click spy software click to see more free spy phone tracking tracking for nokia imei

Цитатa

Богат не тот, у кого все есть, а тот, кому ничего не нужно.


АКТРИСА, ПРОДЮСЕР, ПЕВИЦА, ПЕДАГОГ...

https://scontent.ftbs1-2.fna.fbcdn.net/v/t1.0-9/23319420_364759790649785_3716131455714631644_n.jpg?oh=59bd227f6ee26d6490fa59faad4b3aa2&oe=5AA2D3BA

Увидев известную белорусскую актрису Веру Полякову после спектакля «Брачный договор», представленного в Тбилиси, на сцене театра киноактера имени Михаила Туманишвили минским театральным коллективом «ТриТформаТ», была поражена: настолько эта интересная, яркая, креативная женщина была не похожа на свою героиню Шифру – домохозяйку средних лет, озабоченную семейными обстоятельствами. Но Веру нисколько не удивила реакция журналиста – актриса привыкла к тому, что ее сценические создания, как правило, отличаются от нее самой. К тому же Поляковой нередко приходится воплощать на сцене образы немолодых женщин. И в этом она столь органична, что вызывает неизменное восхищение публики.

УНИВЕРСАЛЬНЫЙ СОЛДАТ
– У меня много возрастных ролей. Причем таких, какие обычно играют более опытные актрисы – бенефисные. К примеру, в Государственном театре-студии киноактера в мистической драме «Средство Макропулоса» Карела Чапека я играю Эмилию Марти, и моей героине 337 лет! Эта роль для любой актрисы, как Гамлет – для актера. Сыграть Эмилию Марти – большая удача. А мне довелось встретиться с ней в 30 лет. Спектакль, поставленный Татьяной Троянович, идет уже 8 лет. С ним мы много гастролировали. И каждый раз после спектакля ко мне подходят зрители и выражают удивление: «Мы думали, что вам лет 60, а вы так молоды! Внутренняя подача материала такая, словно вы действительно прожили долгую жизнь». Есть в моем репертуаре спектакль «В это же время, в следующем году» Б. Слэйда. В нем шесть картин, и моя героиня проживает жизнь от 30 до 65 лет. Мне, как ни странно, легко далась эта работа.
Когда мы начинали репетиции спектакля «Брачный договор», Таня Троянович мне сказала: «Может, Шифра – это для тебя слишком?» «Нет, – возразила я. – Я ее чувствую, понимаю. Я так же забочусь о своей семье, как моя Шифра. Дома я абсолютно такая, как моя героиня: убираю, готовлю, стираю. Иногда и у меня возникает протест: «Вас три мужика в доме, а я одна!» Моему мужу (Владимир Макей – министр иностранных дел Республики Беларусь. – И.Б.) этот спектакль понравился. На приеме с участием дипломатов разных стран он минут десять рассказывал о нашей постановке послу Израиля. Тот, посмотрев «Брачный договор», тоже очень высоко оценил нашу работу, сказал, что мы поставили лучше, чем это периодически делают в Израиле. Кстати, мы не играли евреев – для нас было важнее показать отношения между людьми, разве что добавляли интонационные акценты... Единственное – мне в Тбилиси не хватило антракта, чтобы перевести дух. В антракте актерам нужно было отдышаться, а мне пришлось петь.

– А вам не нужно было отдышаться?
– Я универсальный солдат, и это все знают. В этом проекте я не только актриса, но и... продюсер, сама продаю билеты, занимаюсь рекламой, окончила Академию управления при президенте Республики Беларусь. Перед приездом в Тбилиси получила диплом о третьем высшем образовании – экономиста-менеджера управления высшего звена при президенте. Мне не хватало экономических знаний, и за эти три года,что я училась, наш театральный проект «ТриТформаТ» очень вырос, с экономической точки зрения. Я научилась грамотно строить нашу стратегию развития, репертуарную политику в том числе. Я ищу спонсоров, предпринимателей, готовых вложиться в театральное дело. Умею договориться. Мне даже говорят: «Никто не может реализовать билеты так, как это делаешь ты. Когда ты рассказываешь о спектакле, то, по сути, показываешь, играешь то, что увидят зрители на сцене, так что мурашки бегут по телу!» Но я очень устаю. Особенно перед премьерой. Очень сложно продавать билеты, рассчитывать, как будут сделаны декорации, сшиты костюмы и в то же время готовить роль! Я бы хотела вырастить в проекте помощника. Такая девочка есть, она администратор, и я уже переключила на нее какие-то полномочия. Она ведет инстаграмм, сайт, фейсбук. Гениально продает программки. Программку продать – это тоже большое искусство! Мы придумали неплохой маркетинговый ход: актеры расписываются на программках. И получается, что продается программа с автографами. И зритель ее уже не выбросит, ведь автографы – это частичка нашей души. Надеюсь, со временем я свою помощницу научу многому и разделю обязанности. Иначе мне будет очень тяжело. Театральное дело – это рутинная работа, которую очень трудно делать в одиночку. Мне часто говорят: «Ты всегда ноешь, а потом в зале раз – и нет свободных мест. Все продано!» Конечно, я нервничаю, когда спектакль будет через неделю, а у меня еще билетов 200 не продано. Но когда я нервничаю, то сразу мобилизуюсь и быстро все распродаю.

ЗА БОКАЛОМ
ШАМПАНСКОГО
– Как затевался ваш проект«ТриТформаТ»? Кстати, название расшифровывается как «Товарищество Театральных Трудоголиков», что тоже, думается, не случайно.
– Проект затевался за бокалом шампанского. Наверное, грузины меня поймут – некоторые вопросы решаются именно за бокалом вина. Немного предыстории. С режиссером Татьяной Михайловной Троянович в театре киноактера мы сделали вместе три спектакля. Потом она приняла решение уйти и создать что-то свое. Открыла Центр экспериментальной режиссуры при Академии искусств. Но уже была сложившаяся команда, артисты театра киноактера, которые понимают друг друга с полуслова и прекрасно находят общий язык с Троянович. Мы как семья, все знаем друг о друге. И вот Татьяна ушла, и мы поняли, что нельзя бросать наше дело, нужно продолжать совместное творчество. Однажды отдыхали в санатории «Озерный» под Гродно. А недалеко жил председатель правления БПС-Сбербанка Беларуси. Он пригласил на бокал шампанского, мы разговорились, рассказали о нашем проекте, о том, что хотим поставить спектакль, что есть режиссер, команда – нет денег. Финансисты выразили желание поддержать нас, вложить деньги в белорусскую культуру – обычно они поддерживали гостей. И вот по возвращении в Минск мы и затеяли театральный проект «ТриТформаТ».

– И какова была ваша эстетическая платформа? Вы ведь ее продумали?
– Конечно, продумали. Мы выкупаем эксклюзивное право на постановку пьес, которые никогда не ставились в Беларуси. Их можно посмотреть только у меня. И это наша главная фишка! Мы ищем современные пьесы. У нас идет, к примеру, интерактивная сказка, в основе которой – современная белорусская драматургия. Она была написана специально для нас. Мы настолько заводим детей во время действия, что они уходят от нас в полном восторге. Во всем, чем мы занимаемся, стараемся искать свое. То, чего нет в других театрах Беларуси.

– А как насчет театральных экспериментов?
– Ищем глубокую идею в материале. Но мы все-таки зрительский театр – как и театр-студия киноактера. Поиски осуществляются в Центре экспериментальной режиссуры – на небольшой площадке, в маленьком зале на 50-60 человек Троянович ставит экспериментальные спектакли. И я в них тоже участвую, конечно. Из последних постановок Центра – «Иллюзии» Ивана Вырыпаева. Спектакль получился, правда, я в нем не играю. Татьяна Троянович очень часто выезжает на фестивали. Я тоже помогаю им с гастролями, сейчас, к примеру, едут в Москву. Это совсем другой театр – театр литературный, я бы сказала. Четыре актера просто рассказывают истории для ограниченной аудитории. На таком спектакле не заработаешь. Поэтому должны идти такие постановки, как «Брачный договор» Эфраима Киршона... Несмотря на то, что «ТриТформаТ» – проектный театр и нас не поддерживает государство, мы ставим и современную белорусскую драматургию. С «Тринадцатой пуговицей Наполеона» драматурга, кинорежиссера Сергея Гиргеля и режиссера Троянович много ездили – были и в Москве, и в Париже, и в Киеве. Драматург, увидевший нашу постановку, сказал: «Ребята, ваш спектакль лучше, чем моя пьеса!» Это высочайшая похвала! Как любой артист, я влюбляюсь в то, что делаю. Если не люблю, то работать не могу. Слава Богу, я не участвую в фильмах и спектаклях, за которые мне было бы стыдно. Стараюсь отказываться от таких проектов, невзирая на возможность заработать. В этом плане я счастливый человек: имею право отказаться.

– А вам в каких спектаклях интереснее работать – в зрительских или экспериментальных?
– Очень сложно разграничить. Любой актер мечтает пострадать и порыдать на сцене. Но как я счастлива, когда играю в комедиях! В репертуаре у меня 70 процентов комедий. Я получаю колоссальное удовольствие, когда зрители в зале хохочут. Меня это заводит, заряжает адреналином. Я замечаю, что на монологе моей Шифры из комедии «Брачный договор», по сути, не очень веселом, зритель... плачет. Значит, публика прониклась чувствами к моей героине. Ведь любая женщина понимает, о чем говорит Шифра. И как обидно, когда ты настолько замкнута в быту, что становишься его рабом! А ведь у моей Шифры и темперамент есть, и ум, но она настолько погрузилась в семейные проблемы, что просто не может вырваться из рутины. И вызывает сочувствие.

– А вот ваш пример совсем другой: максимальная реализация в семейной жизни и в творчестве. Как это вам удается?
– Умею распланировать свой день. Он начинается очень рано: я встаю в 6.30 утра и начинаю готовить еду, всем складывать бутерброды, всех собирать. Дети целиком на мне из-за огромной занятости мужа. По роду профессии мы оба очень загружены. Но в этом есть и свои плюсы: у нас нет ощущения, что мы друг другу надоели, что нам скучно вдвоем, и мы всегда рады видеть друг друга! Но семейные заботы, конечно, на мне. Я ведь реже куда-то уезжаю – максимум два-три раза в год. А муж все время в разъездах.

БЕЗ ПРАВА НА ОШИБКУ
– Но вас хватает и на работу в кино.
– Очень люблю кино. Сейчас начинают снимать продолжение сериала «Ой, мамочки!», в котором я уже играла. Он очень полюбился зрителям. У меня в сериале главная роль акушера-гинеколога. Уже сняли 12 серий, предстоит еще восемь. Хочу отметить, что я не перехожу из одной картины в другую, потому что то, что сейчас снимается, – это ниже всякой критики! Я, как минер, не имею права на ошибку. К примеру, предлагают роль женщины легкого поведения, проститутки. На это я отвечаю категорически: нет! Какая бы это ни была интересная роль, мой статус не позволяет мне участвовать в таком проекте. Конечно, отказываясь от таких ролей, я жертвую финансовым благополучием. Но все-таки я должна играть другие, благородные роли. И главное – там должна быть интересная судьба. Мне жаль, что мои актеры для того, чтобы заработать, вынуждены иногда соглашаться на сомнительные роли в кино и на телевидении. Так, актриса Алеся Пуховая очень много снимается и как-то сказала: «Деньги проела, а позор на всю жизнь!» Но она главная зарабатывающая сила в семье и вынуждена соглашаться на такие предложения. А вот в нашем спектакле «Брачный контракт» Алеся очень вкусная, замечательная!
– Вы ведь преподаете в Академии искусств – еще одна ваша ипостась... Эта работа приносит вам радость?
– И еще в школе веду театральный кружок. Причем я начала работать с детьми с первого класса... Я очень занята, в театре у меня минимум 15 спектаклей в месяц, а то и больше. И мой младший ребенок страдает от этого. Старший, конечно, меньше – ему 18, он уже вполне самостоятельный, взрослый. А вот младшему нужно уделять время. И я у них в школе как раз и создала театральный кружок. Мы уже где-то побеждаем, получаем призы. Недавно поставила 45-минутное действо с учителями... Что касется Академии искусств, то там я преподаю фехтование, технику сценического боя... Я поставила все бои, пластические сцены в наших спектаклях. То есть, кроме того, что играю и занимаюсь продюсированием, я еще и бои ставлю... Научилась я всему этому в Академии искусств. У меня были очень хорошие педагоги. Но они ушли из жизни, и предмет некому стало преподавать. В тот период я как раз поступила в аспирантуру и родила ребенка. И мой руководитель курса предложил мне вести сцендвижение. Я сначала отказалась – не была уверена, что справлюсь. Но меня уговаривали: «Не бойся, у тебя очень круто получается!» Так я задержалась в Академии искусств на 16 лет. Сейчас я могу научить фехтовать любого. Я уже профи! У меня уже настолько выработалась методология преподавания, что ребята, поначалу не знавшие, как вообще подойти к шпаге, позднее выполняли крутые этюды, номера, драматические куски. И в спектакли мы все это внедряем очень круто!

– Сколько сейчас спектаклей в репертуре вашего «ТриТформаТ»?
– Пока четыре, начинаем пятый. Ставим и детские спектакли. Стараемся всего зрителя объять – и взрослых, и детей. Поставили сказку и отыграли ее благотворительно во всех детских домах. Это тоже был совместный проект со Сбербанком. Он был спонсором двух наших спектаклей. Второй – «Держи хвост пистолетом» по мотивам сказки Юлии Лешко и Людмилы Перегудовой. Интерактивный, классный спектакль, современный музыкальный экшн. Мы играли его в Риме и Неаполе, возили в Киев. «Держи хвост пистолетом» всюду очень хорошо принимают. Потом уже была «Тринадцатая пуговица Наполеона». И вот начинаем делать спектакль «Куры не против лис». Была такая картина «Рыжий, честный, влюбленный». Невероятная сказка по мотивам книги шведского писателя Яна Улофа Экхольма! Но мы ее немного переделали под свою команду. Мне кажется, она будет очень добрая. Неважно, какие мы, – дикие или травоядные. Но мы должны быть вместе.
Мы работаем только с Татьяной Троянович. Она – режиссер. Я – продюсер. И все-таки, в первую очередь, я актриса, а потом уже все остальное.

МЕЧТЫ И РЕАЛЬНОСТЬ
– Задам, возможно, тривиальный вопрос: есть роли, о которых мечтаете?
– Когда я вижу материал, который меня трогает, то это и становится ролью моей мечты. Кто-то мечтает сыграть Офелию или Гертруду – это не обо мне. Мне хочется, чтобы были просто интересные, классные роли и спектакли, радующие зрителей, заставляющие их задуматься. Если хотя бы один человек выйдет из зала с каким-то душевным обретением, мы не зря работали. Однажды после спектакля «В будущем году, в то же время» за кулисы пришла плачущая девушка. Обнимает меня и плачет. Говорит: «Вы перевернули мою жизнь! Не знаю, как вы это сделали, но я с вами прожила весь спектакль! Я так боялась, что герои расстанутся! Спасибо за то, что они остались вместе!» Наверное, ради этого мы и выходим на сцену. Ради этого и живем.

– Зрители не остаются равнодушными и к вашему голосу. Услышала ваше исполнение белорусской народной песни в Тбилиси, в антракте «Брачного договора», а потом увидела вас в клипе – роскошную, очаровательную, в другом амплуа – эстрадной дивы. Опять перевоплощение и новый образ. К тому же вы изумительно поете!
– Я вскоре выпущу второй сольный диск. По радио крутят мои песни. Те, кто понятия не имеют о моей работе в театре, знают меня по песням. Они могут не помнить мои имя и фамилию, но они знают названия моих песен. Ту же «Серебряную метель», ставшую хитом.

– Вы из творческой семьи?
– У меня в роду нет вообще никого из мира творчества. Мама – в спорте. Папа – технарь, но по духу всегда был человеком творческим. Он очень хотел когда-то поступать в театральный институт, но родители ему не разрешили. Поначалу и мои родители были категорически против моего поступления и делали все, чтобы я не стала актрисой. Втихаря я все-таки подала документы в театральный, и потом они меня уже очень поддерживали. Тем не менее моя мама до моего 30-летия не воспринимала актерскую профессию, как серьезную. И только когда состоялся мой бенефис и появились какие-то серьезные спектакли, она мне сказала: «Да, теперь я вижу, ты актриса! Актриса до мозга костей!» А папа был вообще всегда за меня.

– Сразу все пошло как надо, или были пробуксовки, неудачи?
– Я всю жизнь пробиваюсь сквозь тернии к звездам. Даже в спектакле «Брачный договор». Премьера у нас была назначена на 14 декабря и лишь 13 декабря в 6 часов вечера был подписан договор с сыном драматурга Эфраима Кишона... Я перенервничала: были вложены большие деньги, завтра премьера... и бесконечное ожидание до последнего момента. Даже сейчас у меня проблемы с разрешением инсценировки сказки шведского автора. Он еще жив... Мне должны подключить ребят из МИДа, чтобы они перевели текст пьесы с английского. У меня самой проблемы с английским, и это мне мешает. Нужно изучать язык, чтобы двигаться дальше.

– Куда?
– Для начала мне хочется стать директором полноценного театра, нужно иметь свою собственную площадку. А сейчас я лишь директор маленького проекта и не имею своей сцены. Хотя мы и работаем в самом сердце города Минска – во Дворце республики, на Октябрьской площади, 1. Шикарная площадка! И все к нам замечательно относятся. Мы вдохнули жизнь в малую сцену, привели зрителей, раскручиваем ее. И я хочу, чтобы она стала моей. Чтобы нам ее отдали со словами: «Вот, Вера, ваш театр!» Мне очень понравился Тбилисский театр киноактера имени Михаила Туманишвили, на сцене которого мы играли «Брачный договор». На приеме я сказала, что только о таком театре – такой сцене, таком фойе можно мечтать. Там есть особая атмосфера.

– Когда-то Михаил Туманишвили осуществил мечту – открыл свой театр...
– Вот и я мечтаю... Хочу еще открыть при театре детскую студию. Такого театра нет в Минске – мечтаю, чтобы взрослые и дети играли на одной сцене, в одних спектаклях! Представляете, какой это будет кайф? Мой младший сын, к примеру, – артист до мозга костей, он не боится сцены, внутренне свободный, раскрепощенный. Ему не важно – взрослый, маленький партнер. Он со всеми находит общий язык, ведет серьезные концерты. И другие дети, с которыми я работаю, тоже не зажаты. Я их не втискиваю в жесткие рамки. Что еще важно? Кто именно преподает в детских студиях. Нельзя детей загонять в шаблон. Потому что они уже сами по себе артисты. Их просто нужно умело, тонко направлять – откуда выйти и куда зайти. И они все сделают. Дети, с которыми я работаю, – это бомба! Но необходим, конечно, титанический труд. Мне хочется, чтобы наши актеры, с которыми я играю на сцене, тоже преподавали детям.
А сцена для моего театра нужна небольшая – 300-400 мест. Я экономически справлюсь. И чтобы были репетиционный зал, классные фойе и театральное кафе. Чтобы зрители в антракте имели возможность съесть канапешку, выпить чашечку кофе и бокальчик вина. В этом весь театр!.. Когда мы отмечали пятилетний юбилей, все было очень красиво. Сыграли спектакль, организовали выставку, на экране шел фильм про наш театр, каждому зрителю мы налили по бокалу шампанского. Угощали конфетами, соками... Это было так круто! Публика тоже, как и мы, почувствовала: это праздник! Я не забыла ни одного зрителя в зале. Каждый был с нами вместе! А в конце мы вынесли торт со свечами, спели песню. И не так уж много я на это потратила, зато всем было радостно...
Век актрисы очень короткий. Я научилась быть немного бизнесменом и могла бы поделиться своим опытом. Для того, чтобы играть экспериментальный спектакль на 50 человек, у тебя должно быть десять таких постановок, чтобы привлечь зрителя. Нельзя поставить 20 спектаклей, рассчитанных разве что на 50 человек, и только два – популярных у зрителей. Все – вы в убытке! Потому что вкалываем и ничего не получаем взамен. Людей нужно обучить театральному маркетингу. Я бы привлекала положительный иностранный опыт – опыт продюсирования. Конечно, театры не могут быть на 100 процентов самоокупаемыми – это утопия. Нужны меценаты, у которых есть желание вкладывать и помогать. Но они должны иметь за это какие-то льготы. Например, послабление в налоговой системе. Бизнесмен тоже не может просто так вкладывать деньги. У него должен быть свой интерес... Вот такие мои мечты и реальность!


Инна БЕЗИРГАНОВА


Безирганова Инна
Об авторе:

Филолог, журналист.

Доктор филологии. Окончила филологический факультет Тбилисского государственного университета имени Ив. Джавахишвили. Защитила диссертацию «Мир грузинской действительности и поэзии в творчестве Евгения Евтушенко». Заведующая музеем Тбилисского государственного академического русского драматического театра имени А.С. Грибоедова. Корреспондент ряда грузинских и российских изданий. Лауреат профессиональной премии театральных критиков «Хрустальное перо. Русский театр за рубежом» Союза театральных деятелей России.

Подробнее >>
 
Суббота, 18. Ноября 2017