click spy software click to see more free spy phone tracking tracking for nokia imei

Цитатa

Богат не тот, у кого все есть, а тот, кому ничего не нужно.


ТИГРАН ПЕТРОСЯН В ТБИЛИСИ

https://scontent.ftbs5-1.fna.fbcdn.net/v/t1.0-9/26196446_388504084942022_3645857102106436077_n.jpg?_nc_cat=0&oh=98a54d522d156113727cba51b691138a&oe=5B2E5DB4

В уже далекие 1960-е годы, когда только на проспекте Руставели было пять кинотеатров, мне, семикласснику, показали достопримечательность одного из них – в окружном Доме офицеров. Там после окончания сеанса зрители выходили через маленький дворик, в глубине которого и было это знаменитое место – каморка, где когда-то ютился с семьей дворник Вартан Петросян. В 1949-м его сын Тигран, тоже изрядно помахавший метлой, отправился отсюда в Москву, чтобы шесть лет носить звание девятого чемпиона мира по шахматам, стать четырехкратным  чемпионом Советского Союза. Об этом сейчас напоминает мемориальная доска на стене бывшего Дома офицеров.

Будущий международный гроссмейстер, четыре раза возглавлявший сборную СССР,  родился в 1929 году, он – младший, третий ребенок в семье, которой живется ох как нелегко. В тяжелые 1930-е и в военные годы жизнь учит его не только преодолевать трудности, но и предугадывать их, рассчитывать свои действия намного вперед, довольствоваться малым, чтобы в конце концов добиться большего. Именно это и наложило навсегда отпечаток на стиль его игры за черно-белой доской. Стиль, в котором главное  – максимальная надежность. У соседей мальчик учится традиционным для тбилисского дворика нардам, в которые играет великолепно, и шахматам, ставшим для него поистине лучом света в нелегком детстве. И так увлекается ими, что просто не может не пройти двести метров до Дворца пионеров, в котором шахматным кружком руководит  неоднократный чемпион Тбилиси и Грузии, участник чемпионата СССР 1937 года, мастер спорта Арчил Эбралидзе. Первый наставник Петросяна – поклонник осторожного аса позиционной игры Хосе-Рауля Капабланки, головоломные комбинации считает авантюрой. И Тигран  тоже  отказывается от риска, от остроты, показывая не по годам зрелую позиционную игру.
А тут – война. Уходит на фронт старший брат, умирает мать, и четырнадцатилетний Тигран начинает работать помощником киномеханика. Еще через год не стало отца, и парень сменяет его с метлой на проспекте Руставели. Через много лет, увидев молоденького дворника у Центрального шахматного клуба СССР на Гоголевском бульваре в Москве, гроссмейстер Петросян скажет гроссмейстеру Багирову: «А знаешь, Володя, вот так же когда-то и я работал метлой. Да, тяжелое было время, военное, – и работать приходилось, и учиться, и шахматами заниматься».
В снежную зиму 1944-го юный Тигран ночью убирает снег, утром, после работы,  пораньше приходит в школу и сидит в пустом классе за расчерченной картонкой с  самодельными фигурами. А вечером – доски с настоящими шахматами, уже не только в кружке Дворца пионеров, но и на различных турнирах.  В одном из них, городском первой категории, он занимает второе место среди взрослых. И все обращают внимание на то, что парнишка стремится к успеху не жертвами фигур и сложными комбинациями, как остальная молодежь, а высокой техникой, упорной защитой и дальновидной оценкой позиции соперника. Помимо уроков Эбралидзе в этом помогает купленный на отложенные копейки первый шахматный учебник – книга Арона Нимцовича «Моя система на практике».
В общем, не переставая мести проспект, он уже становится известным в шахматных кругах. А потом с 1945 по 1949 годы побеждает во «взрослых» чемпионатах Грузии и Армении, дважды – на юношеских первенствах СССР в Ленинграде, выигрывает в родном городе Всесоюзный турнир кандидатов в мастера, в Ташкенте – турнир, посвященный 25-летию Узбекской ССР. В Тбилиси становится вторым в полуфинале 17-го чемпионата СССР и в турнире  шахматистов Закавказских республик. Его уже нельзя не заметить из Москвы, которая привыкла собирать у себя все лучшее в спорте. И в 1949-м Петросяна приглашают туда играть за «Спартак». Он уезжает уже в звании мастера, уже выступив в финале первенства СССР. Правда, там он неудачно сыграл с лучшими шахматистами страны, но вспомним: это соревнование осталось несбыточной мечтой для сотен мастеров.
Он появляется в столице со всем своим имуществом: легким пальто, летними туфлями, связкой книг. И с репутацией юного провинциала без особых претензий.  Рекомендовавший его спортивный функционер так и заявляет: «Ему совсем немного нужно – билеты на футбол и деньги... на мороженое». Так что поселяют Петросяна на тренировочной базе футболистов «Спартака»  в Тарасовке. А оттуда до центра Москвы – больше тридцати километров. Вот и вспоминал гроссмейстер Андор (Андрэ) Лилиенталь: «Мы познакомились с ним в одном из московских шахматных клубов. Последние посетители расходились ближе к полуночи, и я сказал Тиграну: «Пошли по домам». Он вдруг как-то засмущался: «Да я, вообще-то, остаюсь». И тут выяснилось, что живет он в клубе, спит прямо на столе».
Потом ему дают маленькую двухкомнатную квартирку на окраине Москвы. Он уже  женат – на уроженке Киева Роне Авинезер, с которой встретился вскоре после приезда в столицу. Она старается организовать жизнь шахматиста так, чтобы он мог добиться наибольших успехов. А тут на Петросяна «кладет глаз» ЦСКА – Центральный Спортивный Клуб Армии. Военная верхушка, которая  в России всегда могла очень многое, любит шахматы и за переход в свой клуб гарантирует ключи от прекрасной четырехкомнатной квартиры в престижном районе Москвы. Естественно, Рона Яковлевна  в восторге: «Конечно же, соглашайся! Наконец-то у тебя будет отдельный кабинет». Но в ответ слышит: «Сегодня ради лучшей квартиры я перейду из «Спартака» в ЦСКА, а завтра встречу лучшую женщину и уйду от тебя к ней. Как бы ты на это посмотрела?»  И супруге ничего не остается, как самой заняться улучшением их жилищных условий.
Кстати, ту самую первую, крохотную московскую квартиру Петросян получил лишь после успехов под спартаковским флагом: он делит второе-третье места на чемпионате СССР 1951 года и в межзональном турнире в следующем году, получив за это звание международного гроссмейстера. В 1953-м в турнире претендентов становится пятым среди восемнадцати лучших гроссмейстеров мира, в следующие два года в составе сборной СССР успешно выступает в матчах против сборных команд Аргентины, Уругвая, Франции, США, Англии, Швеции и Венгрии, показывает лучший  результат в розыгрыше командного кубка СССР. Так он прорывается в число сильнейших шахматистов планеты. Говорят, что статистика скучна. Но, уверен, это не касается того, чего добился Тигран Петросян под девизом: «Безопасность – прежде всего!». Судите сами:
Восьмикратный чемпион Европы в командных состязаниях. В шести первенствах Советского Союза ни разу не проиграл, а в четырех стал победителем. На десяти Всемирных шахматных Олимпиадах выступал за сборную СССР и в 130 партиях показал  феноменальный результат – 79 побед, 50 ничьих и всего лишь одно поражение. На девяти таких Олимпиадах он был в составе победителей. В разные годы становился первым на престижнейших международных турнирах в Копенгагене, Сан-Антонио, Лон-Пайне, Лас-Пальмасе, участвовал в Белграде  в легендарном  «матче века» советской сборной против сборной  мира. А в 1962 году  сыграл 60 партий с лучшими шахматистами мира и ни одной не проиграл. В том числе в тяжелейшем, в четыре круга, турнире претендентов на острове Кюрасао. Победив там, он получил право на матч за звание чемпиона мира с Михаилом Ботвинником. Этот поединок в 1963-м стал главным в жизни Тиграна Вартановича.
К этому матчу тридцатичетырехлетний гроссмейстер приходит с четвертой попытки, добиться успеха на предыдущих претендентских турнирах не удавалось. Теперь, выйдя в финал, он  триумфально заканчивает двухмесячное сражение с первым советским чемпионом мира, пятнадцать лет удерживавшим шахматную корону. Счет 12,5:9,5 в пользу Петросяна. «Новый чемпион мира обладает удивительным стилем игры; прежде всего он беспокоится о своей безопасности, о лишении своего противника способности нападать. Делает он это артистически, без всякого напряжения, попросту интуитивно… Я не сумел приспособиться к Петросяну, и мне не удалось «вытащить» его из привычных дебютных схем и позиций», – признался Ботвинник по окончании матча. А в другом интервью сказал: «Среди всех наших шахматистов Петросян обладает самым самобытным и оригинальным талантом».
Армяне всего мира и до этого боготворили Петросяна. Достаточно вспомнить матч СССР- Аргентина 1954 года в Буэнос-Айресе, где встречавшие советских шахматистов армяне прорвали полицейский кордон и на руках вынесли своего кумира из самолета. А гроссмейстер Марк Тайманов вспоминал: «На обратном пути в Уругвае в честь советской делегации, но, конечно же, в честь Тиграна, состоялся банкет в армянском клубе имени маршала Баграмяна. В разгар пиршества один из гостеприимных хозяев стал обмерять обувь у наших шахматистов. Итогом этой странной операции явились великолепные ботинки, сшитые для каждого члена советской команды». Согласитесь, это напоминает сюжет фильма с бурной фантазией сценариста: клуб имени маршала Баграмяна в далеком  Монтевидео, обувь, в течение банкета сшитая точно по размерам разных людей… Впрочем, у Тайманова есть и другие замечательные истории.
История первая: «За год до того, как Тигран стал чемпионом мира, мне вместе с другими шахматистами посчастливилось быть его гостем в Ереване. Прекрасно помню первый вечер в оперном театре. Зал полон, мы на почетных местах, свет гаснет, и спектакль начинается. Музыканты сыграли вступление, занавес поднялся, и вдруг внезапно звуки оркестра смолкли, а в зале зажглись все люстры. Оказывается, Тигран с женой Роной чуть запоздали. Зрители, как по команде, вскочили с мест, разразились приветственными овациями, и только после того, как Петросяны торжественно прошли в ложу, все снова пошло своим чередом. Зрители утихли, свет погас, дирижер дал знак оркестру, и опера зазвучала с... самого начала».
История вторая: «Тигран пригласил меня на вечер к знакомым, в дом за городом, и добираться туда было довольно далеко. «Возьми такси, а там, чтобы не плутать, я выйду и встречу», – предложил Тигран. Подъехали, я было достал кошелек, чтобы расплатиться, но таксист неожиданно отстранил мою руку: «Я вижу, что вас ожидает Тигран Петросян. А с друзей великого шахматиста я денег не беру».
История третья: «Во время завтрака в гостинице, где мы все жили, в ресторан вошла живописная группа старцев в национальной одежде. Медленно прошествовав к столику Тиграна, они почтительно обратились к нему. Я сидел довольно далеко и мог видеть лишь реакцию улыбающегося Тиграна. Он о чем-то поговорил с пришедшими, и довольные пожилые люди, чопорно распрощавшись, покинули зал. Я поинтересовался у Тиграна о цели визита делегации. Он, не скрывая удовольствия, объяснил: «Это старейшины небольшого горного селения. Там любят шахматы, и жители делегировали самых достойных односельчан, чтобы задать мне три важных вопроса. Первый: сколько ферзей может иметь один игрок? Второй: сколько нужно дать шахов, чтобы был «вечный шах»? И третий: получает ли король пешку, если доберется до последней линии?» Чтобы дать ответы на эти вопросы, достаточно играть на уровне третьего разряда. Но подозреваю, что посланцы гор имели гораздо более серьезное поручение: повидать Тиграна, побеседовать с ним и доложить односельчанам, как он там...».
Ну, а на матче за шахматную корону соплеменники посыпали лестницу перед Петросяном святой землей из Эчмиадзина. Когда он, увенчанный чемпионским лавровым венком, поднялся на сцену московского Театра эстрады, где проходил матч, ему немедленно вручили ключи от машины. Грузинские же болельщики довольствовались тем, что подарили картину, но об этом разговор позже. А пока еще раз вспомним супругу девятого чемпиона мира.
Есть знаменитая история о том, что в 1952 году кроме Петросяна за Роной ухаживал другой выдающийся шахматист, Ефим Геллер. А она долго не давала понять, на ком остановит выбор. Когда оба уезжали на межзональный турнир в Швецию, ее еще раз спросили, кому же она  отдаст предпочтение, и ответ был краток:  «Межзональный покажет». В том турнире Петросян набрал на пол-очка больше, чем Геллер… Впрочем, потом Рона Яковлевна рассказала, что они с Тиграном Вартановичем решили пожениться еще до его поездки в Швецию. Петросян стал ее вторым мужем и сына от первого брака  Мишу  любил не меньше, чем общего с Роной сына Вартана.
Жили они очень дружно. Оставив работу переводчицы с английского, Рона Яковлевна полностью посвящает себя мужу, освободив его от всех житейских хлопот: «Он очень рано лишился родителей, и когда мы с ним поженились, появилась семья, появился дом, он очень им дорожил. Это было для него крепким тылом, и не потому, что я была очень хорошей, а потому что он был счастлив в своем доме, с детьми». Но семейным теплом и заботой она не ограничивается, шахматисту очень помогают ее недюжинные организаторские способности и умение общаться с влиятельными людьми в «верхах». Это имеет огромное значение, ведь в Советском Союзе шахматы – часть государственной политики. Помните, как Петросян отказался от четырехкомнатной квартиры? Его жена берет решение вопроса в свои руки, и, в итоге сложных комбинаций, семья переезжает в  апартаменты на Пятницкой. «Петросян умеет менять только слонов на коней. Все остальное меняет его жена!», – отзывается на это гроссмейстер Александр Котов.
Впрочем, Петросян в этой квартире практически не бывает, он покупает дачу на Рублево-Успенском шоссе. И хотя тогда это место не было столь престижным как сейчас, все равно приходится влезть в большие долги. Зато можно было работать в собственном кабинете и хранить в нем подарки со всего мира – золотые и палисандровые шахматы, серебряные чеканные блюда и кувшины, декоративное инкрустированное оружие. Жена создает ему максимум удобств, помогает преодолеть трудности во время шахматных поединков. Так, во время тяжелого доигрывания одной из партий матча с Борисом Спасским, она заставляет мужа на несколько часов отвлечься от переживаний о неиспользованном выигрышном ходе, симулировав болезнь. И Петросян полностью переключается на ее лечение. Видя, что муж порой попадает в неловкие ситуации из-за того, что у него нет вузовского диплома, Рона Яковлевна буквально заставляет его сдать экстерном экзамены, а затем и защитить диссертацию кандидата философских наук на тему «Некоторые проблемы логики шахматного мышления».
«Характер у него был тяжелый, но на меня этот характер не распространялся, – вспоминала она. – Он, скорее всего, распространялся на него самого. Он все болезненно воспринимал, и внутри, как мне кажется, до какой-то степени себя истязал. Он совершенно не переносил предательство, хамство, бескультурье». Сам Петросян  признавался, что никогда не добился бы успеха без поддержки  жены, но она однажды так заявила журналистам:  «Конечно, все в доме было очень организованно – и питание, и режим. Все. Это верно. Но главным был все же сам Тигран, его замечательный талант. Наш сосед по даче – мастер Бейлин. Так что же, я могла бы из Миши Бейлина тоже чемпиона мира сделать? Что я Тиграну действительно говорила, и говорила часто: играй, играй до конца. Ты видишь то, о чем твои соперники и не догадываются».
Чемпион мира любил и мог позволить себе большие американские машины – «Паккард», «Понтиак» и «Олдсмобил». Правда, за руль садилась его супруга, из-за маленького роста подкладывая под себя подушки. «С автомобилем «Олдсмобил» в нашей семье связана грустная история, – вспоминает сын гроссмейстера Михаил. – Мама, поскольку была невысокая, стеснялась ездить на таком габаритном авто и пересела на «Жигули». На этих «Жигулях» они и перевернулись, когда ехали на дачу. Папа вылез через боковое стекло и вынес маму, которая была без сознания. Повез ее в больницу, где врачи диагностировали сотрясение мозга. А на следующий день ему предстояло играть со Львом Полугаевским. Папа знал, что Полугаевский его немного побаивается, но ни о чем уже думать не мог. Он предложил ничью и помчался в больницу. Коллеги-шахматисты так ничего и не узнали… После этой аварии папа на день рождения подарил маме «Волгу».
В быту Тигран Вартанович обходился  без звездности. Все близкие вспоминают, что свою победу над Ботвинником он воспринял очень спокойно, без лишнего честолюбия. Даже став чемпионом мира, не требует гонорары за участие в зарубежных турнирах, довольствуясь призовыми суммами. И бесит этим многих коллег, а особенно Бобби Фишера. И лишь после того, как зарубежные гроссмейстеры, дружившие с Петросяном, взмолились: «Попроси хоть что-нибудь, а то устроители и нам ничего не дают!», в контрактах чемпиона мира стали подниматься материальные вопросы. Домработнице и шоферу Петросян платил  из своего  кармана, никакие  пайки и льготы не получал.
Ну, а предугадывать действия соперника он умел не только за шахматной доской. В 1959 году будущий президент ФИДЕ, исландский гроссмейстер Фридрик Олафссон приехал на турнир претендентов в Югославию и тут же поспешил на озеро Блед. Там на острове есть церковь, про которую говорят, что любое загаданное в ней желание исполняется. А Олафссону предстояла партия с Петросяном, так что о его желании нетрудно догадаться. И вот плывет исландец на остров и во встречной лодке видит… конечно же, Тиграна Вартановича. На следующий день тот легко переигрывает  Олафссона.
И еще одна история из шахматного закулисья. В 1966 году во время Всемирной шахматной Олимпиады в Гаване за доской встречаются Петросян, Фишер и… Фидель Кастро. А точнее, кубинский лидер, которому помогает Петросян, играет две партии против мексиканского политического деятеля Филиберто Террасаса, у которого  помощником Фишер. Первую партию тандем Петросян-Кастро выигрывает, во второй кубинец уже самостоятельно побеждает мексиканца, Впрочем, судя по фотографиям, гроссмейстеры и во второй партии не только наблюдали. То, что первый номер американской команды пожимал руку злейшему врагу США, потом не раз припоминали Фишеру,  пытались объявить выдумкой советской пропаганды. А ФБР даже проводило расследование. Зачем? Просто спросили бы у Петросяна, он никогда не обманывал.
К своей огромной популярности Тигран Вартанович относился спокойно, всенародную любовь принимал с некоторым стеснением, а его сын Михаил рассказывает, что было, когда он уступил свой чемпионский титул: «В тот день, когда он проиграл Борису Спасскому, у нас был накрыт стол. Все сели и отмечали, что наконец-то отмучался он – избавился от этого чемпионства… Папа совсем не хотел становиться чемпионом мира… ни в какую не хотел играть последнюю партию на турнире претендентов. Говорил: «Вдруг выиграю –  потом придется играть матч с Ботвинником. А не приведи Бог, обыграю еще и Ботвинника и стану чемпионом – это же какие хлопоты предстоят… » Мама его буквально заставила: «Хотя бы предложи ничью, только не проигрывай, а там видно будет». Потеряв  звание чемпиона, Петросян продолжает оставаться одним из сильнейших игроков планеты, еще одиннадцать лет входит в число претендентов на звание чемпиона мира, побеждает в межзональном турнире в Рио-де-Жанейро…. А потом на него обрушивается болезнь.
Боли в животе, госпитализация и страшный диагноз: рак поджелудочной железы.  Рядом с ним лучшие врачи, но надежды нет. Об этом знают все окружающие, кроме его самого, он верит в легкое отравление: «И чего я такого скушал? Надо быть осторожнее». После смерти ближайшего друга – композитора Арно Бабаджаняна говорит, не отнимая рук от живота: «Снаряды рвутся все ближе»… Когда на его 55-летие собираются все московские знаменитости, жить ему остается меньше двух месяцев. Лежа в больнице, обессиленный он обещает помочь молодому Гарри Каспарову в матче против Анатолия Карпова, получает сообщение, что его включили в отборочный турнир к чемпионату мира, и просит уточнить место и дату соревнования... 13 августа 1984 года его не стало.
А мы вспомним еще раз о подарках, которые Тигран Вартанович получил после победы над Ботвинником. Снова слово его сыну Михаилу: «Армянские болельщики прямо на торжественном закрытии в московском Театре эстрады, где проходил матч, преподнесли папе ключи от машины. А грузинские сказали: «Такой щедрый подарок, как армяне, мы сделать не можем. Но зато дарим полотно классика армянской живописи Мартироса Сарьяна». Сейчас эта картина висит у меня за спиной. На сегодняшний день она стоит дороже любого «Мерседеса».



Владимир Головин


Головин Владимир
Об авторе:

журналист, литератор.

Родился в 1950г. В Тбилиси Член Союза писателей Грузии, состоял членом Союза журналистов СССР с 1984 года.  Работал в Грузинформ-ТАСС, был собкором на Ближнем Востоке российской «Общей газеты» Егора Яковлева, сотрудничал с различными изданиями Грузии, Израиля, России. Автор поэтического сборника «По улице воспоминаний», книг «Головинский проспект», «Завлекают в Сололаки стертые пороги», «Полтораста дней Петра Ильича», «Опьянение театром по-тбилисски».  Член редколлегии и один из авторов книги репортажей «Стихия и люди: день за днем», получившей в 1986 году премию Союза журналистов Грузии. В 2006–2011 годах – главный редактор самой многотиражной русскоязычной газета Грузии «Головинский проспект». Печатался в альманахах «Иерусалимские страницы» (Израиль), «Музыка русского слова в Тбилиси», «На холмах Грузии», «Плеяда Южного Кавказа», «Перекрестки» (Грузия), «Эмигрантская лира» (Бельгия-Франция), «Путь дружбы» (Германия).

Подробнее >>
 
Понедельник, 16. Июля 2018