click spy software click to see more free spy phone tracking tracking for nokia imei

Цитатa

Думайте и говорите обо мне, что пожелаете. Где вы видели кошку, которую бы интересовало, что о ней говорят мыши?  Фаина Раневская

Мирза Шафи

https://i.imgur.com/H8ROexz.jpg

***
Выдающийся азербайджанский поэт, мыслитель, просветитель и педагог Мирза Шафи Вазех родился 14 июня 1794 года в Гяндже, в семье зодчего и каменщика Кербалаи Садыга, служившего во дворце последнего гянджинского правителя Джавад-хана. В письмах Вазеха содержатся сведения о том, что в 1804 году, после взятия Гянджи, прежде состоятельный Уста (Мастер) Садыг разорился, затем заболел и скончался, не прожив и года после этих событий.  
С ранних лет маленький Шафи стремился к учебе, к знаниям. Отец, видя его интерес к учению и желая дать сыну духовное образование, отдал его в медресе при мечети Шаха Аббаса в Гяндже. В медресе расширился кругозор Шафи – здесь он изучал персидский и арабский языки и чистописание. Не имея желания посвятить себя религии и получить духовный сан, он, однако же, не противился желанию отца, и пока тот был жив, Мирза Шафи продолжал обучение в медресе, которое покинул только после кончины отца.
В годы учебы он познакомился с Хаджи Абдуллой, который возвратился в Гянджу из торгового странствия в Тебриз и Багдад. Упомянутый в источниках как «человек замечательных душевных качеств и высокой нравственности» Хаджи Абдулла по многим вопросам был в конфронтации с местными ахундами и муллами и постоянно вступал с ними в споры. Хаджи Абдулла покровительствовал молодому Мирзе Шафи, разделявшему его взгляды, став его духовным отцом и учителем.
Вскоре по ходатайству Хаджи Абдуллы, рекомендовавшего Вазеха как человека «на честность которого можно положиться», дочь Джавад-хана Пюста ханум взяла Мирзу Шафи, прекрасно знающего фарси (бывший в те годы языком официальной переписки) и обладающего прекрасным почерком, на должность своего секретаря. Есть предположение, что именно в тот период  поэта стали именовать Мирзой, что впоследствии отразилось в его творческом псевдониме. Некоторые исследователи связывают слово «мирза» с его преподаванием каллиграфии и восточных языков при мечети Шаха Аббаса.
В те годы Мирза Шафи уже писал стихи под псевдонимом Вазех, что значит «ясный, выразительный», и был известен всей Гяндже как талантливый поэт. Тогда же Мирза Шафи влюбился в дочь Ибрагим-хана Гянджинского – эта история любви, имевшая несчастливый конец, оставила глубокий след в творчестве поэта.
В 1826 году возобновилась война между Персией и Россией.  Старший сын Джавад-хана Угурлу-хан  удерживал Гянджу в течение трех месяцев, но после сражения, закончившегося его поражением, Угурлу-хан был вынужден вместе с сестрой   покинуть страну и отправиться в Персию.
Оставшийся без работы Мирза Шафи некоторое время занимался частным преподаванием. В 1831 году скончался Хаджи Абдулла и Мирза Шафи лишился единственной поддержки и опоры. В 30-40-е годы XIX века Мирза Шафи работал секретарем у  состоятельных людей, преподавал восточные языки и переписывал ценные книги. Расширялась и география его известности как поэта, мастера газелей, касыд, месневи (традиционные  формы стихосложения в поэзии стран Ближнего и Среднего Востока, Средней и Южной Азии).
Одним из учеников Мирзы Шафи в Гяндже был приехавший в город в 1832 году Мирза Фатали Ахундов – будущий основоположник азербайджанской драматургии. Мирза Шафи, обучавший Ахундова каллиграфии, сыграл немаловажную роль в формировании его прогрессивных просветительских взглядов.
В те годы широкую известность обретает занимающий особое место в истории азербайджанской литературы XIX века литературный меджлис «Дивани-хикмет» («Собрание мудрых»), основоположником и центральной фигурой которого был Вазех.
В конце 1840 года Мирза Шафи Вазех переехал в Тифлис, где начал работать преподавателем восточных языков. В те годы в Тифлисе продолжает работу меджлис «Дивани-хикмет», возникают тесные связи Вазеха с Аббасгулу Ага Бакихановым, Мирзой Фатали Ахундовым и другими деятелями культуры Азербайджана и всего Кавказа.
В 1844 году в Тифлис прибыл немецкий литератор и ориенталист Фридрих Боденштедт, проявлявший большой интерес к жизни и культуре Кавказа и пожелавший брать уроки восточных языков. В Тифлисе он познакомился с Мирзой Шафи и стал под его руководством изучать азербайджанский и персидский языки. После занятий, проходивших три раза в неделю, Мирза Шафи читал ученику свои произведения, что было, на его взгляд, лучшей методикой обучения языку. В это время Мирза Шафи, работавший учителем в Тифлисской гарнизонной школе, по ходатайству Боденштедта был принят на работу в Тифлисскую гимназию в качестве преподавателя азербайджанского языка. В эти годы между ними складываются близкие отношения, и Боденштедт (один или со своими европейскими друзьями) часто принимает участие в собраниях литературного меджлиса «Дивани-хикмет», проходящих в доме Вазеха. Так Боденштедт изучал восточные языки и часто был первым читателем стихов Мирзы Шафи, которые тот слагал экспромтом или читал из записей.  
В 1847 году Боденштедт вернулся в Германию, захватив с собой тетрадь стихотворений Мирзы Шафи под заголовком «Ключ мудрости».  В 1850 году в Берлине вышло в свет объемистое трехтомное издание Боденштедта под названием «Тысяча и один день на Востоке» («Tausend und ein Tag im Orient»), в которой автор пишет, что упомянутая тетрадь была подарена ему Вазехом.  Часть книги была посвящена учителю Боденштедта – Мирзе Шафи, и в этом же издании была опубликована значительная часть стихов Вазеха. Книга, в особенности ее «поэтическая часть», имела большой успех у читателей и издателей. В 1851 году вышла в свет книга «Песни Мирзы Шафи» («Die Lieder des Mirza-Schaffy») в переводе Ф. Боденштедта, а в 1874 году Боденштедт издал еще одну книгу – «Из наследия Мирзы Шафи» («Aus dem Nachlasse Mirza Schaffy’s»), в которой взял на себя смелость заявить, что стихи Вазеха являются его собственными произведениями, а Мирза Шафи вовсе не является их автором.
В 1846 году Вазех вернулся в родную Гянджу, где некоторое время еще преподавал, продолжая в то же время свою творческую деятельность и работу литературного меджлиса «Дивани-хикмет».  В 1850 году Мирза Шафи вновь перебрался в Тифлис, где работал преподавателем персидского и азербайджанского языков в Тифлисской гимназии. В 1850-1852 годах Мирза Шафи Вазех вместе с одним из московских воспитанников видного азербайджанского педагога Мирзы Казембека – Иваном Григорьевым составил первое учебное пособие по азербайджанскому языку, а также первую хрестоматию азербайджанской поэзии – «Китаби-тюрки». (Книга была составлена ??по поручению начальника Управления государственных образовательных учреждений региона Шамаха-Дербент, майора Ковалинского).
Мирза Шафи Вазех скончался в Тифлисе в ночь с 16 на 17 ноября (по другим данным 28 ноября) 1852 года. Увы, поэт так и не увидел изданных в Германии книг «Тысяча и один день на Востоке» и «Песни Мирзы Шафи», а книга «Китаби-тюрки» была издана литографским способом в Тебризе только в 1856 году, то есть через 4 года после его кончины.
Творчество Мирзы Шафи еще при жизни поэта вызывало большой интерес современников, его произведения были переведены на многие языки. Уже в 1850 году в 4-м выпуске издающегося в Санкт-Петербурге журнала «Сын отечества» были опубликованы два стихотворения Вазеха в переводе неизвестного переводчика. В последующие годы произведения Мирзы Шафи были переведены на десятки языков, вызвав продолжительную литературоведческую полемику. Его стихи привлекли внимание выдающихся писателей того времени – так  Л. Н. Толстой в одном из своих писем к А.А.Фету, говоря о Вазехе, пишет: «Он (вероятно, подразумевается Н.И. Эйферт, который в ту пору был домaшним учителем немецкого у Толстых) привез мне на днях Мирза Шафи... Там есть прелестные вещи. Знаете ли вы их?..»
Выдающийся музыкант своего времени, русский пианист и композитор Антон Рубинштейн написал цикл романсов на 12 стихотворений Мирзы Шафи.  Эта работа в 1855 году была с одобрением отмечена знаменитым венгерским композитором Ференцем Листом, который оказал поддержку в издании этих романсов, быстро обретших популярность в Европе под названием «Персидские мотивы». Впоследствии тексты этих романсов были переведены с немецкого языка на русский великим русским композитором Петром Ильичом Чайковским и с большим успехом   исполнялись легендой мирового оперного искусства Федором Шаляпиным. 5 ноября 1887 года на улицах Берлина были вывешены афиши, извещавшие о том, что в театре Фридриха Вильгельма состоится представление оперетты композитора Карла Мильокера «Песни Мирзы Шафи»  (авторство либретто принадлежало Эмилю Полу).
Таким образом, и стихотворения поэта, и в целом его жизнь и творчество оказались в центре внимания немецких, европейских, русских и азербайджанских исследователей – историков литературы, литературоведов и текстологов. За прошедшие годы были написаны сотни статей, научных трудов, монографий, проведено множество научных дискуссий, В результате многолетних исследований как в Азербайджане, так и за рубежом, ведущими литературоведами была детально восстановлена личная и творческая биография Мирзы Шафи Вазеха, обнародованы рукописи поэта и опровергнуты все беспочвенные притязания на его творчество.
Сегодня в Баку, Гяндже и Тбилиси есть улицы имени Мирзы Шафи Вазеха, в честь великого поэта названы школы, музеи, парки. Интерес к творчеству поэта не угасает и в ХХI веке. Его поэтическое наследие преподается в средних и высших учебных заведениях. Художники, скульпторы, писатели, композиторы и исполнители продолжают обращаться к его образу и произведениям.
Нынешнее полное издание сочинений М.Ш. Вазеха (Мирза Шафи ВАЗЕХ. Полное собрание сочинений. Издание первое (в 4-х книгах), Баку 2019, ISBN978-9952-8332-3-2) приурочено к 225-летию поэта, которое отмечалось в 2019-м. Составителями проделана большая и скрупулезная работа (с привлечением коллег из Академии наук Азербайджана, Бакинского Университета, а также переводчиков и литературоведов из Германии) по собиранию разрозненных текстов поэта в отечественных и зарубежных источниках, уточнению разночтений в различных переводческих версиях, тщательному редактированию всех трех версий издания – на азербайджанском, русском и немецком языках.  В русской версии издания, наряду с уже ставшими классическими переводами Н. Гребнева, Л. Мальцева, включены редкие переводы, например, С. Надсона или Петра Ильича Чайковского. Большой массив современных переводов принадлежит, в частности, видному российскому поэту и многолетнему переводчику азербайджанской поэзии Михаилу Синельникову. В результате совместных усилий творческой группы данное издание, являющееся на сегодняшний день первым, по-настоящему полным собранием сочинений поэта, с большим интересом встречено как специалистами, так и широкой читательской аудиторией.

Тифлис  
Стихи  разных лет

***
Неся слова благоговейно,
Твои посланцы разбрелись –
Стал славен от Куры до Рейна
Твоими песнями Тифлис!

(Перевод  Михаила  Синельникова)


***
Есть города приятнее для глаз,
Но все-таки прославился Шираз
Великой красотою, подтвержденной
Стихом Хафиза много тысяч раз.

На свете лишь поэты могут вмиг
Поднять рабов и в грязь втоптать владык,
Великим сделать то, что не велико,
Того ничтожным сделать, кто велик.

Слова Хафиза убедили нас,
Что края нет прекрасней, чем Шираз,
Поэт булыжник города родного
Посредством слова превратил в алмаз.

И наш Тифлис напоминает сад,
Здесь винный дух, цветочный аромат.
Спокон веков прекрасный этот город
Поэтами и песнями богат.

И ты, Мирза Шафи, воспой Тифлис,
Как город свой родной воспел Хафиз.
Воспой Тифлис, и песнею своею
Над городами прочими возвысь!

Мирза Шафи, твои напевы – рай
Для всех красот, чем славен этот край.
Вино, любовь –  все, что в стихах воспето,
Благослови, Аллах, а не карай.

Мирза Шафи, твои напевы –  ад
Для всех святош, что судят и брюзжат,
Мирза Шафи, ханжей твои напевы
Сильней геенны огненной страшат.

(Перевод  Наума Гребнева)


***
Там за горами высится Казбек,
Седой Казбек, проживший долгий век.

Трезвонит речка у его подножья.
Внизу – весна, а на вершине – снег.

Мне кажется порой: с Казбеком схож я,
Большой седоголовый человек.

А ты – весна у моего подножья,
Ты – речка, начинающая бег.

(Перевод  Наума Гребнева)


***
Кура у ног моих, у самых ног
Поет и плачет желтая вода.
И солнце опускается в поток.
О, если б так осталось навсегда!

Сосуды придвигаются ко мне,
Я пью, и забывается беда,
И взгляд любимой вижу я на дне.
О, если б так осталось навсегда!

На свете ночь, на небе солнца нет,
На небе звезды, и любовь – звезда.
Чем гуще мгла, тем ярче звездный свет.
О, если б так осталось навсегда!

Пусть в двух морях твоих безбрежных глаз
Бурлит моя любовь, иди сюда,
Темно вокруг, никто не видит нас…
О, если б так осталось навсегда!


Тифлисские девицы

Тифлисские девицы
В сиянье диадем
Прекрасны, светлолицы,
И я в восторге нем.

Все шелк и бархат рытый –
Их платья и платки,
И яркой нитью шиты
Их туфелек шнурки.

Под белыми чадрами,
Как будто бы к венцу,
Проходят вечерами,
И все-то им к лицу.

Тифлиса чаровницы…
Хочу я все сильней
Их блеском насладиться
В нарядах давних дней.

Без этих украшений
Мишурных, привозных,
В своей красе весенней,
В цветных шелках своих.

Когда не приодета
Та, чей прелестен лик,
То не прельстит поэта,
Будь даже он старик!

(Перевод  Михаила  Синельникова)


***
– Мирза Шафи, заладил ты одно,
Все про любовь поешь, да про вино,
А это нам наскучило давно,
Все, что чрезмерно, то надоедает.

О чем же петь, подайте мне совет:
Здесь на земле, где столько зла и бед,
Любовь и хмель – единственный просвет,
А светлое чрезмерным не бывает.

(Перевод  Наума Гребнева)


***
За красоткой по тропинке
Молча шел я в пустоту…
Но прекрасны здесь грузинки,
Как фракиянки в цвету.

Хоть встречались наши взгляды,
Ускользнет, как ни гляди.
Тщетно я искал отрады,
Сердцу холодно в груди.

Только ты так небывало
Сердце сблизила с моим.
Все, что в искрах исчезало,
Стало пламенем одним.

Только ты и оживила
Дух, что в сумраке поник…
Всходит главное светило –
Гаснут звезды в тот же миг.

(Перевод  Михаила  Синельникова)


***
Состришь ты едко и толково,
И всякий скажет человек:
«Из уст моих ты вынул слово,
Я думал то, что ты изрек!»

Мирза Шафи, всего-то дела –
Взять нечто из народных дум,
Чтоб шутка город облетела,
Повсюду вызывая шум.


(Перевод  Михаила  Синельникова)


Старые сказки Тифлиса

Тифлисские узнал я сакли
С трудом – усилием души,
Хоть под луной они не так ли,
Как прежде были, хороши!

С большим трудом себе на диво
Я узнаю тифлисских дев,
Они проходят горделиво
И на меня не поглядев.

Мирза Шафи, а ведь едва ли
Легко узнать и облик твой
С тех самых пор, когда вы стали
С Хафизой мужем и женой.

(Перевод  Михаила  Синельникова)


***
На крыше ты встала, меня проводив,
И волосы ветра взметает порыв.
– Прощай, моя радость, тебе я спою
Сегодня последнюю песню свою.
Пора уходить – впереди города…
Я знаю, что путь будет долог!
Но все ж, дорогая, до встречи, когда
Над ложем готов будет полог!

Увидишь еще, что тебе я привез
Чудесный атлас для наряда,
Лаванду для амбровых этих волос
И хну для ногтей – все, что надо.
Придут с караванами издалека
Тяжелый и нежащий бархат, шелка…
И щедрости мать твоя рада.

Стояла на крыше, когда уходил,
Махала мне, вскинувши руки,
И ветер, взметнув ее волосы, взмыл,
Ей песню отнес о разлуке.
– Счастливой дороги, любимый! О, да,
Я знаю, твой путь будет долог.
И все же спеши возвратиться, когда
Над ложем готов будет полог!..

(Перевод  Михаила  Синельникова)


Прощание с Тифлисом

Прекрасен ты, город Куры, и плодами богат!
Прекрасны особенно жены твои и сыны!
Ты – море мучений моих, ты – море отрад,
Перлы в котором сердцем моим найдены,                     
С поклоном и полною чашей
я петь тебя рад.
Скалы и горы вокруг
обнимают тебя,
Плодотворные воды
везде орошают тебя.
Зреют в ветвистых кустах,
В ярких зеленых полях
Вина твои огнистые,
Ключ чудотворный живой,
Катится теплой волной
Чрез дикие плиты скалистые.
Старые сакли ползут
Повсюду с зеленых полей
К верху, где горы желтей.
Со скал обрывистых тут
Крепости смотрят руины,
Замки в долину Куры –
Там видны дворцы-исполины,
Дома без числа и дворы.
Виден повсюду толпой
Пестрый на рынках народ,
Над этим небесный свод
Прекрасный и голубой.
Для довершенья красот
Ряд легких балконов идет.
Галереи везде извиваются
Вокруг на твоих домах:
На эти балконы сбираются
Ночью при лунных лучах
Красавицы в стройных чадрах.
Они оперлись на перила,                
Их пестрые платья порхают,
Их лица так сладки и милы,
Их малые ножки мелькают.
Сверкают под белой чадрой
Их черные очи порой…
Прекрасен ты, город Куры,
и плодами богат!
Прекрасны особенно
жены твои и сыны!
Ты – море мучений моих,
ты – море отрад,
Перлы в котором сердцем
моим найдены,
С поклоном и с полною чашей
я петь тебя рад!..

(Перевод  Н. Эйферта)


Алина Талыбова


 
Пятница, 07. Августа 2020