click spy software click to see more free spy phone tracking tracking for nokia imei

Цитатa

Моя жизнь рушится, но этого никто не видит, потому что я человек воспитанный: я все время улыбаюсь. Фредерик Бегбедер

ГРУЗИНСКИЕ КОРНИ, РУССКАЯ КРОНА

https://lh4.googleusercontent.com/-YrCNMVgO-q0/UxcTbZZhjsI/AAAAAAAADEA/gtreVtm52Qk/s125-no/i.jpg
В знаменитом грузинском роду Такаишвили на протяжении веков переплелись разные судьбы, фамилии и страны… Признаюсь, даже не знаю, с чего начать мой рассказ. С чего ни начни – все интересно, все неповторимо. Может быть, с того, как однажды в нашу редакцию пришел известный хирург,  доктор медицины Давид Хазарадзе, представитель рода  Такаишвили, и принес нам в подарок книгу стихов московского поэта Сергея Сургучева, который по происхождению, оказывается, тоже был Такаишвили? А может, начать с того, как в 60-е годы прошлого века ансамбль Сухишвили-Рамишвили гастролировал в Свердловске, и там солист и один из основателей ансамбля Илья Такаишвили случайно нашел своего дядю Кайхосро, деда Сергея Сургучева, о котором  много-много лет не слышал никто из родственников? Или сперва рассказать о том, как 50 лет назад молодой московский адвокат Валерий Сургучев, отец Сергея, приехал в Тбилиси, где выяснил, что его настоящая фамилия Такаишвили?
Запутанная история, правда? Давайте распутывать этот узел не спеша. И перед нами, как в детском калейдоскопе, одна за другой начнут представать удивительные картинки. Будут среди них и трагедии, будут и драмы, будут и истории со счастливым концом. Потому что это сама жизнь – настоящая, непридуманная.
Кайхосро Такаишвили и Вероника Фокина были очень красивой парой. Выпускник московского Плехановского института Такаишвили быстро продвинулся по службе, стал  видным экономистом и партийным деятелем. Вероника,  дочь председателя ЧК Азербайджана Петра Фокина, была мастерицей по изготовлению шляп. Поженились по большой любви. Вскоре родился сын Валерий. Молодая семья была счастлива. Но, как известно, многие несчастья в стране датированы 30-ми годами прошлого века. В Грузии началась волна репрессий, коллеги Кайхосро были арестованы. Такая же участь ожидала и его. Но он уцелел – спасла давняя дружба с Серго Орджоникидзе, который отправил друга в длительную командировку в Свердловск. Правда, в какой-то момент Кайхосро не выдержал – сел в поезд и поехал в Москву, чтобы встретиться с Орджоникидзе и рассказать, какие безобразия творятся в стране. На одной из остановок он услышал сообщение по радио – Григорий Константинович  Орджоникидзе скончался. Такаишвили тут же купил обратный билет и вернулся в Свердловск. Забегая вперед, скажем, что оттуда он ушел на фронт. Туда же приехал после Победы. И остался в Свердловске навсегда. И, между прочим, тем самым спас от репрессий всю свою многочисленную родню.
Кайхосро уцелел, а вот семья не выдержала испытания разлукой и распалась. Вероника после развода приехала в Москву и вскоре вышла замуж за Владимира Сургучева, известного полярного летчика. В 1937 году в его летной книжке появилась запись – «имею сына Валерия, пяти лет». Он его не усыновлял, а просто вписал в летную книжку. И когда Валера поступал в школу, его единственным документом было не свидетельство о рождении, а справка из домоуправления. Так Валерий и жил двадцать с лишним лет в полной уверенности, что он Сургучев. И никто не знал, что иногда Кайхосро  тайком приезжал в Москву, подходил к дому, где жила Вероника с сыном и новым мужем и издали смотрел на Валерия… Когда потом его спросили, почему он ни разу не подошел к сыну, сказал – я не хотел его тревожить.
Детские годы Валерия прошли в Иркутске, где он вместе с мамой находился в эвакуации. После войны вернулись в Москву. Валерий записался в секцию бокса, стал мастером спорта. Многим он напоминал героя рассказа Джека Лондона «Мексиканец» - боксер, красавец и очень экспансивный человек. Окончил юридический факультет МГУ. Работал следователем, а затем стал отличным адвокатом. Во время учебы познакомился со Светой Михайловой, также студенткой юрфака, дочерью кадрового военного, полковника Дмитрия Михайлова и главного редактора и директора издательства «Московский рабочий» Дины Михайловой. В октябре 1956 года сыграли свадьбу, а 24 августа 1957 года на свет появился сын Сережа.
Как-то раз Валерий с женой приехали в Тбилиси. Он позвонил маме в Москву, сообщить, что добрались благополучно. А в ответ услышал неожиданное: «Сынок, поезжай по такому-то адресу, и ты узнаешь, кто твой отец». Валерий, хоть и был поражен, но сразу все понял, не маленький. И помчался по указанному адресу. Дверь открыл молодой человек, который посмотрел на Валерия и закричал: «Я буду не я, если это не Валерий!» - настолько велико было внешнее сходство Валерия и Кайхосро. Растерянный и взволнованный, Валерий, войдя в квартиру, увидел высокого мужчину, который брился на балконе и с криком «отец!» кинулся ему на шею. «Ты Валерий?» - спросил мужчина. «Да!» - «Я не твой отец, я твой дядя Иван!» Они обнялись, расплакались… До этого у Валерия почти не было родных. И вдруг – целая армия родственников! Его буквально разрывали на части - знакомились, звали в гости, рассказывали о семье, водили гулять по городу...
А параллельно с этими событиями неожиданно пришли новости из Свердловска. Как говорил герой Льва Толстого, «не может быть, чтобы в возу гороха две отмеченные горошины легли бы рядом». И все-таки в жизни такое бывает. Родственники долгое время ничего не знали о судьбе Кайхосро.  Никто не знал, где он. Нашел его Илико Такаишвили. На гастролях в Свердловске  у него закончились деньги – дело житейское, молодые люди славно покутили. Илико послал в Тбилиси телеграмму – пришлите деньги в Свердловск. Когда он пришел получать перевод, то, конечно, предъявил паспорт. Молодая кассирша удивленно воскликнула: «Ой, ваша фамилия Такаишвили? А у моей подруги муж – тоже Такаишвили». Слово за слово, и выяснилось, что речь идет о его дяде Кайхосро.  Илико сразу побежал к дяде. Стоит ли уточнять, что тот чуть с ума не сошел от радости… Спустя недолгое время Кайхосро со второй женой и двумя дочерьми приехал в Тбилиси – впервые за тридцать лет. И тут оказалось, что он совсем забыл грузинский язык. За эти годы он не говорил ни с одним грузином. Но гурийцы заставили его вспомнить язык – все время, что он провел в Грузии, они ему пели. Кайхосро начал подпевать, а потом и заговорил, и разговорился. Из Грузии Такаишвили – целая делегация, 8 человек родственников – поехали в Москву, чтобы Кайхосро и Валерий  наконец встретились. Валерий ждал на платформе Курского вокзала. Отец с сыном обнялись, расцеловались... И все поехали к Сургучевым домой, где и провели десять радостных дней.
А вокруг счастливых родных, вновь обретших друг друга, крутился мальчик шести лет, Сережа. Он не только стал всеобщим любимцем, но и неизменно поражал воображение – начитанностью, удивительной памятью, любознательностью. Каким был Сергей? Лучше всех об этом может рассказать мама. К ее воспоминаниям мы и обратимся: «Где бы мы ни бывали, мы с мужем всегда брали Сережу с собой. И вот сидим в гостях у своих родственников в Тбилиси, ему семь лет, взрослые поют, смеются, а он читает на русском языке «Витязя в тигровой шкуре», словари, энциклопедии или Библию… Прекрасно зная историю, религию, он всегда был интересным собеседником не только для своих сверстников, но и для людей значительно старше его. Многие черты его характера просматриваются в его стихах. В 2011 году он был номинирован на национальную литературную премию «Поэт года».
Шло время, и с каждым годом Сергей узнавал о грузинских предках все больше. И тем больше росла в нем гордость за них. И он захотел вернуть себе фамилию Такаишвили. Что он успел узнать о своей родословной? Об этом согласился рассказать Давид Хазарадзе, а рассказав, поставил нас в затруднительное положение, ведь могучее ветвистое фамильное древо, куда вплетены многие славные фамилии Грузии – Пипия, Микеладзе, Абашидзе, Канделаки, Датунашвили, Какабадзе и другие, заслуживает отдельного рассказа.
В 2010 году фамилия Такаишвили была награждена специальным орденом за огромный вклад, который внесли ее представители в культуру, политику, экономику Грузии. Самый знаменитый представитель этой фамилии – Эквтиме Такаишвили, историк, археолог, филолог, причисленный Грузинской Православной Церковью к лику святых.
- Ветвь фамилии, к которой принадлежал Сергей Сургучев, ведет свою родословную от  Никифора Такаишвили и Анеты Микеладзе, - начал свой рассказ Давид Хазарадзе. – Они  жили в крепости села Лихаури Гурийского региона Грузии. В семье воспитывались пятеро сыновей и три дочери. О них и об их потомках я вам и расскажу. Елизавета Никифоровна, моя бабушка,  в юности занималась вокалом у известного русского педагога Вронского. Она не стала профессиональной певицей, но прекрасно играла на гитаре и фортепиано, пела арии из популярных опер, грузинские и русские романсы. Ее старшая дочь, Тина Семеновна Отхмезури – моя мама. Блестяще исполняла полонезы Шопена, писала стихи, в основном, на русском языке. В молодости снялась в фильме «Амок» Котэ Марджанишвили, главную роль в котором сыграла Ната Вачнадзе, а позже, в преклонном возрасте, сыграла в двух фильмах Дмитрия Батиашвили. Врач по образованию, она посвятила себя воспитанию детей – меня и моей сестры, Наны. Нана Владимировна Хазарадзе – историк, действительный член Национальной Академии наук Грузии, председатель Общества историков имени Эквтиме Такаишвили, лауреат академических премий имени Симона Джанашиа, Георгия Меликишвили, премии Фонда культуры. Ее старший сын Георгий Пипия, потомственный хирург, доктор медицинских наук, заведовал кафедрой хирургических болезней, был успешным хирургом-новатором. Снялся в  фильмах «Мзиури»  Заала Какабадзе и «Когда зацвел миндаль» Ланы Гогоберидзе. Второй сын, Николай, окончил исторический и юридический факультеты ТГУ. В молодости писал стихи, теперь занимается прозой в детективной жанре. Внучка Нана Пипия – доктор социальных наук, главный советник секретариата Президента Грузии. Внук Ираклий Пипия – успешный хирург. У Наны Владимировны трое правнуков: Автандил Моисцрапишвили – менеджер по туризму, шестилетний Георгий Челидзе очень любит поэзию и уже знает наизусть стихи всех известных грузинских поэтов, Никуша Пипия, ему два с половиной года, читает наизусть пролог «Витязя в тигровой шкуре», поет «Очи черные», грузинские песни.
- Расскажите о себе.
- Доктор медицины, заведующий кафедрой хирургических болезней Медицинской академии. С 6 лет занимался музыкой, закончил музыкальную восьмилетку, поступил в десятилетку для одаренных детей. Но как только понял, что не Моцарт, поступил в медицинский институт. Однако с музыкой не расстаюсь. Участвовал в студенческой самодеятельности, а после, уже будучи опытным врачом, исполнил джазовую композицию в шоу «Врачи не шутят» на сцене Большого концертного зала филармонии.
- У вас в роду все, так или иначе, творцы. А в хирургии нужно творчество?
- Вы задали хороший вопрос. Конечно, прежде всего надо овладеть ремеслом. И когда ты вносишь в ремесло что-то свое, с этого момента и начинается творчество. Моим учителем был известный хирург Игнатий Калистратович Пипия. Однажды он читал нам лекцию – с цитатами из античной литературы, из Овидия, которого знал наизусть. И когда закончил, одна студентка задала ему вопрос: «Что надо сделать, чтобы стать таким великим хирургом, как вы?» Пипия покраснел от смущения. Моя сестра была его невесткой, и я точно знаю – он никогда не рассказывал о своих достижениях. А это был человек, язык которого не опережал разум. И он сказал: «Я в детстве учился в Потийской гимназии. По субботам нас водили в церковь. После каждой молитвы осеняли себя крестным знамением. В этом жесте и заключено все,  необходимое для того, чтобы стать хирургом – рука, голова и сердце». Кстати, когда он произнес слово «церковь», всем стало не по себе. Но на Пипия никто не донес. Да, были люди! Помню, нам читал лекцию Василий Варази, отец художника Авто Варази, видный ученый, специалист в области физиологии и биохимии. Начал в час дня, закончил в пять. О биохимии он говорил немного. В основном – об искусстве, физике, химии, выдающихся людях. А вы знаете, что Гоги Хоштария у нас, в Медицинской академии имени Шотадзе, читает лекции по искусству? Да, без этого нельзя. Так когда же начинается творчество? Бог его знает... Моцарт в пять лет писал музыку, и все знали, что он гений. А есть и другие гении – которые раскрываются позже. Бетховен, например. Такие люди живут более интенсивно. Для меня день – это день. А для них один день равняется десяти… Я вам одно могу сказать: жизнь – очень печальный процесс. И боли в ней гораздо больше, чем радости.
- Давайте тогда о радостном – о вашей дочери, о внучке.
- Дочь, Нана, окончила Академию художеств и театральный институт, снималась в художественных фильмах и клипах. Сейчас она – ведущая шоу на телеканале Имеди. Воспитывает 10-летнюю дочь, Лилу Нуцубидзе, которая прекрасно танцует и подает надежды как художница. Знаете, почему ее назвали Лилу? Нана была на шестом месяце. Мы все уже знали, что родится мальчик – эхоскопия показала. И вдруг ее муж сообщает: «Мне приснилась Мила Йовович, она сказала, что у нас будет дочка, и ее надо назвать Лилу, как  героиню в фильме Бессона». И все сбылось – родилась девочка, и ее назвали Лилу.
- Конечно, мы не сможем в одной статье  рассказать обо всех Такаишвили  Но, может быть, вы вспомните о самых интересных историях?  
- Сделать это сложно – таких историй очень много. Но я попробую. Патико Никифорович Такаишвили, брат Кайхосро, окончил кадетский корпус. В 1922 году эмигрировал в Польшу. Был полковником танковых войск, участвовал в польском Сопротивлении, в варшавском восстании против нацистов. Давид Никифирович Такаишвили был капитаном дальнего плавания. Однажды, в годы революции, после того как он сошел на берег в Батумском порту, его арестовала ЧК. Объявили врагом народа и приговорили к расстрелу. И когда вели по коридору на расстрел, он вдруг увидел матроса, который когда-то проходил службу на его корабле. Теперь этот матрос был большим начальником в ЧК. Они обнялись, расцеловались. Эта случайная встреча спасла Давиду жизнь. Впоследствии он преподавал в Батумском мореходном училище. Семьей так и не обзавелся, причиной чего была трагическая история его первой и единственной любви. Его судно находилось в Шотландии, где он познакомился с молодой леди, дочерью лорда. Молодые люди полюбили друг друга, решили пожениться, и девушка поехала вместе с любимым в Грузию на корабле, которым он командовал. Однако на море поднялся сильный шторм, и корабль затонул. В живых остались только капитан и два матроса. Возлюбленная Давида погибла... Трагически сложилась судьба и у старшего сына Цибуло Никифоровны – Фридона Датунашвили. Он погиб в Берлине, накануне Победы, 8 мая 1945 года. По этой линии родословной не могу не упомянуть Давида Какабадзе, внука великого художника Давида Какабадзе. Выпускник Академии художеств, он сумел восстановить древнейшую технологию изготовления грузинской перегородчатой эмали. Его работы украшают стены тбилисского Собора Святой Троицы. Циала Канделаки, также выпускница  Академии художеств – известный портретист. Апофеозом ее творчества стала выставка созданных ею портретов в Голубой галерее Тбилиси – настоящий гимн красоте грузинских женщин. Александр Никифорович Такаишвили, еще один из братьев Кайхосро, по окончании классической гимназии продолжил учебу на лечебном факультете Казанского университета. Будучи студентом третьего курса, ушел в отряд Чапаева, где стал начальником санитарной службы. Его сын – Илья Такаишвили, заслуженный артист Грузии, о котором я вам уже рассказал. По окончании карьеры артиста он вернулся к профессии врача, стал известным хирургом. А вот Иван Никифорович Такаишвили во время Первой мировой войны был штаб-секретарем армии генерала Брусилова. При меньшевистском правлении занимал должность главы Кутаисского округа. Его сын, Отар Такаишвили,  почетный нефтяник Грузии. Младший внук, Давид, был талантливым деятелем грузинского кино. Его фильм «Чума» в 1984 году был удостоен Золотой пальмовой ветви Каннского кинофестиваля. К несчастью, он трагически погиб. Еще один заметный представитель этой ветви – Мераб  Абашидзе. Его называли «грузинским Достоевским». Он тоже ушел из жизни очень молодым – скончался от сердечного приступа.
- Счастье и трагедии в вашем роду постоянно пересекаются. А каким вы вспоминаете Сергея?
- Как все поэты, он был печальным. И очень хорошим, добрым человеком. Он не раз гостил у нас. Мы сблизились. Он звонил мне в Тбилиси из московской больницы, говорил, что скоро поправится и приедет в Грузию. Не приехал. Сердце остановилось... У Сергея осталась жена, дочь и внучка. Они живут в Канаде. Сергея нет уже три года, а книги его продолжают выходить, проходят вечера его поэзии, звучат новые песни на его стихи.  Это – смысл жизни его мамы, Светланы.  Когда Сергея не стало, моя сестра Нана написала ей письмо. Из него видно, каким он был в наших глазах. Я приведу вам фрагмент из письма: «Поэзия Сергея потрясла меня, но не удивила. Подсознательно я всегда знала, что он живет в ином прекрасном мире с чарующей палитрой божественных красок и звуков, недоступных простым смертным. Творческий путь больших поэтов тернист и похож на путь Христа на Голгофу, и пройти эту дорогу до конца удается только избранным личностям – таким, как наш Сергей».

Недавно в Тбилиси, в Музее современного искусства Зураба Церетели, прошел музыкально-поэтический вечер, посвященный памяти Сергея Сургучева. Инициаторами его  стали Светлана Сургучева и Нана Хазарадзе. Зураб Церетели  предоставил для встречи «Зал Аргонавтов» Музея. На вечере звучали стихи Сергея в переводах на грузинский язык, песни на его стихи, написанные народной артисткой Грузии Маргаритой Чхеидзе и заслуженной артисткой России Ириной  Грибулиной в исполнении российского певца Владимира Брилева. Гости вечера получили в подарок сборники стихотворений поэта. На книге, изданной в Тбилиси, автор значится как Сургучев-Такаишвили.
Тбилиси принял поэтическую эстафету памяти Сергея Сургучева, о даровании которого удивительно тонко отозвалась Белла Ахмадулина. После смерти Сергея Светлана решилась и позвонила Ахмадулиной. Она представилась и сказала, что ее сын при жизни очень хотел, чтобы Белла просмотрела его стихи. «Есть ли сейчас перед вами его стихи? - спросила Белла. - Прочтите». Перед Светланой на столе как раз лежали четыре последних стихотворения Сергея. Она прочла одно. «Прочтите еще». Светлана прочла все четыре. После недолгого молчания Ахмадулина произнесла: «Это не стихи. Это поэзия. Она заставляет страдать».
Стихотворения Сергея Сургучева, как и положено настоящей поэзии, пережили своего автора. Теперь у них начался собственный путь в мире литературы. Дай бог, чтобы этот путь был долгим и светлым.

Нина ШАДУРИ

Зардалишвили(Шадури) Нина
Об авторе:
филолог, литературовед, журналист

Член Союза писателей Грузии. Заведующая литературной частью Тбилисского государственного академического русского драматического театра имени А.С. Грибоедова. Окончила с отличием филологический факультет и аспирантуру Тбилисского государственного университета (ТГУ) имени Ив. Джавахишвили. В течение 15 лет работала диктором и корреспондентом Гостелерадиокомитета Грузии. Преподавала историю и теорию литературы в ТГУ. Автор статей по теории литературы. Участник ряда международных научных конференций по русской филологии. Автор, соавтор, составитель, редактор более 20-ти художественных, научных и публицистических изданий.
Подробнее >>
 
Среда, 17. Июля 2019