click spy software click to see more free spy phone tracking tracking for nokia imei

Цитатa

Наша жизнь – это  то, что мы думаем о ней. Марк Аврелий

Ностальгия

ДОРОЖНАЯ КАРТА

https://lh4.googleusercontent.com/-WOLTHnmp45E/UAP2NUdJkcI/AAAAAAAAAkY/Gzcw6HLtD4Y/s125/k.jpg

Как же давно я начал жить на этом белом свете! День открытия Тбилисского метро помню яснее ясного. День гагаринского космического полета – с не­меньшей отчетливостью. И как свидетельство моего почти ветхозаветного воз­раста помню наверняка другими редко виденное – настоящий цыганский табор: кибитки, лошади, двухметровый медведь с кольцом в ноздре.
Табор цыга­не разбивали вблизи моего руставского дома, на пологом берегу Куры, где сегодня ресторан для преуспевающих горожан бывшего центра гру­зинской химической и металлургической промышленности.
Тяжелую индустрию бывшего центра, как и легкую, в те годы поднима­ли посланцы разных народов действительно необъятной страны. И лишь цыгане, налегке кочевавшие по городом и весям, предпочитали успешно двигать вперед свою эксклюзивную индустрию развлечений. Топтыгин всегда занимал в ней главенствующее положение. Он плясал вприсядку, пьяным барином покидал кабак, бравым солдатом вскидывал на плечо палку-ружье. Правда, на велосипеде, как у Корнея Чуковского, не ездил. И на мотоцикле, как в медвежьем цирке Валентина Филатова, тоже не катался. Видно, не научили его равнодушные к мототранспор­ту цыгане, да и крупный приречный галечник был не лучшим ристалищем для по­добных цирковых экзерсисов.
На мотоциклах гоняли лихие ребята из цирковой бригады Вадима. И не по земной тверди, а по вертикальной стене, удерживаемые центробежной силой су­масшедшего мужества и отваги. Вадим появлялся всегда внезапно, за день устанавливал «бочку» – высокое цилиндрическое сооружение со зрительской трибуной по верхнему десятиметровому периметру, выстланное внутри твердым покрытием, – и к вечеру старая базарная площадь оглашалась ревом мотоциклетных моторов.
Народ валом валил на щекочущее нервы представление «Круг смерти», в ко­тором Вадим и его команда отгораживались от старухи с косой узкой страховоч­ной сеткой, однажды-таки спасшей жизнь главному аттракционисту, рухнувшему с гибельной вертикали. После падения у Вадима стала сохнуть рука, он отошел от дела, и поговаривали, что погиб в какой-то кабацкой заварушке, впечатав в память руставских пацанов образ красивого и смелого супермена.
На смену Вадиму-мотоциклисту пришли длинные очереди за хлебом на закате хрущевской эпохи и – в древнеримском соответствии – желанные походы в Тбилисский цирк. В те годы площадь Героев славилась не обочинными девицами. Славилась она самой высокой столичной многоэтаж­кой и ввиду интенсивности движения самым труднопреодолимым наземным переходом к самой лучшей в городе лестнице, взбегавшей к самому лучшему его колоннадно-круглому зданию. Вот уж где можно было насладиться зрелищами!
Тбилисский цирк, построенный в 1939 году на роскошной, как говорят архи­текторы, доминантной высоте, перевидал многих  выдающихся мастеров арены. Что бы ни говорили, а по части балета и циркового трюкачества, наряду с политическим, Советский Союз был впереди планеты всей. Ну, а наша, грузинская труппа, хоть и созданная в 1958 году, мало в чем уступала московскому авангарду. «Союзгосцирк», главная тогдашняя организационно-бухгалтерская контора, охотно отправляла грузинских циркачей в контрактные зарубежные вояжи, ничего уж не говоря о гастрольных турне по матушке России, неньке- Украине и прочим кровнородственным братским республикам.
Тбилисское эстрадно-цирковое училище на проспекте Церетели близ «Дезертирского» рынка исправно ковало советскому цирку кадры до тех пор, пока не пришла в негодность общесоюзная наковальня и не закрылась на амбарный замок госцирковская кузница. Недолго благоденствовал и ушедший в свободное плавание грузинский цирк. Одно время он подпитывался инвестициями Бадри Патаркацишвили, но с уходом последнего из жизни, увы, тоже приказал долго жить. Колоннадное здание на площади Героев сегодня открывает свои двери для редких, в основном, новогодних антреприз. Де­када циркового искусства заканчивается очень быстро, не поспевая за желанием тысяч детишек в первый, самый впечатляющий раз воочию увидеть незабываемую манежную феерию.
Спрос есть – нет предложения! И есть очень неловкое родительское пред­чувствие: в стране может вырасти целое поколение детей, имеющих, к примеру, полное представление о системе залпового огня «Град», а вот цирк знающих только понаслышке. И чтобы этого не произошло, грузинский цирк решил сам пойти в народ. Как сотни лет назад скоморошествовали на площадях знаменитые «берики», так и сегодня веселит людей единственная в Грузии труппа артистов перед­вижного цирка-шапито во главе с ее командором Джано Джимшелеишвили. Артистам он отец родной. И как полагается хорошему главе многодетного семейства обя­занности свои согласно статусу несет неноминально. Я своими глазами видел, как Джано, сжав кулаки, защитил молодого гимнаста Заура Двалишвили от представителя власти. К сожалению, власть, особенно силовая, не всегда права, и, нарушая порядок, скажем так, заведенный в чужом монастыре, крепко ошибается, когда ее  призывают к порядку. Заур Двалишвили призвал – не ходите, дескать, в грязных башмаках по чистому манежу – и чуть было не попла­тился за справедливое замечание. Одергивать представителя власти никак нельзя... Цирк – да и только! Мог бы превратиться и в ринг, кабы не крепкие кулаки Джано Джимшелеишвили.
Вообще-то Джано, конечно, предпочитает заступничество иного рода. Например вместе со своей супругой, красавицей Розалиндой Шароян он взял на себя ответственность перед Богом за судьбу братьев Левана и Дато Джалагония. Эти симпатичные парни из Чхороцку – прямое воплощение мечты Федерико Феллини, так и не ушедшего в детстве тайком от родителей с артистами бродячего цирка. А Леван и Дато ушли, правда, с родительского благословения, согласно их страст­ному стремлению вырасти из униформистов в классных циркачей. Кроме как семиметровой арены командора Джано, этого замечательного рыцаря  грузинского циркового ордена, другой школы сегодня в стране не существует. Эту школу прошли и Заур Двалишвили, и акробатка Тея Шекиладзе, и Ираклий Купуния – мотоциклист, он же жонглер, он же наставник трехлетней медведицы Друнчи.
Стального кольца в ноздре у косолапой артистки нет. Гуманные принципы дрессуры в нашем шапито, разумеется, взяли верх над суровой цыганщиной. А умных представителей фауны здесь хватает. Лошадка-пони наступает на пятки горделивой ламе, пудельки резвятся в компании со шпицем и дратхааром, тридцатикилограммовый питон – не кастрат ведь! - нет-нет да поглядывает на нимфетку игуану... И всей этой живностью командует Розалинда Шароян, совмещающая с высококлассной дрессурой к тому же профобязанности шпрехшталмейстера, то бишь, инспектора манежа и человеческие обязанности заботливой мамы своих бессемейных детей-артистов. Артисты отвечают дочерне-сыновней любовью к Розалинде и доброй опекой четвероногих братьев меньших, которые помимо чуткой ласки да калорийной кормежки нуждаются в защите от недобрых форс-мажорных обстоятельств.
Об этом горько вспоминать, но именно чья-то недобрая роковая халатность стала причиной прошлогоднего пожара в зимнем Бакуриани, когда ночной татью прокравшийся огонь погубил мартышек, собачек, варанчика и питона. Пожарные прибыли слишком поздно, мало чем помогли циркачам, самим погасившим пламя свежевыпавшим январским снегом.
Печальные глаза Розалинды Шароян увлажняются, и она в пику доказа­тельствам человеческого несовершенства, рассказывает о сердобольном благо­нравии монахинь цаленджихского женского монастыря. Они приютили осиротевшую маленькую медведицу Друнчу, выходили и передали Ираклию Купуния.
«Зло сразив, добро пребудет в этом мире беспредельно», хотя глупо было бы отрицать, что по жизни плечом к плечу они идут одной дорогой и порой жес­токость оттеняет неизбывную силу все того же человеческого добра. На память приходит феллиниевская «Дорога» и блуждающие по дорогам своих судеб цирковые скитальцы – Джельсомина, Дзампано, Матто, - беснующиеся, умиротворенные, но так и не обретшие  желанного конечного счастья. Да и достижимо ли оно, если по-прежнему предел обывательских мечтаний сегодня – испанский черный унитаз, а вот для героев этого очерка биотуалет, газовая плита и сон в прицепном вагончике – естественные радости их жизненного пространства, постоянно ждущего нового движения. И в этом плане они – последовательные «берштейнианцы»: конечной цели нет, есть только перманентное движение к ней. Впрочем, и промежуточные цели жизненной программы бродячих артистов заслуживают безусловного уважения.
Циркачи-контрактники, минчане Ольга Суббота и Алексей Шилай – молодожены. А что такое семейная жизнь по очень большому счету? Ну, конечно, – бочка дегтя с ложкой меда в количестве тридцати кален­дарных дней первого месяца супружеской жизни. Ребята решили увеличить пор­ционное счастье до размеров столовой ложки и вместо одного месяца медовыми сделать целых девять. Ровно столько продлится их гастрольное путешествие по Грузии в составе каравана трайлеров, ведомого водителем-махаробели Авто Чантуридзе. Промежуточная цель молодоженов – увидеть красивую страну Грузию – будет достигнута. А дальше снова в путь. Наверное, уже по дорогам другой страны. А Грузия бес­страшной воздушной гимнастке Оле и жонглеру Леше запомнится навсегда. Зрительскими восторгами, теплом людских сердец, свадебным торжеством – устроить его коллегам Джано Джимшелеишвили посчитал своим долгом.
Вообще-то Джано, знатный организатор, бывший директор Кутаисской филар­монии, щедр на всяческие приятные сюрпризы. Видимо, еще с той поры, когда, согласовывая с аттракционом Игоря Кио условия гастролей в грузинской глу­бинке, перенял у великого иллюзиониста опыт привнесения в унылую обыденщину прелестей почти по-пушкински нас возвышающего обмана. И это не взгляд сквозь розовые очки. Это красота, как говаривал Оскар Уайльд, в глазах смотря­щего. Ведь если взрослый зритель не будет смотреть на цирковое действо гла­зами ребенка, он увидит в нем только настойчивые попытки задержавшихся в рос­те людей срубить деньгу нетрадиционными способами. Но если он посмот­рит на жизнь глазами клоуна Анзора Ходжашвили, то даже не читая Генриха Белля, поймет, что полуторачасовое представление в шапито есть не что иное, как возвращенное в детство мгновение. Конечно, не во времена Алекса Цхомелидзе, знаменитого коверного начала прошлого века из цирка братьев Никитиных, так далеко заглядывать уже некому...
Но лет этак на сорок назад – пожалуйста!
Там, в глубине тех лет – бесподобные антре клоуна Сандро Тедиашвили, не менее блестяще ассистировавшего своему тезке Сандро Дадешкелиани. Кто видел, тот помнит, что творил на манеже этот бывший плехановский «асоци­альный элемент», талантом и судьбой отдаленно похожий на Сашку-скрипача из купринского «Гамбринуса». Кстати сказать, Сандро Тедиашвили был учителем Ходжашвили в тбилисском эстрадно-цирковом училище до того, как Анзор стал сначала акробатом на подкидных досках, а по­том клоуном-весельчаком Чичи, любимцем детворы.
Сын Анзоpa, черноглазый, вихрастый Давид колесит вместе с отцом по стране, спит в  купейном отсеке переоборудованного под «отель» «Икаруса», при надобности помогает натягивать палатку шапито, но наследовать отцовскую профессию пока не собирается. И клоун Чичи не настаивает. Потеряю, говорит, сына, ес­ли его манеж у меня отберет.
Вот уже пятый год грузинский передвижной цирк-шапито «Джано и компания» ближе к лету возвращается в свой порт приписки – Батуми. Летний сезон проводит он в здании местного циркового стационара.
С приходом осени его снова будут ждать дороги...

Вахтанг БУАЧИДЗЕ

Он со своим маленьким отрядом "Ветров и гальцев скачать"тоже примет участие "Финансовый анализ учебники скачать"в преследовании и, если пане будут разбиты, может быть, вернет "Игры без регистраций и смс скачать"своих мулов.

Вонючка ты,-презрительно оборвал "Скачать песню анны седаковой ревность"его Швейк.

Время совпадает, опять обратился он к дону Хуану.

Я полагаю, "Песня папе скачать"что индейцы тут ни при чем, сказал майор.

 
Я ТОСКУЮ ПО ТБИЛИСИ

04

Игорь Николаевич Нагорный тбилисец в четвертом поколении. В доме его родителей – Сильвии и Николая Нагорных, повинуясь законам грузинского гостеприимства, всегда были рады гостям. И каким гостям! Увлечение Нагорного-старшего театром свело его с легендами грузинской культуры – Чиаурели, Анджапаридзе, Калатозовым. Именно у таких выдающихся горожан Игорь Николаевич, выросший в итальянском дворе на Боржомской улице, с детства постигал азы этой особой государственности. Кавалер Ордена Чести Игорь Нагорный с честью обучился этой грамоте. И поэтому в его уютной квартире всегда чувствуешь себя дорогим гостем, которого обязательно угостят фирменным компотом с айвой и пряностями. И сейчас мы попытаемся расшифровать таинственный код тбилисца.


Подробнее...
 
<< Первая < Предыдущая 1 2 3 4 5 Следующая > Последняя >>

Страница 5 из 5
Понедельник, 25. Июня 2018