-то беззаботно отдал один балл американцу Эдварду де Витту, борцу средней руки, позволив сбить себя на ковер. В дальнейшем Георгий, несмотря на все старания, не смог изменить ход поединка в свою пользу. Де Витт старательно построил схватку, чтобы не дать сопернику использовать свое превосходство при борьбе в партере, где уйти от его страшных захватов было невозможно. А ведь товарищи по сборной и он сам имели все основания видеть Схиртладзе олимпийским чемпионом.
«До сих пор не могу себе простить эту промашку», - сказал он мне при встрече.
Эдвард не бегал по ковру, очень грамотно толкался, но борьбой его действия не назовешь. Проиграл Гоги встречу и после победы по очкам над представителем Индии Мадхо Сингха вышел в полуфинал, как и швед Ханс Антонссон. Их схватка закончилась вничью. У Георгия серебряная медаль, у шведа – бронзовая.
А где же Эдвард? Американец больше подвигов не совершал. Он проиграл немцу Георгу Утцу и будущему олимпийскому чемпиону турку Хасану Гюнгеру и был только четвертым. Победитель Олимпиады не мог пожаловаться на невезение. С серебряным и бронзовым призерами соревнований он, счастливец, не встречался.
Гоги привел в спортивный зал двоюродный брат Ладо, сам в прошлом борец и друг выдающегося грузинского тренера, чемпиона СССР 1949 года по вольной борьбе Шалвы Нозадзе, участника восстания грузинского батальона на голландском острове Тексель (Тессел), кстати, наставника вице-чемпиона Токийской олимпиады и двукратного чемпиона мира Гурама Сагарадзе.
«Сильный парень, говоришь? - переспросил Шалва Иванович. - Пусть покажет себя в борьбе».
Очень повезло Георгию с тренером. «Он в малых весах боролся, - вспоминал потом, - но когда брал меня, средневеса, за кисть, вырваться было очень трудно... Всегда негромко разговаривал. Никогда не кричал на нас».
Это тепло человеческого обаяния особо согревало детей военной поры.
Детство Георгия пришлось на сороковые, когда в рачинском селе Мтискалта остались одни старики, женщины и дети. Мужчин забрал фронт, и работать надлежало всем. 10-летний Гоги и его два брата, близнецы Ираклий и Гела, те на пять лет старше, и планы у них взрослые, не как у него детский, который таковым тоже не назовешь.
Братья Схиртладзе, а на эту фамилию отзывалось все село, 120 семей, заготавливали сено для скота. Косили траву, собирали, грузили на подводу и отвозили в колхоз. Сами распределили свои трудовые обязанности, по возрасту и физическим кондициям. 60 тонн в месяц на троих – задача, непростая для мужчин. А тут дети.
Так работал Георгий четыре года войны. Косьба, рубка леса, мотыжение в поле – лучший спорт, правда, без зрителей. Через пару лет в умении косить он превзошел старшего брата.
Четыре года закалки тела и духа. В высокогорном селе, взметнувшемся на 1800 метров, с этой орлиной высоты видна Рача, Онский район, села далекие и близкие, и Амбролаури.
Стоило ли после этого удивляться, что на протяжении всей своей блистательной спортивной карьеры призер двух Олимпийских игр, чемпион мира и четырехкратный чемпион СССР (1954, 1956, 1957, 1960), победитель Всемирных студенческих игр (Чепель, Венгрия, 1954), международных турниров Георгий Схиртладзе не занимался специальной физической подготовкой? Сила наполняла его с детства, его могучий торс, втискиваемый с трудом в тесную куртку самбиста или чоху. И долгов на ковре никому не прощал, брал убедительный реванш у любого, будь то олимпийский чемпион или чемпион мира.
Первую серьезную заявку на звание сильнейшего средневеса страны Георгий предпринял в далеком 1953 году на всесоюзном первенстве в Тбилиси, в родных стенах. Тогда только необъективность судей не позволила хозяину ковра, недавнему перворазряднику, добиться желанной цели. Чемпионом СССР стал опытный киевлянин Николай Комов, мастер борьбы в партере. Схиртладзе – второй. Несправедливость была настолько явной, что через год Комов привез в Венгрию, на Всемирную универсиаду, незаслуженно выигранную золотую медаль и повесил на шею Георгию со словами: «Эта медаль – твоя!» В том 1954 году Схиртладзе подтвердил свои лидерские амбиции – стал чемпионом Советского Союза в Ленинграде. В схватке с олимпийским чемпионом Давидом Цимакуридзе счет был ничейный (2:2). Но судьи дали победу Схиртладзе, который был активнее. В финале он победил Сергея Преображенского, выдающегося советского борца и тренера, воспитателя чемпионов. Преображенский вышел на пятое место, а Комов – только шестой.
«А чемпионом мира я все же стал, - вспоминал Георгий Схиртладзе. - В 1959 году в Тегеране, на родине чемпиона мира Наби Сорури. На предыдущем «мире», двумя годами раньше, он у меня выиграл, опять же не без помощи со стороны. Но в этот раз я был сильнее – трижды бросал чемпиона, и каждый раз судьи «не замечали» туше. В конце концов объявили мою победу по баллам. Присутствовавший на встрече шах Ирана в гневе покинул спортивный зал, а Сорури с грузом штрафных очков выбыл из турнира. В финале я победно отборолся с венгром Гезой Холлоши и, помня горькие уроки, отдал все умения и силы – мой соперник оказался на мосту в критическом положении и чудом унес ноги от поражения на туше. Эта схватка так нас обоих измотала, что я только с помощью нашего полутяжеловеса Бориса Кулаева смог добраться до раздевалки».
Но главное сделано – Георгий Схиртладзе чемпион мира!
Почти все деньги ушли на телеграмму отцу, очень он переживал за сына. Однажды Георгий услышал, как он говорил матери: «Неужели Гоги так и не станет чемпионом мира? Зачем же тогда занялся этой страшной работой?»
Ушел из жизни старый Серго, утешенный и обласканный великой победой сына. В том же 1961 году Гоги, потеряв своего самого верного почитателя, расстался со спортом в 28 лет, в ореоле славы, заслуженный мастер спорта СССР и бессменный участник советской сборной команды борцов-вольников.
Вспоминаю нашу первую личную встречу с Георгием Схиртладзе. У него был магазин на углу улиц Челюскинцев и  Клары Цеткин по соседству с Управлением Грузинской железной дороги. С какими-то крепкими и надежными товарами, как сам хозяин, получивший два высших образования – спортивное и экономическое. Покупателей здесь что-то не помню, но зато было чисто, светло и много солнечного воздуха в этом помещении с высоким потолком. И, как видно, хорошо знакомые ему здоровяки, которые, оторвав взгляд от диспозиции шашек на доске нард, смотрели с интересом и доброжелательно, как и подобает сильным людям.
Я тогда принес чемпиону свой газетный материал о нем, было интересно узнать его мнение. Мы вышли в просторный двор. Георгий Сергеевич открыл ключом какую-то дверь, и мы уселись за стол в помещении, мало напоминающем служебный кабинет большого начальника. Я читал вслух рукопись, он слушал внимательно и не перебивая, не добавляя и не убавляя ни слова, а потом сидел молча, под впечатлением от услышанного, от нахлынувших воспоминаний о прожитой жизни, обычно печальных, а его – тем более. «Откуда он знает все это обо мне?» - спросит он потом олимпийского чемпиона Хельсинки Чимишкяна, изумленный. Об этом мне позднее рассказал сам Рафаел Аркадьевич.
А тогда, услышав от меня свою историю о многотрудном пути борьбы и разочарований, спросил напоследок: «Чем я тебя могу отблагодарить за этот труд?» - «Вашим пребыванием в добром здравии и благополучии», - отвечал я, не задумываясь. - «Ты будешь моим другом», - сказал он как-то светло и хорошо, и я как мог оправдывал высокое и почетное звание, которым был неожиданно награжден. Потом принес в подарок свою книгу «Гром победы» с девяноста рассказами о спорте, где в компании 90 главных героев, чемпионов, представителей двадцати двух видов спорта, он был одним из самых почитаемых мною и заслуженных. Спеша на работу, я забыл у него лишний экземпляр книги, а он заботливо спрятал ее в ящик письменного стола и при встрече честно вернул.
Увидев его впервые на Арсеноба – дне памяти борцов – в начале 1990-х, Гурам Гедехаури, чемпион мира 1987 года по греко-римской борьбе, сказал с восхищением: «Какой сильный!»
Гоги Схиртладзе был легко узнаваем на улице – красивый в своей богатырской стати, сильный, как кряжистый дуб.

Арсен ЕРЕМЯН

Теперь он давно заброшен, и даже развалины его можно различить с трудом, ибо сыпучие "Скачать кыргызские песни"пески, движимые постоянно дующими "Безплатно скачать мульты"в том краю сильными ветрами, занесли и почти погребли то, что еще сохранилось от бывших построек.

Несколько человек кинулись "Скачать песенки для самых маленьких маленьких"к дереву, около которого мы стояли с Джеком.

Собственно говоря, зевак и не было, если не считать "Скачать песню иван дорн так сильно"человека огромного роста, в войлочной шляпе, в котором, несмотря на слабое освещение, нетрудно было узнать старого охотника "Обработка звука программа скачать"Зеба Стумпа.

В первый раз в жизни они начали смотреть на индейцев с чувством уважения и даже страха.

 
<< Первая < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 Следующая > Последняя >>

Страница 7 из 14
Среда, 12. Декабря 2018