click spy software click to see more free spy phone tracking tracking for nokia imei

Цитатa

Сложнее всего начать действовать, все остальное зависит только от упорства.  Амелия Эрхарт


СКВОЗЬ ПРИЗМУ ОШИБОК

Гоги Кавтарадзе

Известному режиссеру и актеру, народному артисту Грузии Георгию Георгиевичу Кавтарадзе исполнилось 70. Это событие совпало с другим, не менее значимым: он возглавил Театральное общество Грузии.  Знаю Гоги Кавтарадзе еще с тех пор, когда он был художественным руководителем Тбилисского русского драматического театра имени А. С. Грибоедова, помню его спектакли – «Вишневый сад», «Анна Каренина», «Женщина», «Белые флаги», «Яма», «Распутин»…  В общем, редкий случай: Георгий Георгиевич одинаково талантлив и как режиссер, и как актер.  Недавно он вернулся из Кутаиси, где состоялась премьера спектакля  «Невзгоды Дариспана» Д. Клдиашвили – проект Кутаисского драматического театра имени Л. Месхишвили, который возглавляет Георгий Сихарулидзе.   
-   Когда-то  я поставил «Невзгоды Дариспана» на сцене театра имени А.С.Грибоедова – впервые  на русском языке, - вспоминает Г. Кавтарадзе. -  Чтобы не терять творческую форму, я согласился немного оторваться от дел и принять участие в этом спектакле в качестве актера. А незадолго до этого я поставил  на сцене театра киноактера имени М. Туманишвили «Врага народа» Ибсена.


ТЕАТР СРАВНИМ С ВУЛКАНОМ
- «Враг народа» - социально заостренная пьеса. Все еще верите в силу театрального искусства, в его способность что-то переломить в сознании человека, в устройстве общества?
- Верю. Я не разделяю мнения, что театр переживает кризис. Я бы сравнил театральную ситуацию с приливом и отливом моря или с вулканом, то действующим, извергающим огненную лаву, то притихшим, на время затаившимся. Это закон театра. В последние два десятилетия произошли катаклизмы социального, политического характера, а театр остается! В какие-то периоды он переживает бурный всплеск, а иногда наблюдается  некоторое снижение активности  искусства сцены, отсутствие новых идей. Но это ничего не значит!  Я обратил внимание на обнадеживающую тенденцию. Если раньше в театр приходили преимущественно зрители среднего и старшего поколения, то сейчас превалирует молодежь. И это очень важно!
- И что, по-вашему,  нужно показывать молодым?
- Когда был создан Театральный подвал, у него сформировалась своя аудитория. Мне тоже  довелось ставить на его сцене. Билеты поначалу стоили пять лари. И когда в один прекрасный день они подорожали вдвое, ничего не изменилось: зрители по-прежнему посещали Театральный подвал, причем в основном молодежь. Открытие театра нового типа стимулировало тогда оживление интереса к сценическому искусству, стремление смотреть новые постановки не только в Театральном подвале, но и в академических театрах.  Я все время слышу, что зритель  не ходит в театр,  – это неправда! На одни постановки, конечно,  ходят больше, на другие - меньше. Но это всегда было так, тем более – в Грузии.
-  Сегодня вы не руководите театром, остались, если можно так сказать, не у дел. Вы это остро переживаете?
- Естественно, это больно.  Мне было всего 29 лет, когда я стал главным режиссером Батумского театра. Потом я руководил театрами в Кутаиси, Сухуми, Рустави. Возглавлял и театр имени А. С. Грибоедова.  Словом, я всегда был руководителем. Дело вовсе не в карьере, не в лидерстве, а в творческой свободе. То есть, будучи руководителем, я не завишу ни от кого, ни от чего.  Это самое важное.  Дело, повторяю,  не в кабинете, не в кресле, которое я вовсе не люблю. Потому что редко засиживаюсь в нем – все время  кручусь, верчусь…  В то же время когда я поставил спектакль в театре киноактера имени М.Туманишвили в качестве приглашенного режиссера, то увидел, что подобная ситуация тоже имеет свои положительные стороны.  Ведь в этом случае ты отвечаешь только за свой спектакль, тебя не касаются организационные и финансовые проблемы.

ДРУЖБА – ПОНЯТИЕ ИНДИВИДУАЛЬНОЕ
- Вы  много ставили в России. Расскажите об этом, пожалуйста.
-  Я ставил на сценах  Ростовского академического театра имени М. Горького  и Таганрогского мемориального чеховского драматического театра. В Таганроге я осуществил ни много, ни мало – девять постановок!  А среди трех моих ростовских спектаклей – «Бесы» Ф. Достоевского.  Я всегда мечтал поставить это произведение – и вот представилась такая замечательная возможность!.. А начало всему было положено в 1992 году,  когда я поставил на сцене театра имени А. С. Грибоедова «Вишневый сад» А.Чехова. Это был мой любимый спектакль…  Он родился  в тяжелое время, когда не летали самолеты, не было денег… Но  Николаю Николаевичу Свентицкому, нынешнему директору театра,  удалось  организовать военный самолет, мы погрузили в него декорации и отправились на  I  Чеховский международный театральный фестиваль в Таганроге. Там не вручалось призов и премий, но были серьезные критики, которые давали неофициальные оценки спектаклям.  И наш «Вишневый сад»  прекрасно  восприняли, несмотря на то, что на фестивале были представлены лучшие театры – например, Театр у Никитских ворот под руководством Марка Розовского. Русскому зрителю было особенно приятно, что режиссер и актеры с грузинскими фамилиями так бережно отнеслись к чеховской пьесе, ее тексту, сути. Кто-то даже отметил отсутствие акцента у исполнителей… После этого фестиваля буквально через неделю мне позвонили из Ростовского театра им. М. Горького и предложили поставить у них Шекспира. Я сразу подумал о том, что там  работает мой близкий друг, народный артист России  Игорь Александрович Богодух, и сказал, что согласен ставить в том случае, если в спектакле будет играть он.  Так появился мой первый спектакль  по  трагедии Шекспира «Король Лир» – «Безумный театр дураков». Это было в 1994 году. Хочу подчеркнуть, что спектакль сохранялся в репертуаре целых десять лет.  После каждого спектакля Игорь мне звонил  и сообщал, что в зале снова аншлаг…  Позднее были «Ричард III» и «Бесы». А потом  меня пригласили в Таганрог. Когда я спросил, что  должен поставить, мне ответили: «Ради бога, только не Чехова!» И предложили длинный список драматургии, литературы на перспективу. Среди названий я нашел  «Крестного отца» Марио Пьюзо.  Вместе с замечательным драматургом и интересным человеком Александром Котетишвили мы перенесли  коллизии романа на российскую почву. Спустя время на родине  я  осуществил грузинский вариант… После «Крестного отца» я поставил в Таганроге «Царевича Алексея» Д. Мережковского. Спектакль был приурочен к 300-летию со дня основания  Петром I Таганрога. Я был удивлен – к такой важной исторической дате предлагали поставить спектакль мне, грузину! Позже я осуществил постановку «Павла I»  того же Мережковского – получилась дилогия.  Затем последовали «Гамлет», «На дне» М. Горького, «Белые флаги» Н. Думбадзе …  Не было сезона, чтобы я не поставил в Таганроге спектакль. В театрах Ростова и Таганрога мои друзья все – от капельдинеров до самых именитых актеров. Сегодня, когда говорят о сложных российско-грузинских отношениях,  для моих друзей в Ростове и Таганроге это звучит, по меньшей мере, странно. Потому что мы никогда не разбирали, кто русский, кто грузин, вместе делали общее дело. Мы и сегодня поддерживаем добрые отношения.  Дружба  не зависит от времени и политической ситуации, она или есть, или ее нет.  Именно такие отношения связывают меня с Игорем Богодухом. Потому что это замечательный  актер, настоящий мужик, преданный друг. Ошибочным был советский термин «дружба народов». Ведь  дружба – понятие индивидуальное. У меня есть друзья в России, Армении, Молдове, Словакии… Это – личное. Я люблю конкретных людей, а не вообще все население  Молдовы или Армении. В 2008 году, вскоре после известных событий,  по приглашению Общественной палаты России в составе грузинской делегации я побывал  в Москве. Там я рассказал, что даже во время августовской войны  в грузинских деревнях российских солдат не считали врагами. Когда один солдат пришел к местному крестьянину, чтобы купить чачу, тот денег не взял, солдата посадили за стол, налили, сели поговорить.  Эту историю я рассказал для большой аудитории - в зале тогда собралось не менее 500 человек и, выслушав меня, они  аплодировали стоя. А еще я пересказал сюжет  поэмы  «Гость и хозяин» Важа Пшавела, которую, кстати, поставил в театре Грибоедова. Пока человек - мой гость, он не может быть моим врагом. На Кавказе издревле существовали два закона – кровная месть и гостеприимство. Но гостеприимство всегда было выше, чем кровная месть… В Москве  ко мне подходили и спрашивали, где найти это произведение. Я сказал, что есть прекрасный перевод  поэмы  Николая Заболоцкого, и он наверняка будет в библиотеке.
-  Была в вашей жизни и Болгария…  
-  Да, в городе Благоевграде  я поставил спектакль «Не беспокойся, мама!» Это была моя первая поездка за рубеж. Я встретил Новый, 1971 год в Болгарии. Когда я уезжал, то зашел к Гиге Лордкипанидзе посоветоваться – мне предстояло поставить в Софии спектакль,  и я переживал, что мне будет мешать языковой барьер. Но Гига успокоил меня со свойственным ему юмором: «Успокойся, твой русский – это и есть болгарский!»           Довелось мне поработать и в Словакии. Тогда я был художественным руководителем Кутаисского  театра, и у нас состоялись гастроли в Москве. Они прошли очень успешно. А после гастролей я поехал  по направлению Министерства культуры СССР в Чехословакию в составе советской делегации, посмотрел там спектакли, познакомился с коллегами.  Мне довелось поработать  в театре «Нова сцена» - я поставил несколько спектаклей, в том числе «На дне», «Закон вечности»: он шел здесь в течение пяти лет... «Закон вечности» после премьеры стал в Чехословакии таким популярным, что вышло издание романа  на словацком языке. Когда я начал репетировать, в спектакле были заняты 42 человека.  Зайдя в зал, я  увидел перед собой настоящих врагов. Никто не читал произведение, никто не знал, что это такое, кто я такой, где находится Грузия. С 1968 года, когда советские танки оккупировали Прагу, население Чехословакии  на биологическом уровне ненавидело все советское.  Но позднее,  когда актеры  поняли, что я свободный человек, что я не враг,  мы подружились. Помню, как однажды мы поехали в Прагу, я был восхищен этим фантастическим городом, увидел дом, где жил Франц Кафка. Познакомился с одним необычным человеком. В компании пили вместе пиво, я рассказывал анекдоты – в том числе о Брежневе. Они смеялись! Я обратил снимание на блондина, довольно немногословного, сидящего рядом с симпатичной  женщиной. Попрощались и возвратились  в Братиславу. А потом друзья мне рассказали, что Гавел – так звали блондина –  предостерег их, чтобы они относились ко мне с осторожностью: провокатор! Это был будущий президент Чехословакии, писатель, драматург, правозащитник  Вацлав Гавел, недавно   выпущенный из заключения. У меня были  две его пьесы. К сожалению, я их так и не поставил – они остались в Сухуми… Театр «Нова сцена» был левым, насколько это было возможно в те времена. Бачану в моем спектакле сыграл  очень известный в Словакии актер, политик Милан  Княжко.  Позднее он стал министром культуры Словакии. Однажды  я попал в составе группы  на Авиньонский фестиваль. Вечером нам объявили, что министр культуры Чехословакии устраивает прием и приглашает нас.  Там я встретился с Миланом Княжко, встреча была очень теплой, сердечной… «Конечно, у тебя нет денег?» - предположил министр и дал мне довольно значительную сумму: «Бери, живи нормально!»  Это было очень кстати…

ВОПРОСИТЕЛЬНЫЙ ЗНАК
- В течение семи лет вы были худруком театра имени Грибоедова. Что вам особенно запомнилось?
- Без преувеличения могу сказать, что помню только хорошее. Прежде всего, это спектакли «Анна Каренина» Л. Толстого, «Распутин» М. Лашер, «Женщина» Л. Андреева… Это счастливые дни, которые трудно забыть. Я начинаю печатать отрывки из моей автобиографической книги «Ошибки». Всю свою жизнь я рассматриваю через призму совершенных ошибок. На мой взгляд, человек всю жизнь делает одни и те же ошибки. Он старается их избежать, но тщетно. Потому что ошибки – это характер человека. Есть у меня еще одна мысль об ошибках – кто-то считает, что я  ошибся, но у меня на этот счет совсем иная точка зрения. И тогда я ставлю вопросительный знак! Это не мемуары, не записки. Последовательности в изложении событий в книге нет. Это скорее размышления, которые, на мой взгляд,  важны для будущего поколения. Раз у меня не сложилось в Грибоедовском театре, значит, мною была допущена какая-то ошибка, значит, я что-то упустил… Все грибоедовцы мне близки, я не могу забыть те творческие радости, которые мы вместе испытали. Говорю об этом абсолютно честно… А вообще ошибок в моей жизни было много. Ошибки в своей совокупности создают образ человека, его лицо.  Ведь когда мы вспоминаем человека, то редко говорим о его положительных качествах, чаще всего мы обсуждаем какие-то его характерные черты, иногда вызывающие улыбку окружающих…

НАСЛЕДНИК ИЛИИ И АКАКИЯ
- Недавно вы возглавили Театральное общество Грузии. Испытываете чувство ответственности?
- Как я могу не испытывать особое чувство ответственности, если обществом в разное время  руководили такие гиганты, как  Илья Чавчавадзе, Акакий Церетели, Акакий Хорава, Шалва Дадиани, Михаил Мревлишвили, Додо Антадзе, Додо Алексидзе – мой любимый педагог, Гига Лордкипанидзе…  А я  продолжаю их дело!
- 14 января - День грузинского театра.  Какую стратегию действий вы для себя наметили на новом посту?
- Здесь в течение двадцати пяти лет работал мой учитель, мой старый друг Георгий Давидович Лордкипанидзе, и он очень многое сделал в самый сложный для Грузии период. Были даже опасения, что общество потеряет свое здание.  А передо мной сейчас стоит задача простая и в то же время сложная: я хочу создать такой союз, который станет защитником прав грузинского театрального деятеля. На карте Грузии обозначены города, в которых есть театры. В некоторых я уже побывал, в другие еще только собираюсь попасть, чтобы узнать о  проблемах, которые переживает тот или иной театральный коллектив. Понять,  чем я могу помочь, в чем содействовать. У работающих педагогов школ есть такая привилегия: они получают и зарплату, и пенсию. Моя цель – добиться того, чтобы это распространялось и на актеров.  Так что если раньше я был руководителем театра, то теперь чувствую себя  руководителем  театров.  Я собрал президиум Театрального общества, в который вошли известные деятели культуры, в том числе знаменитый певец с А при президиуме был создан совет управляющих театра, кстати, далеко не все из них являются членами Театрального общества Грузии. У общества нет бюджета, единственное, что мы имеем, - это здание, которое мы сдаем в аренду, на что и живет аппарат. Правда, сейчас нам довольно интенсивно помогает мэрия, большое им за это спасибо! Мэр Гиги Угулава, Мамука Кацарава, Шота Маглакелидзе, Георгий  Роинишвили стараются сделать все от них зависящее… Тем не менее, я выступил с предложением создать специальный фонд. После каждой премьеры один спектакль играть бесплатно, и заработанные театром деньги перечислять в фонд общества. Эти средства пойдут на благотворительные цели. В принципе согласие достигнуто, но есть какие-то юридические препоны, вполне преодолимые. Хочу отметить, что наше общество объединяет людей, которые не обязательно разделяют мнения  друг друга и  выражают одни и те же политические убеждения. Если я буду использовать этот пост  в своих политических целях, то  потеряю  право  руководить Театральным обществом Грузии. Так что давайте разделим наши политические убеждения и человеческие, деловые отношения.
Елена КИКОДЗЕ

И седла нет, и уздечки нет, "Образец бизнес плана для ип"и массы Генри тоже нет.

Наклонившись "Скачать красивые нашиды"вперед, чтобы лучше видеть, он продолжал всматриваться "Скачать аську на нокия"в странного всадника, медленно огибавшего дубраву.

Она попалась в руки "Маршрутные карты скачать"молодому охотнику "Образ виндовс хр скачать бесплатно"за лошадьми Морису-мустангеру.

Пепе слышит за спиной его шаги.


 
Вторник, 07. Декабря 2021