click spy software click to see more free spy phone tracking tracking for nokia imei

Цитатa

Богат не тот, у кого все есть, а тот, кому ничего не нужно.


Записки путешественника

https://lh3.googleusercontent.com/-GcyAKLsKF1U/U7Zn3cQn2qI/AAAAAAAAEio/T0lKviERhNo/s125-no/n.jpg

Находясь в Грузии, Грибоедов встречался с иностранцами, некоторые из которых совершали кратковременное путешествие по Кавказу, другие же состояли на службе, подолгу здесь жили, а иногда и вообще не возвращались к себе на родину.
В 20-х годах в Грузии побывал англичанин Роберт Лайелл (1790-1831) - ботаник и путешественник. Он получил образова­ние в университете Эдинбурга и первые же его труды обратили на себя внимание. Последние годы жизни он провел на острове Св. Маврикия.
Лайелл провел несколько лет в России, где занимался меди­цинской практикой, изучил русский язык и в нескольких работах изложил свои наблюдения о пребывании в стране. В 1822 году как врач и секретарь он вместе с несколькими высокопоставлен­ными иностранцами (маркиз Пуччи, граф Сала, эсквайр Пенрин) отправился в путешествие по югу России и по Кавказу. Свои пу­тевые заметки по возвращении на родину он тщательно обработал и издал их в 1825 году в Лондоне под названием «Путешествие по России, Крыму, Кавказу и Грузии».
В интересующей нас части книги дается описание мест, ле­жащих по Военно-Грузинской дороге, идет речь о столице Грузии.
Но помимо этого, описывается Кахетия, т.е. та часть страны, где иностранцы бывали значительно реже. Именно во время этой поездки, Лайелл познакомился с Грибоедовым, который тогда находился в Грузии и состоял при генерале Ермолове секретарем по иностранной части.
«22 июня в сопровождении господина Грибоедова мы выехали из Тифлиса с целью совершить небольшую поездку по Кахетии», - пишет Лайелл в своей книге. К фамилии Грибоедова он тут же де­лает сноску и объясняет, что она означает «едок грибов» (по­-английски «mushroom-eater»).
О самом Грибоедове Лайелл пишет с большим уважением, отме­чает, что он знает персидский, интересуется другими восточными языками, а также серьезно изучает вопросы, связанные с Кавказом и населяющими его разнообразными народностями.
В этих наблюдениях английский автор правильно подчеркивает интересы и направленность занятий Грибоедова. Как раз в это время он усиленно занимался восточными языками. В своем биогра­фическом очерке Д.Г. Эристов (Эристави) писал, что писатель, находясь в Грузии как чиновник по дипломатической части при Ермолове, «не оставлял занятий персидским языком; за неимением хорошего руководителя, Грибоедов должен был заниматься с извест­ным целому Тифлису банщиком Машади, которого русские прозвали Иваном Ивановичем».
Это вполне совпадает с тем, что писал Н.Н. Муравьев-Карский в своих записках (2-го февраля 1822 г., Тифлис): «Пришел ко мне обедать Грибоедов; после обеда мы сели заниматься и просидели до половины одиннадцатого часа: я учил его по-турец­ки, а он меня по-персидски... Он в точности знает язык персид­ский и занимается арабским». Приведем и выдержки из офици­альных документов. Так, Ермолов, ходатайствуя о том, чтобы Грибоедов остался при нем секретарем по иностранной части, пи­сал Нессельроде, что «он знает хорошо и в правилах персид­ский язык» и переводит важнейшие бумаги. А в другом посла­нии Ермолова сказано, что Грибоедов «при наклонности его к изучению восточных языков, начал уже заниматься арабским» и со временем ему можно будет препоручить «заведование школой восточных языков».
Не исключена возможность, что Лайелл мог получить от Грибоедова сведения о мероприятиях правительства, в частности, о деятельности и планах Ермолова. В книге английского путе­шественника сказано: «Тифлис в своем благоустройстве многим обязан Ермолову. Он хочет сделать его большим пакгаузом между южными, восточными странами мира и Россией». Для этого уже строятся новые лавки, исправляются базары.
Поездка по Кахетии была недолгой, но очень насыщенной впечатлениями, Лайелл и его высокопоставленные спутники проеха­ли Гомбори, Телави, Кварели, осмотрели ряд исторических памятни­ков, побывали в поместиях князей Джорджадзе, Чавчавадзе, Чолокашвили. Лайелл восхищается красотой природы, Алазанской долиной, местоположением соборов Греми и Алаверди. Ему очень понравился Телави и по этому поводу он пишет: «Ясно, что царь Ираклий обладал хорошим вкусом, ибо одной из его резиденций было столь прекрасное место, как Телави».
Помимо собственных впечатлений, Лайелл приводит в своей книге выдержки из многочисленных источников: из древних авто­ров, из описаний путешественников – Шардена, Гюльденштедта, Джонсона, Кер-Портера и других.
Ученый путешественник интересовался не только памятника­ми старины, но и современной жизнью. Он пишет о кахетинском вине, которое хвалит и сравнивает с французским бургундским вином, описывает способ хранения вина в глиняных кувшинах, закопанных в землю. Его поражает дешевизна жизни в Грузии. Он пишет о колонии вюртембергских немцев, которые успешно вели здесь свое хозяйство.
Очень последовательно изложенные заметки  Лайелла дают полное представление о маршруте путе­шествия и о лицах, с которыми он встречался. Книга читается легко, с интересом и в свое время она, несомненно, была полез­ным источником сведений для людей, заинтересованных проблема­ми Грузии и Кавказа.

Наталья Орловская


 
Среда, 12. Августа 2020